Перевод на русский —
Толокин Сергей aka Siberian Troll
Siberian-Troll@yandex.ru
![](/i/fanf/finishing/finishing1.jpg)
ЗАКАНЧИВАЯ НАЧАТОЕ
ГЛАВА ВТОРАЯ
"Ранма 1/2", "Sailor Moon"
Я не был так возбужден с того самого раза, когда мои когти впервые показались. Я перечитывал вызов, физически существующий кусок камня с впечатанным в него местом и временем, вновь и вновь. Настоящий. Взаправдашний вызов к Повелителю, к Тому, Кто Помнит. Я, низшее существо третьей филы, должен послужить Повелителю. Я едва не возгордился, входя в дворец. Стража, члены второй филы, пытались остановить меня, но увидав камень, просто не имели другого выбора, кроме как скользнуть в сторону, освободив проход. Восхитительное чувство. И всю дорогу, сквозь все эти коридоры, по которым я проходил, знать и повелители морщились, завидя меня. Пускай морщатся. Ха! Никчемные слизни. Их-то Повелитель не вызвал. Они-то не станут...
Еще один взрыв воспользовался подвернувшейся возможностью, напомнив мне, что все эти воспоминания, это, конечно, здорово, но сейчас не время и не место им предаваться. Сейчас время и место чрезвычайной осторожности. И я крался, быстро, но тихо, по карнизу последнего здания, вставшего между мною и боем. Забравшись на крышу, я склонился над карнизом, маскируя свое присутствие изо всех своих сил и приобретенных умений. А это, кстати, дает довольно нехилый суммарный эффект. Изучив вид, открывшийся мне, я застонал, полностью угробив этим все свои усилия.
Эти. Сапоги, банты и юбки. Разных цветов. Занозы. В заднице. Сэйлор сенши. В уме я бился головой об крышу. Я же знал, что есть причина тому, почему я не навещаю Джуубан на постоянной основе. Их было только пятеро — синяя, желтая, зеленая, красная и разная. Думаю, разная и есть эта Мун, остальные же... да, плевать. Эти пятеро устраивали шоу с огоньками и светом, чтобы...
Чеерт!
Я двинулся сразу же, стоило мне узнать, с кем сенши сражаются. Большой, темный и чешуйчатый. Член второй филы. Особь моего вида. У меня не было выбора, кроме как помогать ему, и я не видел возможности избегнуть моего непосредственного вмешательства. Другие представители моей расы начали прибывать.
Сенши не получили ни красочной атаки, и речей, ни предупреждений, когда я ринулся на них. Локтем в развороте синей на проходе, кулак второй в живот зеленой. Я позаботился о том, чтобы не применять когти. Мне хотелось обойтись без ранений как можно дольше. Если я раню одну из них, но не убью их всех, они наверняка устроят на меня охоту. И я не собираюсь убивать их, пока они не соберутся все вместе, разом, ничего не подозревающие и на одном месте, а у меня не будет под рукой мощного, дальнобойного и жутко большого орудия.
И когда остальные трое принялись поворачиваться, предупрежденные криками боли тех двоих, с которыми я уже разобрался, я послал свое сообщение соплеменнику. Это была не столько речь, сенши наверняка распознают послание, стоит мне использовать какого-либо рода речь, это был скорее набор звуков и выбросов ауры. Беги. Встреть меня в парке, у озера, завтра, в это же время. Восстановись.
Ну-у, не совсем так точно. В действительности я не сказал парк, я сказал "деревья посреди города", а озеро было "средне вода", но до того дошло. Чешуйчатая громадина крутанула хвостом и помчалась прочь, пока я проносился сквозь сенши подобно шару сквозь кегли. Желтая принялась орать и светиться, в то время как красная отпрыгнула от меня. На бегу я согнулся, и пройдя понизу, смел желтую с ног, и выпрямившись, взмыл в воздух, приземлившись этой Мун на голову, прежде чем ринуться дальше, мимо них, вверх по зданию и в ночь, так быстро, как мог.
Я пока не желал с ними сражаться.
Я прыгал с крыши на крышу, тень на фоне луны, беспорядочно двигаясь, так, чтобы наверняка избавиться от любых попыток преследования. Ну что за ночь. Да, думаю, мне стоило оставаться дома.
* * *
Скрип стал первым и единственным моим предупреждением. Глаза мои резко открылись, образовав две узкие щели, и я протянул сферу своих чувств до двери. Фигура, женская, держит большой металлический объект, полный воды. Это могло быть только одно. Внутри себя я застонал, готовясь к очередной ванне.
— Ранма, вставай, дурак! — заорала Аканэ, окатывая меня из ведра. Я удержал дыхание, и ледяная вода окатила меня, затем я сел, изображая неразборчивое бормотание.
— Э? Чего? — выдал я свою наилучшую имитацию кого-то, только что разбуженного.
Аканэ продолжала, и голос ее был пронзителен и раздражающ, в достаточной степени, чтобы крушить стекла. — Пора вставать, ты, придурок. Ты что, собираешься опоздать? — Она резко развернулась, собираясь умаршировать, когда я ответил.
— Э-э, Аканэ, — начал я, — сегодня суббота. В школу идти не нужно. — Я получил некоторое удовольствие, увидав как она замерла, и признав мою правоту, принялась испускать несколько смущенную ауру. Впрочем, она быстро замаскировала ее злобой.
— Набики! — заорала она. Я должен был догадаться. Пробравшись через всю комнату, разделяемую мною с Генмой, к одежному шкафу, я увидал Набики, входящую внутрь как раз в тот момент, когда я вытаскивал из него сухую смену одежды.
— Ну, — ухмыльнулась она, — готов к разговору? — Пфе. Дура. Я проигнорировал ее, проскользнув мимо к успокаивающей благости теплой ванны. Мысли же мои были совершенно в другом месте. Этот другой. Что он здесь делает? Неужели годы моих усилий наконец начали приносить плоды? Вторжение приближается? Я на это надеялся. Похоже мне действительно надо избавляться от этих идиотов. Какой-нибудь низший просто поубивал их и смылся, но я не такой, я всегда заканчиваю то, что начал. Я это начал, и я не уйду, пока все не закончу.
Я пошел в переднюю комнату ванной. Там я разделся, бросив промокшую до нитки одежду в корзину, положив сухую в сторонке. Я быстренько изучил окружающее меня пространство. Так, посмотрим, еще одна куча одежды в корзине, знака "занято" не видно, чье-то мычание из-за двери. Аканэ внизу, дурни еще спят, Набики слоняется за дверью. Должно быть Касуми. Ну ладно. Как минимум она меня бить не будет, и честно говоря, я был слишком обеспокоен неожиданным оборотом событий этой ночью, чтобы об этом волноваться. Я рывком отодвинул вбок дверь ванной.
— Эй, Касуми. Не хочешь мне спину потереть?
Часом позже, после продолжительного отмокания в ванне, и приятного разговора с Касуми, что просто истекала вожделением, я направился вниз, завтракать. Я заметил тот взгляд, что кинула на меня Набики (подозревающе-озадаченный, вне всякого сомнения из-за моего поведения в ванной), но предпочел ее проигнорировать. Я обслуживал себя сам, вытаскивая из холодильника холодный мисо, приготовленный Касуми парой дней ранее, когда меня вдруг посетило предвидение. Содрогнувшись, я всосал содержимое. Что-то серьезное вот-вот должно было произойти.
Тук. Тук. Тук.
Когда я ринулся к входной двери, я услышал, как Аканэ в большой комнате встает, собираясь узнать кто там. Когда же я влетел в коридор, что вел к двери, то увидал как Аканэ открывает ее.
— Здравствуйте, — сказала Сецуна, и Хотару стояла рядом с нею. — Мы ищем Ранму. Он здесь?
Хе. Никак не думал, что они воспользуются моим предложением. Что же, не знаешь что делать, иди вперед. Из-за спины Аканэ, наливающейся гневным свечением я помахал им рукой.
— Привет, девчонки, — выдал я прежде чем быть запущенным в стратосферу молотом, сопровождаемый воплем "Бака!". Если они не поверили мне прежде, что же, теперь могут убедиться самолично. Это уж точно. Я понадеялся на то, что эти двое доживут до моей посадки.
Двумя минутами позже, и тремя золотыми рыбками меньше, убитыми мною при приводнении, я уже был дома вновь, наблюдая за тем как Аканэ ведет себя так, будто и не пыталась убить меня только что.
— Простите меня за то, что я на вас накричала, — заявила она ничтоже сумняшеся, — Я приняла вас за очередных невест этого баки. — и при этом она даже и не позаботилась, чтобы хотя бы назвать меня по имени. Лицо Сецуны осталось нейтральным, но я явственно мог видеть неодобрительное выражение на лице Хотару. Она явно не была согласна с тем обращением, что я получал здесь, и я решил, что она, пожалуй, мне нравится. Ответила же Сецуна.
— Мы так и поняли, — сухо заметила она. Я так и не смог прочитать на ее лице, но тем не менее, невзирая на весь ее самоконтроль, я сумел вычленить неодобрение и из ее эмоций тоже. — Мы зашли лишь из-за того, что Ранма пообещал показать нам Нериму.
— Да не волнуйтесь вы так, я и сама могу вам все показать, — тут же просияла Аканэ, —Я знакома с нею несравненно лучше этого баки. А он наверняка потащит вас к этой тупой красотке, Шампу. — Я ощетинился. Мне и вправду не понравились попытки Аканэ навязать им себя поверх моего предложения. Я это начал, и черта с два я смирюсь с ее непрошеными услугами. К счастью, Сецуна, похоже, была того же мнения.
— Нет, спасибо, — вежливо пресекла она ее попытку. — Уверена, у вас и без того дел полно, и мне не хотелось бы отрывать вас от чего либо важного. — Видя, что Аканэ сдаваться не собирается, я пришел им на помощь.
— Ну что же, — дружелюбно начал я, прыгнув на ноги, — Не будем тратить времени. Почему бы вам не отправиться вперед, а я присоединюсь к вам, как только доберусь до горячей воды? — Сецуна тоже встала, вместе с Хотару, бросающей на Аканэ хмурые взгляды.
— Хорошо, — согласилась Сецуна, и развернулась, собираясь уходить. Аканэ гневно пялилась на меня, но я сделал вид, что не вижу ее вообще, вразвалочку направившись к кухне. Касуми все еще была наверху, в ванной, восстанавливаясь от своей сексуальной неудовлетворенности, после того как насмотрелась на меня голого и находящегося в пределах досягаемости, вдоволь, будучи при этом неспособной сделать ничего. В итоге я помог с водой себе сам, и выскочил на улицу.
Они меня ждали. Хотару сверлила дом сердитыми взглядами, в то время как Сецуна стояла на месте в спокойном ожидании. Стоило мне к ним присоединиться, как Хотару сорвалась.
— Поверить в это не могу! Ранма, она же могла тебя покалечить! Ты как, в порядке? — спросила она, окидывая меня с ног до головы обеспокоенным взглядом. Благодаря изрядному опыту, накопленному мной в этой сфере, я лишь отмахнулся.
— Здоров, как конь, — сострил я, — Так вы двое решили к нам заглянуть? Я и не думал, что вы появитесь. А где остальные двое, Харука и Мичиру? — я огляделся по сторонам, пытаясь определить, не прячутся ли они поблизости.
— О. У Харуки-папы гонка, и она не могла ее пропустить, а Мичиру-мама на репетиции. — чирикнула Хотару, полностью уже забыв о своем былом недовольстве. Ну что за дружелюбная девочка. Наверняка друзей у нее уйма.
Сецуна мягко вмешалась в разговор. — Вчера ты предложил нам показать Нериму, и поскольку Мичиру и Харука были заняты, мы с Хотару решили принять твое предложение.
Я ухмыльнулся ее импульсивности. — Что же, теперь вы верите в то, каким образом я прилетел на ваш пикник? — я особенно был горд тем, что все-таки ухитрился своим замечанием выдавить из Сецуны слабую улыбку. Я пошел вперед, они последовали следом за мною. Они не просили меня показывать им что-то конкретное, так что я решил направиться по большому кругу. "Некохантен", "у Уччан", Фуринкан, может быть еще пара-тройка мест. Я направился к "Некохантен".
— Поверить не могу в то, что она и вправду бьет тебя! — сказала Хотару. Губы ее неодобрительно поджались, сделав ее лицо еще более милым. — Как кто-то, кто угодно, может быть настолько злобной?
Я пожал плечами, — Со временем привыкаешь. Путь истинного бойца не бывает без боли и все такое... — легкомысленно отозвался я, и Сецуна бросила на меня странный взгляд.
— И почему ты это все терпишь? — тихо спросила она. Я покосился на нее, прежде чем отвечать.
— А что я могу? Если я скажу ей "хватит", она разойдется еще сильнее. Вообще-то она еще не так плоха, по сравнению с ее сестрой, Набики. — добавил я. — Аканэ просто меня бьет. Физически. Набики же действует тоньше. И безжалостнее.
— Но почему бы тебе просто не уйти? — спросила Сецуна. Хотару тоже уставилась на меня, явно поддерживая ее. О, боги гнева...
Почему бы мне просто не уйти? Вопрос, что я задавал и самому себе неоднократно, но ни разу до этого мне не задавали его другие. Полагаю, мне стоит подумать, прежде чем отвечать.
После долгого молчания и наконец ответил. — Потому что это будет бесчестно.
— Бесчестно? — переспросила Сецуна, — Почему бесчестно?
— Потому что мой батя и Тендо-сан заключили соглашение, по которому две школы должны быть объединены. Поскольку я наследник со своей стороны, я обязан жениться на одной из них. Ни одна из двух других не захотела, так что я застрял на Аканэ.
— Но как насчет других твоих невест? — спросила Хотару — Я не помню, чтобы ты говорил что-то о них. Почему бы тебе не жениться на них?
— Потому что в таком случае соглашение с Тендо будет разорвано, и моя честь уничтожена. — сказал я. Сецуна пристально глянула на меня. Хотару вопрошающе.
— Эта честь настолько важна? — тихо поинтересовалась Сецуна. Я резко глянул на нее, пожалуй даже чересчур резко. Я видел, она задавала этот вопрос всерьез. И она заслуживала серьезного ответа. Если я смогу высказать его словами.
После еще одной долгой паузы я наконец заговорил, и весьма серьезным тоном. — Бывали времена, — начал я, — когда у меня не было одежды, не было еды, друзей, и даже надежды. Но даже без этого всего у меня оставалась честь. Если не станет и чести... — я помолчал, — Если я потеряю и честь, не останется действительно ничего.
Молчание было мне ответом.
Мы шли дальше.
* * *
— Итак, — сказал я, тщетно пытаясь звучать как ни в чем ни бывало. — Мы повидали "у Уччан", "Некохантен", Фуринкан, доктора Тофу и Рёгу. — я хромал, левая сторона моего лица представляла собой сплошной синяк, я был девушкой, и я все еще не мог отойти от того парализующего зелья. Довольно насыщенный день, могу вам сказать.
Хотару давным-давно уже отказалась от всех своих попыток закрыть отвисший рот, так и ходя, изумленная донельзя. Сецуна все еще билась, отважно и неукротимо, за возможность оставаться холодной и спокойной, но я видел как ее скорлупа бесстрастия трескается и отпадает кусками. В принципе я их не виню. У Укё все при принципе было неплохо, Конацу был очень мил, а Укё действительно все поняла как надо, но после нападения Мусса, и амазонского тисканья Шампу, за которыми последовал Фуринкан с Куно, и братом и сестрой, последняя встреча была с Рёгой, что оставила меня в женском теле, следом шел Тофу и его неудачный номер бальных танцев, (с Касуми и Бетти в качестве помощников и партнерш по танцам). Хотару должно быть уже сплющила все лицо, падая без конца лицом об пол, а Сецуна, похоже, обзавелась нервным тиком, судя по ее левой брови.
— Ранма, должна тебе признаться, — начала Сецуна, — в парке, когда ты рассказывал о своей жизни, я решила, что ты несколько все преувеличиваешь. Но теперь... — голос ее затих. Я лишь пожал плечами. За нашими спинами солнце уже начинало садится. Приближающаяся ночь напомнила мне о том, что на вечер у меня уже назначена встреча, и я не мог провести ее с этими двумя поблизости.
— Да не волнуйтесь вы так насчет этого, — сказал я, — Послушайте, я не хочу показаться неучтивым, но становится поздновато. Вас до дому не подбросить? — Сецуна тряхнула головой, и потянулась к часам. Увидав циферблат, она моргнула.
— Да, похоже, становится поздновато. Ты не знаешь, когда будет автобус?
Я ухмыльнулся. — Через пару часов, но я вполне могу подбросить вас до дому, если хотите.
Сецуна приподняла бровь. — Что-то непохоже, чтобы тебе уже могли выдать права. — Хотару была слишком ошеломлена событиями этого дня, чтобы говорить.
Я потянулся, стараясь выгнать из тела последние остатки парализующего зелья. Эти двое выглядели довольно легкими, и мне хотелось сделать им что-нибудь хорошее...
— Разумеется у меня нет никаких прав. Но я предлагал вас подбросить, а не подвезти. — я ухмыльнулся, увидав озадаченный взгляд Сецуны, и добавил, — В конце концов, что это за экскурсия по Нериме без тура по крышам?
Используя свою скорость реакции в качестве последнего и неопровержимого аргумента, я подхватил Сецуну одной рукой, и усадил ее на плечо, проделав второй рукой то же самое с Хотару. Удерживая их руками, обхватывавшими их за талии, я прыгнул вверх.
Я услышал, как Сецуна задохнулась, кроме того, прыжок, похоже, заставил Хотару очнуться. Она приглушенно пискнула, но к тому моменту я уже был на крыше, и уже мчался вперед.
— Положите ноги мне на грудь, чтобы сохранять равновесие, — предупредил я их, перепрыгивая с одной крыши на другую. — Руки на мне голову. И расслабьтесь. — все это я произносил обычным, спокойным тоном, так, как будто прыжки по крышам на тридцатикилометровую дистанцию с двумя женщинами на плечах для меня были обычным делом. — Я постоянно этим занимаюсь.
Двумя крышами позже я почувствовал как Хотару наконец расжалась, и я заухмылялся, когда она принялась хихикать. Вскоре после этого расслабилась и Сецуна.
— В принципе я бы против этого так не возражала, — сказала та несколько нервно, — если бы не была в юбке.
— Не волнуйся, — отвечал я, легонько выдохнув, — Ты изумишься, узнав насколько мало народу в этом городе, все-таки задирают голову к небу, — мне пришлось себя несколько сдержать, взяв подходящий темп. Да, эти двое, может быть, много и не весят, но Джуубан отсюда довольно далековато, и я не занимаюсь такого рода упражнениями на регулярной основе. Дальнейшее наше путешествие проходило в том же ключе. Я продолжал вести с Сецуной непритязательный диалог, пока Хотару ахала, ликующе изучая окрестности в новой, ранее неизведанной перспективе.
— Так сегодняшний день совершенно обычен? — спросила Сецуна.
— Ага. Конечно, бывают и дни, когда ищи не ищи, никто на пути так и не попадается, но это чаще всего означает лишь то, что они тренируются, собираясь избить меня, или еще что в это роде. Вообще-то сегодня вам еще повезло.
— Почему?
Я ухмыльнулся, про себя. — Вам повезло оказаться у нас в один из дней, когда поблизости нет Хаппосая.
* * *
Кинувшись на меня, Хотару одарила меня жаркими объятьями, — Ранма, спасибо за эту поездку, — счастливо смеясь, сказала она. Лишь затем она, похоже, осознала, что обнимает меня, и залившись краской до пят, убежала в дом. О, боги гнева, кажется, она в меня влюбилась. Сецуна же одарила меня более сдержанным прощанием.
— Спасибо за экскурсию по Нериме. Мне очень понравилось, — благовоспитанно сказала она, подав мне руку. Я ухмылялся как какой-то восемнадцатилетка (какое совпадение), взяв ее руку своей.
— Ха, ничего подобного. Спасибо вам, — засмеялся, я почесывая затылок свободной рукой. И вновь я был приветствован одной из небольших улыбок Сецуны. Кажется, мне это начинает нравиться.
— Не смотря на то, что, по моему мнению, ты не заслуживаешь того, как с тобой обращаются, — сказала она, неожиданно став очень серьезной, — Я уважаю твое отношение к долгу. Если тебе когда-либо понадобится помощь, не стесняйся, спрашивай. Я не буду ничего обещать, но я посмотрю, что смогу сделать, — и развернувшись, она грациозно вошла в дом, что она делила с Хотару и двумя остальными женщинами.
Я так и стоял, глядя ей вслед, долгое время. Что-то было такое в том, как она произнесла этот "долг". Что-то...
Я расплылся в ухмылке. Нет, похоже, мне определенно нравиться иметь ее поблизости. Может быть, я оставлю ее себе, рабыней, после того как мы вторгнемся сюда, и все завоюем. Принявшись насвистывать, я пошел прочь, с руками в карманах. Ночь уже полностью вступила в свои права, но у меня еще было некоторое время перед назначенной встречей. Так почему бы этой ночью не наслаждаться?
* * *
Я тупо пялился на изломанное тело Саффрона, неспособный поверить в то, что только что произошло у меня на глазах. Я победил? Как? Как я мог это сделать? Это просто невозможно. Саффрон был богом, а я всего лишь низший из третьей филы. Я был избран из-за того, что был слаб. Битва должна была быть до омерзения односторонней, это я должен был валяться изломанным. Нет, не то, чтобы я против этого возражал, но что это значит? Был ли Саффрон не более чем пустышкой, фальшивкой, мелким демоном, притворяющимся великим? И когда эта мысли посетила меня, тело Саффрона обратилось в золу, подобно фениксу. Глупые хныкающие звуки донеслись из огня, и секундой позже и Саффрона и огня больше не было. Плачущий младенец лежал там, где только что они находились. Нет, Саффрон был богом. Сказочно мощным, если он мог практически незамедлительно возродиться. И последствия этого вывода ударили меня подобно молнии. Я только что убил бога. Так насколько же мощен я стал?
Бульканье, донесшееся до меня справа, вырвало меня из грез. Было уже довольно поздно. Я опирался о дерево, скрытый в тенях, рядом с озером, что лежало также справа. Я не двигался уже почти два часа, стоя в ожидании. Быстрый взгляд направо подтвердил мои подозрения.
Озеро было переполнено кипящими ключами, и лунный свет отражался от его пузырящейся поверхности. Из глубин озера, из ила, покрывавшего дно его, вылезала на поверхность чешуйчатая тварь из второй филы. Должен признать, это было довольно неплохое место для укрытия, с учетом цвета и фактуры кожи твари. Второй огляделся по сторонам и быстро по выданной мной ауре из серии "да тут я, тут" засек мое местоположение. Лунный свет подчеркнул его скалящуюся пасть, стоило ему разглядеть меня внимательнее. Волевым усилием я подавил свой хмурый взор.
Причина, крывшаяся за столь неприязненным приятием меня, довольно проста. Я из третьей филы, он из второй. Что вроде кастовой системы. На вершине пирамиды стоит Тот, Кто Помнит. Что-то типа бога во плоти. За ним Повелитель первой филы. За ним, в большинстве своем, сказочно мощные меньшие повелители и повелительницы, и тому подобное. Довольно значащие личности, но не настолько значащие как Повелитель. Ниже их стоят члены второй филы. Они служат командирами и стражей, элитными воинами. И уже под ними находится наша третья фила. Пеоны и пушечное мясо. Когда барьер падет, третьи пойдут первыми, принимая на себя мощь человеческого оружия. Наибольшей же проблемой, в моем случае, является то, что к членам третьей филы относятся как грязи под ногами. Причина же того, почему мы считаемся третьими, причиной, по которой мы лежим в грязи, является аномалия в наших аурах. В то время как у большинства существ нисходящая аура закручивается против часовой стрелки, то есть у людей, существ всяких там, или демонов, у третьей филы нисходящая спираль закручивается по часовой стрелке. Из-за этого мы считаемся слабее и ниже всех других, ну и презреннее тоже. Что-то типа того, как считать кого-то ниже тебя из-за цвета его кожи или глаз. Люди, в принципе, тоже подобным страдают.
— Третий, — нагло сплюнул тот, — Что ты здесь делаешь? — он шарил по мне взглядом вверх и вниз, и я с трудом удержался от того, чтобы не встать в угрожающую позу.
— Меня зовут Ран, — вместо этого сказал я, — Я был одним из первых агентов, что НАШ... — я выделил это слово, — Повелитель послал ослаблять барьер.
Второй скалился на меня, скалился ухмылкой существа без губ, которому нечем ухмыляться. — Что же, можешь теперь этим не заниматься, — сказал он мне, — Вторые занялись этой задачей. Мой Повелитель наконец-то свободен в достаточной степени, чтобы послать Вторых вперед, позаботиться об этом и возглавить вторжение. — сопляк самодовольный. Не может признать, что лишь благодаря Третьим барьер ослаб. Не признает этого, хоть его пытай. — Твоя работа окончена, Третий.
Я ощутил, как теплое чувство прокатилось по мне. Я закончил, что начал. Наконец-то я могу оставить этих раздражающих людей позади.
Второй продолжал, — Теперь ты можешь воссоединиться с остальным своим родом.
Предупреждения не было. Единственное, что спасло меня, — годы неожиданных атак дюжин сверхмощных бойцов. Я метнул себя прочь от дерева, в тот же самый момент был окачен тучей щепок. Перекатившись, я встал в стойку, склонившись вперед, одна рука на земле, обе ноги широко в стороны, для устойчивости.
— Что ты творишь, во имя Повелителя?! — выплюнул я в него. Второй лишь одарил меня презрительным взглядом.
— Все просто, Третий. Я отправляю тебя к твоему роду. Тебя не было там, когда мы осуществляли чистку.
Я застыл. — Чистку? — спросил я, уже боясь его ответа.
— Чистку. Славную охоту, что избавила мультивселенную от вас и вам подобных. Ничтожной и никчемной извращенной расы. — Второй атаковал меня физически. Невзирая на ледяной комок в желудке, я легко избег всех его атак.
— Ты лжешь! — выплюнул я. Второй был слишком уверен в своем превосходстве, полностью проигнорировав тот факт, что я уклонился от его атак, будто их и не было вовсе.
— Это было дивное зрелище, — сказал он мне, — когда последний Третий пал, стертый рукой самого Повелителя. Празднование этого события длилось больше недели.
Мне надо убираться отсюда. Сенши покажутся здесь в любую секунду, и я не желаю им объяснять, чего это я общаюсь с это тварью. Отмахнувшись от очередной бесплодной атаки Второго, я расправил пальцы, и запустил Катю Тенсин Амагурикен прямо в грудь ничего не подозревавшей твари. Кулак мой сжался вокруг того, что сходило, более-менее, за сердце этой твари. Рывок, и вставшая столбом тварь рухнула оземь, истекая энергией из пробитой груди. Скорее всего, он даже и не почувствовал удара.
Все что я чувствовал — холод. Лед. Все Третьи. Мои люди. Моя раса. Мои друзья. Моя семья. Мертвы. Последний стерт Повелителем самолично. Подняв голову к небесам, я заревел, устрашающий, рвущий небо рев, что не может исходить из глотки человека. И с этим, когда холод проник до самой моей души и дальше, я сбежал в ночь. Я бежал от этого тела, и того, что оно собой знаменовало. Я бежал.
~~ конец главы 2 ~~
Примечание переводчика:
М-да. Гении планирования и предусмотрительности. Что-то типа — "раз уж мы все равно скоро захватим ту реальность, ведь чуть-чуть осталось, и заведем себе уйму рабов, так не вырезать ли нам всех крестьян, и прочую раб.силу, а то они грязные, немытые, отвратные и не в ту сторону закрученные... ", а потом неделю гудеть всем колхозом, на имеющиеся, но уже не пополняемые запасы...
Интересно, Тот, Кто Помнит, он еще и думать умеет?
«« предыдущая глава | ~~Заканчивая начатое — главная~~ | следующая глава »» |
Обсудить сам фанфик или его перевод можно на нашем форуме (но на форуме нужно зарегистрироваться ^^
Это не сложно ^_^)
Будем благодарны, если вы сообщите нам об ошибках в тексте или битых ссылках ^_^ — напишите письмо или на форум, или еще проще — воспользуйтесь системой Orphus
Ошибка не исправлена? Зайдите сюда. В этой теме я буду выкладывать те сообщения, из которых я не поняла, что мне исправлять