Перевод на русский —
Толокин Сергей aka Siberian Troll
Siberian-Troll@yandex.ru

Данное произведение содержит элементы ругательств, не совсем пристойных слов, и сцен. Если вы ощущаете явное нежелание сталкиваться с этими моментами, не читайте расположенный ниже текст.

Внимание: Тексту присвоен рейтинг PG-13. Детям до тринадцати лет рекомендуется чтение этого текста в присутствии родителей.

Вы его читаете?

Я вас предупредил.

ПРОЛОГ

Best Ranma OneShot Story — июль 2000 года Застегнув последнюю пуговичку на платье, Акане потянулась, поднимая руки вверх и заводя за голову. Повернувшись, она глянула в висящее на стене зеркало. Да, не пожалуй не самый лучший вид, но и не худший.

Удовлетворенная результатами осмотра, она вышла из комнаты, и отправилась вниз, проверить, приготовила Касуми завтрак, или пока еще нет. Радостно напевая что-то под нос, она уже ступила на последнюю ступеньку, когда громкие вопли, доносившиеся из спальни Саотоме приковали ее внимание. Так и не сумев догадаться, что именно у них произошло, она разумно предположила худшее и устремилась к комнате. Завернув за угол, она увидала, Касуми и Набики уже стояли у открытой двери. Касуми выглядела несколько обеспокоенной, в то время как Набики не проявляла никаких эмоций, спокойно наблюдая за происходящим.

Приблизившись к порогу, Акане услышала еще один из воплей Ранмы  — Отвали, бать. Не собираюсь я вставать!

Возражения Генмы можно было расслышать без проблем.

— Ранма, вставай. Будь мужчиной.

Просунув голову в проем, Акане заглянула в комнату.

Ранма, по-прежнему в трусах и красной футболке, отчаянно цеплялся за пол. Скомканное одеяло обернулось вокруг его поясницы, в подушку он вцепился зубами.

Генма дергал своего сына за ноги, безуспешно стараясь отодрать его от пола.

— Что тут такое происходит? — осведомилась Акане.

Постороннее вмешательство заставило Генму временно прервать свои рывки. — Ранма заявил, что вставать не собирается! — Он вновь развернулся к своему сыну — Поднимайся, сын мой. Новый день требует, чтобы ты встретил его вызов как настоящий мужчина — ответив вызовом на вызов!

— Фиг тебе!  — заявил Ранма, не выпуская изо рта подушки. — Точно знаю, стоит мне встать и попрет один из "этих" дней. Плохих дней, и я не буду его проживать. Сегодня суббота. Все! Беру себе выходной!

Акане печально вздохнула. Да, без нее тут не обойтись. Войдя в комнату, она отобрала ноги Ранмы у Генмы, — Ранма, нечего вести себя как ребенок. Ты не гадалка, так что будущего видеть не можешь. И весь день спать ты не будешь. Пошли. Нас ждет завтрак.

Акане дернула Ранму за ноги, добившись при этом больших успехов. Ломя грубой силой, она сорвала его с места, и он пополз за ней, оставляя своими пальцами глубокие борозды. Вбив пальцы в пол, он безуспешно пытался удержаться на месте. Бесполезно. Его медленно, но упорно вытаскивали из комнаты.

— Миленькая невеста не делала бы со мной такого, — пожаловался Ранма, когда Набики быстро отдернула ногу, в которую он хотел вцепиться.

— Тогда просто здорово, что я немиленькая невеста, — раздраженно рявкнула она, таща сопротивляющегося Ранму по коридору. — Вставай и иди жрать!

— Запомните, — заявил Ранма, окидывая взглядом остальных, присутствующих в коридоре, — я вставать не хотел. И неважно, что сегодня произойдет, я тут ни при чем!

Это были последние слова, которые он успел произнести, прежде чем Акане утащила его за угол.

— Да ему просто лень было вставать, — заметил Генма, хотя голос его звучал несколько обеспокоено.

— Полагаете, нам стоит приготовиться к худшему? — поинтересовалась Касуми. Наверное ей стоило приготовить побольше еды, поскольку проблемы почти всегда означали, что кто-то придет к ним в гости.

— Я приготовлюсь, — заметила Набики, — Так что ночевать я буду дома у подруги. Как только соберусь, я сваливаю отсюда. То есть, через пять минут.

Генма вопросил себя, а где ему следует спря…, э-э, нет, переночевать дома у друга, но потом припомнил, что он и так в гостях. Ладно, всегда можно найти чуток холодной воды и спрятаться на пару дней в питомнике панд местного зоопарка. Отличный план. Весь бамбук будет его. Детишки станут угощать его конфетами… Точно, отличный вариант.

И пока троица жителей дома Тендо обдумывала дальнейшие действия, Ранма завопил вновь — И не вздумайте меня потом обвинять!

Крик эхом отозвался по всему дому.

Mindless Tripe Productions

(Глупый Треп Продакшнз)
с гордостью представляет:

Те, Кто Охотятся на Ниндзя

Байка по Ранме ½
от Д.Б. Соммера.

ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА:

Текст никоим боком не является потомком или кроссовером с Теми, Кто Охотятся на Эльфиек. Так, название случайно совпало.

Точно-точно.

ПРАВОВАЯ ОТМАЗКА:

Ранма ½; его персонажи и сюжеты принадлежат Румико Такахаси, Shogakukan, Kitty, и Viz Video.

Всякие комментарии и критика одобряются. Можете связаться со мной через sommer@3rdm.net

Плесень, мох и грибы испещряли каменные стены древней крепости, источая зловоние, заставлявшее Май морщить нос. Запах напоминал ей месиво из тухлой рыбы с жженой серой, или туалет после того, как Тай наелась мексиканских блюд, запив при этом их бочонком пива. Если бы у нее был выбор, она бы предпочла этой мерзкой вони даже запах собственной паленой кожи.

Размышляя об собственной горелой коже, она увернулась от парочки зажженных стрел, вылетевших из потайных бойниц в стенах, что были приняты ей за грибницы. Это и объясняло столь запущенное состояние этого участка крепости; так проще застать врасплох неосторожных посетителей.

Быстро нырнув вниз и перекатившись, Май сумела выйти из поля зрения скрытых лучников. Ее роста вполне хватало чтобы без проблем доставать потолок. Полезное достоинство, когда в ход идут обваливающиеся куски пола, ведущие в ямы с острыми, смертоносными бамбуковыми кольями, выстроившимися в линеечку.

Пролетая через яму Май лениво зевнула.

Ловко приземлившись на другой стороне, юная девушка оглядела свой наряд. Стандартный черный костюм ниндзя практически не пострадал. Это было просто здорово, поскольку он терпеть не могла шить, и починка одежды нагоняла не нее тоску.

Продолжая двигаться по коридору, она перешла на бег. Завернув за угол, она неожиданно обнаружила перед собой бенгальского тигра. Слюни текли из его пасти, капая с клыков, пока тигр рыча, разворачивался к ней.

~ Тигр. Пфе, никакой фантазии. ~

Продолжая бежать, Май порылась в своем костюме и вытащила крупный кусок сырого мяса. Кусок по плавной дуге отправился к тигру, и тот ухватив его в воздухе, рьяно принялся пожирать добычу. Пробегая мимо большого котика, Май нанесла ему легонький удар.

Коридор становился заметно теплее. Май все еще пыталась понять, что это должно означать, когда трое ниндзя, все крупнее чем она, казалось вытекли из камней прямо на ее пути, встав в метрах трех друг от друга. Первый вытащил из ножен большую катану, второй помахивал серпом на длинной цепи, третий лениво вращал надетыми на пальцы метательными звездами.

Не останавливаясь, Май поднырнула под замах первого, ткнув его в горло, роняя на пол одним ударом. Второй к этому времени раскрутил цепь и метнул вперед, собираясь захлестнуть ее ноги. Вместо этого Май ухватила его цепь и продолжила бежать вперед, так и не остановившись. Второй, впечатленный показанной ему координацией движений и умелостью, отпрянул назад. Это оказалось ошибкой, поскольку Май резким движением руки раскрутила цепь, спутав ноги противника его же собственным оружием. Челюсти его громко щелкнули, когда удар цепи снес его на ледяной каменный пол.

Третий метнул в ее сторону сразу дюжину звезд. Каждая из них была точно нацелена — все шли прямо в нее. Без малейших усилий, Май вынула их из воздуха, собрав горкой в своих руках. Уронив позвякивающую кучку у ног третьего, она пробежала дальше.

— Можешь не благодарить, — крикнула Май оглядываясь через плечо на остолбеневшего ниндзя, — Я в курсе, сколько тебе придется заплатить за их утрату.

Цветистый набор выражений, описывающих ее родословную, в которой причудливо смешивались некоторые весьма экзотические животные, угасал по мере ее продвижения сквозь комплекс.

Воздух в коридоре становился все теплее и теплее, до тех пор, пока Май не взмокла под своим костюмом. Коридор наконец-то раздался в стороны, и ярко-красное свечение наполнило его, исходя откуда-то спереди. Май была рядом со своей целью.

Ворвавшись в гигантский зал посреди крепости, она заметила, что тот скорее являлся большой пещерой. Вместо пола, по которому она следовала, она обнаружила себя стоящей на краю какой-то пропасти, и коридор позади нее был единственным путем, ведущим от нее. Взглянув с обрыва, она увидала, что весь зал представлял собой каменный бассейн, наполненный лавой, тем самым источником увеличивающегося тепла. Набор небольших, узких скал выступал из лавы примерно на локоть. От каждой скалы вверх тянулся трехметровый бамбуковый шест, жестко закрепленный внизу.

На противоположной стороне, прямо напротив Май был еще один уступ, на котором стоял ниндзя со скрещенными руками, стоял так, словно ожидал чего-то. С того месте где она стояла, она могла видеть белую линию в метре перед ним и в полуметре от обрыва. Даже через те метров двадцать, что разделяли их, она ощущала ухмылку, спрятанную им под маской. Она решила выложиться на все сто, чтобы стереть ухмылку с его лица. Так, чтобы он раз и навсегда уяснил, где его место.

— Ой, это тааак затаскано, — пожаловалась Май, готовясь пропрыгать по кончикам шестов на другую сторону. Тренированный разум ниндзя потратил пару секунд для того, чтобы выбрать наиболее прямой и быстрый маршрут. Взвившись в воздух, она развернулась к ближайшему шесту, отсчитывая в уме секунды, потребные для того, чтобы оказаться на той стороне и встать лицом к лицу с последним ниндзя.

Но как только Май достигла вершины своей траектории, прямо перед первым шестом, из верхушки бамбука показалась стальная игла длиной в ладонь.

С другой стороны раздался громогласный, издевательский смех мужчины — ниндзя,

— Ха! Так ты уже закончила?

Вместо ответа Май дернулась прямо в воздухе, и поменяв местами ноги и голову. Как только она оказалась над иглой, примерно в ладони от острия, ее руки молниеносно упали вниз, обхватив шест чуть ниже выступавшего заостренного куска металла. Это потребовало от нее серьезных мышечных усилий, но она смогла затормозить свое падение. Правда к тому моменту, как она остановилась, ее лицо оказалось менее чем в семи сантиметрах от кончика иглы.

Взглянув вверх, Май прикинула расстояние до следующего шеста. Используя исключительно мускулы рук, она распрямила локти и взлетела вверх, повторив тоже действие с другим шестом. Десять подобных прыжков спустя, она покрыла пространство между стенами, с кошачьей грацией приземлившись на ноги, сложившись в низкой стойке прямо на белой линии.

Медленно, Май распрямилась и встала перед мужчиной. Она ощущала бурю ярости, сочившейся от него, направленную на нее, ярость физически ощущавшейся в воздухе. Мужчина оставался недвижим и когда Май запустила руку в свой костюм, не отрывая при этом глаз от ниндзя. Из глубин своей одежды она достала небольшой предмет. Бросив на него мимолетный взгляд, она воздела руку, выбрасывая серебряный кулон прямо к лицу мужчины.

— Четыре минуты двадцать три секунды. И это улучшает лучший результат прохождения более чем на тридцать секунд. У вас есть, что сказать?

— РРРРРР!

— А, да. Точно. Это же был твой результат, дядя, — со всей доступной невинностью заметила Май, и убрала хронометр назад. Она смеялась и хихикала, как пятилетний малыш, которому только что вручили пожизненный запас карамелек. Подпрыгивая вверх и вниз, она хлопала в ладоши и радостно напевая, — Я ниндзя, я ниндзя, я ниндзя, я…

— ТЫ ДУРА!! — заорал мужчина, — Не стой на финишной линии!

— Чего ты…. АЙ!

Май завопила от боли, когда еще две фигуры приземлились прямо ей на спину, превратив площадку в кучу-малу из которой во все стороны торчали руки и ноги. Вопли и взмякивания доносились от всех трех распростертых фигур.

Несколько секунд ниндзя грандмастер Такео Юризока отчаянно удерживал себя от нестерпимого желания выпнуть всех трех своих внучатых племянниц в лаву. В конце концов, кто станет против этого возражать? Да ему спасибо скажут, а ему это пойдет на пользу, он отплатит им за те проблемы и страдания, обрушенные на него с того момента как он начал их учить. Его врач настоятельно требовал понижать кровяное давление, а это простое движение, маленький небольшой пинок, здорово этому поможет.

Но все же это была его плоть и кровь. Это будет неправильно. Кроме того, их мать, его племянница Канука, вполне способна порубить его на кусочки свей катаной, таскаемой ей куда ни попадя. Кроме того, бог знает почему, но эта троица надоедливых хулиганок ему нравилась.

Нет. Убийство внучатых племянниц вне процесса обучения на ниндзя отменяется.

Трое девочек подростков наконец распутались и встали перед ним салютуя ему так, словно он был строевым инструктором.

Такео побагровел от ярости.  — Не салютовать! Кланяться, дуры, кланяться!

Все три девушки поклонились, при этом продолжая держать ладонь у виска. Удерживать себя от выпинывания их в лаву стало еще сложнее.

Передернув плечами, Такео отвернулся от них, потратив некоторое время на то, чтобы успокоиться и обрести контроль над своими эмоциями. Медленно и спокойно он обдумывал состояние каждой из его учениц. Май, Тай и * очередное передергивание * Бобби Джо (как он хотел врезать по голове мужу племянницы за столь тупое гайджинское имя!) Слава богу, что все звали ее просто Би-Джей, хотя даже и так это приводило ко всяким глупым шуточками, за которые та била шутников. Они были тройняшки, но скорее просто сестры, а не копии друг друга. Это была большая редкость, но все равно было лучше, чем наличие трех одинаковых копий одного человека.

А теперь, спустя несколько месяцев тренировок, они прошли финальное испытание, требуемое для выпуска, или, по крайней мере, они так думали. Но у него на их счет были другие планы. На его лице расцвела маленькая улыбка, и развернулся на пятках к девочкам. Он физически ощущал их беспокойство тем, что он их еще не поздравил…

— Уааау! — зевнула Май, — Все это испытание прям как какой-то аттракцион из Индианы Джонса.

— Блин. У меня тушь на ресницах потекла. И все из-за этой лавы.

— Думаю, мне надо нашить на костюм чуток украшений. Он какой-то невыразительный.

— ВЫ, ДУРЫ! ЧТО ТАК СЛОЖНО ПРИТВОРИТЬСЯ ХОТЯ БЫ На ЧУТЬ-ЧУТЬ, ЧТО ПОЛОСА ПРЕПЯТСТВИЙ БЫЛА ТЯЖЕЛОЙ? Я ЧТО, ТАК МНОГОГО ПРОШУ?

Такео вопил, а его боевая аура дробила камни, на которых он стоял.

* * *

Гранд мастер ниндзя заставил себя успокоиться и скомкать остаток своего вопля, обрушенного на девочек. Не стоило в данной ситуации тереть над собой контроль, хотя с ними это было довольно сложно. В качестве средства успокоения он решил проинспектировать внешний вид своих учениц. Ему не хватило храбрости проводить их внутрь, Он тогда отчаянно надеялся, что они провалят испытание и ему никогда больше не придется их видеть, но… Его надежды были тщетны. Все три гордо стояли перед ним.

Такео взглянул на ученицу, первой пересекшую финишную линию. Май, фактический лидер трио (она была старшей), по крайней мере была нормально одета, облаченная в стандартный полный костюм ниндзя, консервативного черного цвета. Поза ее была гордой и она была готова к бою в любой момент. Внешне она демонстрировала решимость стать истинным ниндзя, хотя сама по себе она была далека от идеала. Во всем ее виде была только одна мааленькая проблемка — под названием размер груди. Она была настолько плоскогрудой, что временами ее принимали за ниндзя-парня, а не за куноичи, вполне объяснимая ошибка даже для набитого глаза Такео. Фактически она была столь же привлекательна, как и ее сестры, но только для тех, кто не перепутал ее с мужчиной. Бисёнен — лучшее слово для ее описания. У нее было слишком много черт бисёнена… — больше чем надо для девушки.

Двадцатилетний учительский опыт заставил его процедить похвалу сквозь стиснутые зубы — Поздравляю, ты прошла испытание лучше всех.

Май пожала плечами. — Да я бы его пьяной и с завязанными глазами прошла. Хочешь, попробую?

— НET!

Такео передернулся от столь дерзкого вызова. И в основном не от возмутительности его, но скорее от того, что она вполне могла это сделать. Его гордость просто не могла позволить себе такого удара. Еще одна черта, которая ему не нравилась в своей внучатой племяннице — она легко могла растоптать все надежды и чаяния другого человека даже не зная, что делает.

Не желая больше иметь дела с Май, он обрати все внимания на девушку рядом с ней, среднюю сестру, и превосходящую в росте старшую на несколько сантиметров — Тай.

Он не мог так сразу сказать, кого из них он бы предпочел. Тай была полной противоположностью Май, в физическом плане. В то время как Май была плоскогрудой, и худощавой, Тай обладала чувственной фигурой, с длинными ногами, и весьма выдающимся бюстом, демонстрируемым ею по поводу и без повода. Кроме того, она обожала подчеркивать свою фигуру весьма сомнительными нарядами. Сегодняшний ее костюм, ярко-розового цвета, состоял из пары полос ткани, тянувшимся от талии через груди, прикрывая их едва наполовину, и заканчивавшихся в ошейнике, застегнутом вокруг шеи. Спина ее была полностью обнаженной, а юбка, надетая ею, была настолько коротка, что едва-едва ухитрялась прикрывать ее сзади. Практически вся ее одежда была выдержана в том же духе. Это, а также ее привычка к пинкам в высоком прыжке, отягощавшаяся ношением кружевного нижнего белья, привело к двадцати пяти победам нокаутом подряд, учиненных на других учениках Такео. Рекорд никогда не повторявшийся прежде.

Пытаясь избавиться от не совсем приличных мыслей, Такео перевел глаза выше.

— Тай, — осведомился Такео, — где твоя маска?

— Что? — Тай выглядела оскорбленной в лучших чувствах самим таким вопросом. — Закрывать маской столь прекрасное лицо?! Не буду я ничего такого делать.

— Настоящие ниндзя носят маски, — попытался возразить Такео.

Тай ухмыльнулась. — Даже если я и одену маску, толку от этого не будет. Все равно, парни, осматривающие меня, смотреть мне в лицо не будут.

В качестве доказательства своих слов она выпятила вперед свои достоинства и тряхнула ими. Такео был вынужден напомнить себе, что она все же его родственница, и при этом достаточно молода, чтобы быть его внучкой. Тем не менее, холодный душ после занятий ему не помешает.

— Ладно, — буркнул он, позволив ей эту небольшую победу.

Отложив проблемы с Тай на потом, он развернулся к последней девушке — Би-Джей. Осматривая ее, он испустил печальный вздох — И что ж такое ты сегодня на себя надела?

Би-Джей гордо демонстрировала свой наряд. — Последний писк моды для современного стильного ниндзя. Светло-пурпурная маска в зеленый горошек создана Биллабонгом, белые перчатки от Айрхерт, а этот чувственный желтый топик куплен у Квиксильвера. Жутко дорого, но ведь внешний вид для ниндзя это главное, так, дядя?

Тысячи блесток улавливали отблески света из провала, заставляя Би-Джей блистать как новогодняя елка. То что надо для ниндзя, собирающегося куда-то незаметно пробраться.

Такео обратил внимание на то, что другие две девушки также содрогнулись, увидав то, что убогий вкус Би-Джей считал превосходным нарядом. Даже спустя несколько месяцев тренировок она все еще надевала одежду, которая по ее мнению, просто должна распространиться среди ниндзя, или по крайней мере то, что бесстыжие продавцы рекламировали как "то, что должны носить молодые, рьяные юные ниндзя". Как и в большинстве рекламы мода и практичность в данных нарядах не сочетались. Би-Джей была ходячей иллюстрацией этого.

— Ты на удивление плохо понимаешь, что должен носить настоящий ниндзя, — сухо отозвался Такео.

— Я могу и переодеться,  — возразила Би-Джей. Откуда-то из глубин своего наряда она вытащила черный костюм. Водоворот черной ткани скрыл ее на секунду, но как только все это окончилось, Такео обнаружил себя стоящим перед собой сорокалетнего мужчину-ниндзя, с пучком черных волос, торчащим над маской, широкоплечего, превосходно сложенного, и держащего себя так, как можно держать себя только после десятилетий преподавания тайных знаний юным идиотам.

— Ну как? — осведомилась фигура, и ее голос стал последней каплей. Такео признал в фигуре самого себя.

— Не делай больше этого! — рявкнул Такео. — Это уже слишком!

Зрелище, представшее перед ним было практически невероятным — Би-Джей была величайшей из мастеров перевоплощения, каких он только видел. Если бы он не видел как все происходило, он бы поклялся, что перед ним стоит он сам. Она была способна скопировать голос, интонацию и мимику так умело, что поражала даже своего дядю. По правде говоря, единственная вещь, что беспокоила его в внучатой племяннице, была ее основным оружием, ныне висевшим на ее спине. Из какой-то странной прихоти выбранное оружие оказалось чем-то, что даже Такео не смог переварить. Но все же, надо признать для хрупкой девушки она управлялась со своим оружием на удивление неплохо. Оружие просто было этаким… не совсем пристойным для ниндзя, чересчур несоответствующее их облику.

Би-Джей трансформировалась назад, вернувшись к своей "униформе", непринужденно покинув облик своего дяди. Взглянув на всех троих, Такео вынужденно признал, что они отлично подходят друг другу. Несколько месяцев назад он согласился выполнить просьбу своей племянницы потренировать девушек ниндзюцу, искусству, которым семья занималась уже столетия, с момента основания школы. Такео считался лучшим ниндзя своего и нескольких предыдущих поколений, доказывая это звание годами, преуспев в каждом задании, дававшемся ему, и во всех целях поставленных перед собой лично.

Со временем, обнаружив полное отсутствие достойных его мастерства задач, и повзрослев с годами, он основал собственную школу ниндзя, начав обучать кандидатов, пришедших к нему со всех уголков Земли. Не все их них стали лучшими, но, по крайней мере, они стали неплохими качественными ниндзя. Каждого выпускника он мог с гордостью назвать своим учеником. Так что, когда перед ним поставили задачу обучения этих девочек, он не стал возражать.

Определенно, это была самая большая ошибка в его жизни.

Меньше месяца потребовалось ему для того, чтобы убедиться наверняка — они худшая тройка потенциальных ниндзя из всех, кого когда-либо ему доводилось видать. Их проделки доводили его до безумия. Если бы они не были родственниками, и он не обещал учить из изо всех сил, то он выгнал их еще год назад. Но он продолжил их обучение, все более и более расстраиваясь от их поведения, но тем не менее желая избавления от них всеми фибрами души. Тем не менее его пробирала дрожь, стоило представить как они опозорят клан Юризока ( и Такео лично), сразу после выпуска. Что будет, если кто-то узнает что это он их учил, подумать страшно… Так что он шел на все, чтобы укротить их дух и заставить их уйти самих, или пасть в ходе обучения по собственной глупости. Это должно было легко получиться, но… не получилось.

Была и еще одна небольшая проблемка. Несмотря на свои отвратительные характеры, и проблемы с поведением, физически их умения были превосходны. С легкостью они стали лучшими во всей школе. Бой, просачивание, знание ловушек, тренировки с оружием — каждую область умений они превзошли. Они были даже лучше чем он, в их возрасте. Черт, они были едва ли не равны ему теперешнему; нечто, в чем он отчаянно не желал убеждаться. Проблема была не в том, смогут они или не выполнить поставленную перед ними задачу, проблема в том, что они обладали уникальной способностью выполнить его черт знает как, невзирая на все их навыки. Здравый смысл был как раз тем самым навыком, который им не давался.

А теперь, невзирая на все его мольбы и усилия, они все успешно прошли последнее испытание, улучшив его собственный результат, легко превзойдя его самого. И если позволить им выйти в мир, они в течение года смешают его имя с грязью, опозорив его навеки. Нет, не год  — месяцев шесть, максимум. Одно это уже заставляло слезы Такео течь по щекам.

Но все же одна небольшая надежда у него оставалась. Он добавил кое-что к их курсу обучения, и если они провалятся, у него будет еще пара месяцев. И может тогда он сумеет придумать что-нибудь, что заставит их использовать свои головы не только для макияжа.

А может быть, они умрут. В любом случае он только выиграет.

Девочки, еще не знающие, что для них приготовил их любимый дядюшка, смотрели на него с беспокойством. Май начала первой, слабо улыбаясь — Так что нам теперь делать?

Ухмыльнувшись под своей маской, Такео громко откашлялся. Настало время обрушить на них подготовленный сюрприз.  — Я знаю, что ученики, с успехом завершившие последнее испытание, выпускаются из нашей школы и становятся полноправными ниндзя с дипломом и всем остальным, но, поскольку вы настолько одаренные ученицы, я приготовил для вас отдельное последнее испытание.

Наконец то он с ними разделается. Он не мог дождаться, когда на их лицах появится тоска от сокрушенных грез и чаяний, если они у них вообще есть, сокрушенных также, как они сокрушили его.

— Блииин, нам точно придется тащиться в этот Неримский Исторический Музей и воровать эту глупую Священную Урну Као-Патти?  — осведомилась Тай, опиливая ногти.

Брови Такео задергались так, что его раздражение оказалась видно даже сквозь маску.

— Хах фы уфнафх? — это было все что он смог вытолкнуть из себя.

— Как мы узнали? — перевела его слова Би-Джей, — Элементарно. Мы взломали твой личный кабинет и пошарились в твоих записях. Мы нашли дневник в нижнем ящике, прямо под бумажными мишенями, которые жутко походили на нас. Между прочим, они все были истыканы метательными ножами. Да, а ты в курсе, что у тебя ножи влево уходят?

— Как вы пролезли внутрь? — в это раз Такео сумел выговорить слова внятно.

Все в его кабинете, в особенности ящики стола, были защищены массой наиболее причудливых, сложных и непроницаемых анти-ниндзявских ловушек. Даже он сам в лучшие годы своей жизни не прошел бы сквозь них.

— Просто, — пожала плечами Май. — Там была каких-то несколько дюжин примитивных анти-ниндзявских и магических ловушек. Слишком предсказуемо. Чтобы пройти сквозь них нам потребовалось максимум пара-тройка минут.

Такео едва не задохнулся. На мгновение ему померещилось, что он только что пережил инсульт.

— Ну, вообще-то не все из них были настолько просты  — заметила Тай. — Была там одна отвратительная ловушка, очень хорошо спрятанная.

— Правда? — задохнулся Такео, ухватившись за хоть малейший шанс, что мог польстить его растоптанному самолюбию.

— Угу. Я ноготь сломала об уголок шкафчика. Очень, очень хитроумно. Сделать углы шкафчика настолько неудобными, что при его вытаскивании ногти обламываются. Теперь придется носить накладной ноготь. Очень неудобно.

Слезы вновь покатились по лицу Такео. Он начал легонько хлюпать носом.

Май продолжала, — В любом случае, мы уже изучили место похищения. Мы влезли в архив, где хранились планы здания, сперли их и скопировав, влезли вновь и подменили их так, что никто даже не заметил, что мы там были. Еще мы сперли ключи и нагрудные бэджи, и тоже скопировали их. Мы уже изучили все их системы сигнализации, места, где постоянно ходит охрана, где находится это твоя урна, и все остальное.

Признав поражение, плечи Такео поникли. Они превзошли его во всем. Похоже настало время покончить с собой. Если даже эти трое сумели выставить его глупым несмышленышем, то у него не осталось причин продолжать это жалкое существование.

— Похоже, что вы все спланировали. У вас не будет никаких проблем с похищением.

— Наверное так, — довольно отозвалась Би-Джей, — Мы даже удостоверились, что письмо с вызовом ушло по почте еще три дня назад. Экспресс-почтой. С доставкой на дом.

Голова Такео слабо задергалась — Письмо с вызовом?

— Ну да. Мы дали им кучу времени, чтобы они успели подготовиться к нашему приходу.

Бровь Такео вновь начала раздраженно подергиваться.

— Вы, трое. Вы в курсе, что вы ниндзя? Мастера маскировки, просачивания, убийства и только иногда опускающиеся до воровства?

— Ну, э-э… угу.

— Тогда скажите мне, идиоту, ну зачем вы отправили письмо с предупреждением в музей, если ваша задача тихо прокрасться внутрь, и стащить нужное, не потревожив при этом никого?

Девушки задумались. Наконец одна них заметила  — Ой.

Такео начал биться головой об пол, и бился до тех пор, пока не потерял сознание.

* * *

— Вот видите, — сказал Тоджи Такаями двум пожилым мужчинам, молодому парню и двум девушкам, сидя вместе с ними за столом дома Тендо.  — Именно поэтому нам нужны мастера боевых искусств, которые сумеют предотвратить похищение урны. Любые совершенные ультра технологичные системы сигнализации не сумеют справиться с ниндзя и будут только сверкать огнями и заливаться воем до тех пор, пока мы сами их не отключим.

— А как насчет охраны? — осведомился Генма.

— Их профсоюз оговорил отдельным пунктом, что они не будут сражаться с ниндзя.

— Понятно, — заметил Соун, беря в руки еще одну чашку чая, предложенную Касуми.

— Так вы поможете нам? — отчаявшись, спросил Такаями.

Генма гордо встал, устремив сжатый кулак в воздух.

— Это долг каждого истинного бойца, защищать собственность других людей, также как защищать сирых и убогих. Мы с радостью поможем вам.

— Хошь заявить, что запросто зашлешь своего сына помогать ему? — осведомился Ранма, сидевший рядом с Акане. Он знал с самого начала, что если богатый, элегантно одетый владелец Неримского Исторического Музея приходит в дом Тендо, то это не может означать ничего кроме неприятностей. Конечно, после того как этот богач объяснил им ситуацию и показал письмо с вызовом, подписанное "Три сексапильные девушки-ниндзя", его худшие подозрения воплотились в жизнь.

Долгий вздох вырвался из груди Ранмы.

— Фиг с ним, ниндзя это не так уж и плохо. С ними-то я как-нибудь управлюсь. Только если они не прокляты в каких-нибудь там быков летающих, иль еще чё такое… — быстро добавил он.

— И я тоже пойду, — быстро вызвалась добровольцем Акане.

— Ладно, тоже можешь припереться, — неохотно согласился Ранма. Ниндзя всегда дерутся кучей, это он помнил еще по этой истории с Конацу. Но, разумеется, Ранма без проблем управился бы и с кучей. Чего от никак не мог понять, так это о чем ему утром так громко вопило шестое чувство. Троица ниндзя, тем более девушек, проблемой не являлись. Должно было быть хуже. Намного хуже.

— Эй, Ран-чан, приветик! Я тут мимо проходила и решила тебе помочь…

— Я сочту за честь, если вы позволите мне помочь вам. Думаю, я буду полезен против ниндзя, подготовленный к этому моей тренировкой.

— И если прекраснейшая Акане Тендо идет куда либо, то величайший Татеваки Куно с радостью сопроводит ее.

— А куда идет мой милый Ранма-сама, туда же следует и Черная Роза.

— СяньПу помочь свой айжень.

— Гнусный Саотоме! Как посмел ты вовлечь СяньПу в опасный поход. И я тоже иду с вами.

Вот, понял Ранма. Вот с чего его так плющило утром.

— Откуда они все взялись? — потрясенно спросил Такаями.

— Не суйте свой нос, куда вас не просят! — огрызнулся Куно.

Ранма был умнее, он знал, что выяснять, способ, каким они все появились все разом и в наиболее неподходящий момент для этого бесполезно. Все эти внезапные появления знакомых неизвестно откуда были частью его жизни. Этот раз отличался от других только количеством. Единственное, что его удивляло, это как в этой толпе оказался такой вечно неиспользуемый персонаж как Конацу.

Оглядев всех этих людей, уставившихся на него выжидающе или раздраженно, он внезапно поймал себя на жутком желании отправиться в спальню и не вылезать из нее до самого конца. Но увы, он сказал что будет охранять ценности в музее, и ему придется это делать. И не важно насколько это опасно.

— А где Рёга? — неожиданно поинтересовалась Акане.

— Уверен, что к самому интересному он припрется.  — устало заметил Ранма — Рано или поздно он всегда появляется.

Лучше всего всем им было отправиться прямо сейчас. Чем дольше столько народу будет стоять без дела, чем быстрее что-нибудь не так произойдет и вся эта шайка начнет вымещать свою ярость, давя и круша что-нибудь. Скорее всего этим что-нибудь окажется он, Ранма Саотоме.

* * *

Ночь только начала опускаться на город, когда галдящая и ругающаяся группа, возглавляемая Ранмой, вышла из дома Тендо и направилась к музею. Отправление могло пройти и хуже. Ему пришлось вынести всего одни объятья Шампу, небольшую свалку между Укё и Кодачи, две попытки Акане учинить что-нибудь со всеми гостями разом, одну атаку боккеном со стороны Куно, и два нападения Мусса, одно из которых случайно пришлось на Касуми, после чего Соун настолько запугал своей головой демона слепого китайца, что тот все остальное время вел себя как паинька. Не так уж и плохо.

Ну, ладно. Более правильным будет сказать "могло быть и хуже".

Ранма быстро оторвался от остальной группы, тем самым обезопасив себя от сцен ревности или попыток наброситься на него с признаниями в любви. Без него вся группа моментально скатилась до тупого подшучивания друг над другом. Завернув за угол, Ранма был моментально окачен холодной водой зловредной старушкой с ковшиком. Абсолютно невозмутимо Ранма проследовала дальше, и вскоре к ней подтянулись и остальные. Кодачи возмущалась вновь, расстроенная тем, что злобная девушка-Ранма заменила ее любовь парня-Ранму. Куно, абсолютно не согласный со своей сестрой, вопил абсолютно противоположное. Аргументы за и против его двух вариантов на некоторое время заняли группу, и именно это Ранма-тян и планировала.

Рыжеволосая пробубнила под нос, — Блин, иду прям как какая-то долбаная Белоснежка, с семью гномами следом.

Голос непосредственно следом за нею радостно подхватил: — Хэй-хо!

Ранма-тян напряглась.

— Хэээй-хо!

~ О, нет, ~ простонала про себя Ранма-тян.

Хор продолжил дальше. — Хэй-хо, хэй-хо. С работы мы идем…

— МОЛЧАТЬ, ВЫ, УРОДЫ ТУПЫЕ! — взорвалась Ранма-тян, разворачиваясь кругом и потрясая кулаком, отчаянно пытаясь перекричать окружающих, — Так, кто фанфик писал? Эрик Халлстром?

Группа оглядела друг друга.

Достигнув общего согласия, Акане ответила за всех — Неа.

— Точно. Значит, никаких музыкальных номеров не будет. Никаких вообще. И я даже знать не хочу, как там это песня называется. Все поняли?

— Ранма, а как насчет танцев?

— И никаких танцев. Увижу хоть одно па, свалю нафиг! Я не шучу. Посмотрим, как вы без меня обойдетесь.

— Ты такой скучный, айжень.

Заметив угрюмые физиономии своего окружения, обиженных на него после столь демонстративного ультиматума, Рана-тян тяжело вздохнула, решив их немного отвлечь.

— Так, народ, слушайте. Мы собираемся противостоять банде ниндзя, так? Тогда стоит заранее знать, что они могут выкинуть. И раз у нас есть замечательный собственный ниндзя, — продолжила Ранма-тян, поманив рукой Конацу,  — то пускай он нам и подскажет, как с ними биться надо, так ведь?

Конацу выглядел несколько озадаченным. Его достаточно редко использовали в фанфиках, особенно в тех, которые не посвящались исключительно Укё, а тут каким-то образом в центре внимания оказался он сам, лично. Это несколько ошеломляло. Кое как собравшись с духом, он начал лекцию, обращаясь к свои спутникам.

— Слушайте все. Первое, что вам всем нужно уяснить  — все ниндзя, но в особенности куноичи — женщины-ниндзя, обожают различные хитрости. Они значительно чаще идут на хитрость, чем бойцы, с которыми вы сражаетесь.

Маленький пример, — заметил он, решив проиллюстрировать свои слова.  — Ранма, не мог бы ты подойти ко мне?

Ранма-тян сделала то, о чем ее попросили.

Конацу вновь взялся поучать остальных — Как я и говорил, все ниндзя…

Он резко прервал свою речь, округлив глаза от удивления, и уставившись на что-то прямо над головой Ранмы-тян, заорал: — Гляди-ка! На тебя падает бочка с водой из Нанниитюан!

— Че?! Где? Где бочка? — Ранма-тян обшаривала глазами небо над собой.

Секундой позже в нее впечатался кулак, напрочь вышибив весь воздух из легких. Кашляя и с трудом восстанавливая дыхание, Ранма-тян злобно поднялась на ноги, рыча на Конацу, нанесшего этот удар.

— Че за фигня? Какого… ты..?

— Это была хитрость ниндзя. Самая простая, — терпеливо пояснил Конацу, тоном, каким следовало разговаривать с четырехлетним идиотом с проведенной лоботомией. — Тебе стоило быть осторожнее. Как я и говорил все ниндзя обожают хитрить. Они даже могут…

Он резко прервал свою речь, округлив глаза от удивления, и уставившись на что-то прямо над головой Ранмы-тян, заорал: — Гляди-ка! На тебя падает Разрушитель Школ!!!

— Ага, точно,  — заухмылялясь Ранма-тян, — Ща. Так я и попался на один и тот же номер дважды.

Скрестив руки, Конацу удовлетворенно улыбнулся.

— Да, — заметил он  — Похоже, что мои уроки ты усвоил…

Падающий Разрушитель Школ приземлился прямо на голову Ранме-тян.

— …плохо, — закончил Конацу. — Понимаешь, я знал, что ты усвоишь урок с первого раза. Но кроме того, я знал, что в этот раз ты вверх не посмотришь. А там падал настоящий Разрушитель Школ.

— Ух, ты — шепнула Укё Акане, — я и не знала, что ниндзя такое могут.

Акане кивнула головой, не менее удивленная.

Громадный Разрушитель Школ, шлепнувшийся Ранме-тян на голову, практически похоронил ее пол своей тушей. Выбив пыль из своего ги, он встал полюбоваться на свое задоделие.

Рыча от натуги, рыжеволосая вылезла из земли, яростно пялясь на тупого громилу. — Нафиг ты на меня свалился? Че ваще ты там делал?

— Слушай, ты! Ты вверх падать умеешь? — огрызнулся Разрушитель Школ.

— Ну, ваще-то, нет… — признала Ранма-тян.

Разрушитель Школ продолжил, — Я что хочу сказать, гравитацию победить-то несложно. Но тогда придется падать вверх, влетать в верхние слои атмосферы… Зачем мне это? Ты, кстати, в курсе, что там дышать нечем?

Ранма-тян отчаянно пыталась вставить хоть слово — Ну а на меня-то нафига приземляться? Это, блин, больно!

— Больно? — возмутился Разрушитель Школ. — А мне по твоему не было? Это я вообще-то падал, и голова у тебя не особенно мягкая. А сейчас ты потребуешь, еще чтобы я и с инерцией справился, так? И все оттого, что ты, видите ли пострадал. Издевательство над законами природы. Ранма Саотоме не хочет даже пальчик поцарапать, и его не волнует, сколько фундаментальных законов вселенной пойдет к черту только оттого, что он хочет чтобы все шло так, как ему нравится!

— Эй, не говорил я ничего такого! — возмутилась Ранма-тян.

Разрушитель Школ с отвращением поглядел на нее — Надеюсь, что теперь ты счастлив.

Отвернувшись от нее, он побрел прочь. Ранма-тян выкрикивала извинения, кричала, что он может падать с небес сколько ему угодно и приземляться ей на голову в любой момент, и она ничуть не будет возражать. Все было бесполезно, Разрушитель Школ не оглядывался, продолжая уходить.

Ранма-тян оглянулась, глянув на своих спутников, которые, судя по их виду, считали ее каким-то монстром.

— Эй, я тут не при чем! Это все он! Точно-точно!

Конацу лишь печально покачал головой.

— Надо использовать кого-нибудь другого. Более воспитанного, — заметил он, подчеркнув интонацией последнее слово. Он развернулся к Муссу. — Ты мне не поможешь?

— Конечно, — согласился тот. — Я не стану вопить, если Разрушитель Школ мне мой голову приземлится. Не то, что кое-кто, здесь стоящий.

Мусс наградил Ранму-тян нехорошим взглядом, зеркально вернувшимся назад.

— Сними очки, — порекомендовал Конацу.

— Ладно.

Мусс сделал то, что ему сказали, и Конацу, довольно похрустев костяшками пальцев, извлек из тайников своего наряда газовый баллончик, быстро брызнув Муссу прямо в глаза.

Эффект был потрясающий, Мусс бегал кругами, вопя,  — Я ослеп! Я ослеп!

— Глупый МуСу,  — заворчала Шампу, — Ты всегда слепой без очков.

— Да, точно, — сообразил Мусс и остановился.

Разрушитель Школ упал на него.

— Давайте укроемся под козырьком,  — заметил Конацу, махнув рукой в сторону соседнего здания и все, кроме сплющенного Мусса, последовали его совету.  — Как я и говорил, все ниндзя обожают хитрить. Давайте продемонстрируем это на следующем примере. Шампу…

Шампу влепила свой бонбори прямо ему в челюсть, ударом вбивая Конацу в стену.

Все удивленно уставились на нее. Они уже начали роптать, возмущенные таким обращением с единственным среди них ниндзя, когда Конацу отлепился от стены.

— Как вы видите — невозмутимо продолжил Конацу, — Шампу усвоила урок: лучшая защита от хитростей ниндзя — не давать ему времени устроить ее. А теперь я…

Большая лопата влепилась ему в лоб, резко оборвав его речь.

Мило улыбнувшись, Укё поинтересовалась — Ну как?

Конацу вновь поднялся — Замечательно, но как я говорил…

Акане пнула его в живот, встала над ним и резким ударом повергла наземь. — Ух ты! Запросто!

— Стойте, — простонал Конацу, — Уроки кончились. Не нужно больше бить…

— Моя очередь, — ликующе проорала Кодачи, цепляя своей лентой ноги Конацу и резким щелчком отправив его в стену дома, сломав его телом окно.

— Думаю, мне тоже стоит немножко потренироваться, — заметила Ранма-тян, сжав кулаки, и принялась обрабатывать павшего ниндзя. К ней быстро присоединились Мусс и Куно, и троица приступила к тренировке в анти-ниндзюцу, прежде чем от правится к музею.

* * *

— Конацу, спасибо тебе большое. Даже не знаю, что бы мы без тебя делали. Ты отличный парень, — Ранма-тян наградила Конацу одобрительным шлепком по спине. Этот было довольно трудно проделать, поскольку Укё взвалила бесчувственного Конацу на спину.

Обратив внимание на то, как Укё согнулась под своим бременем, несомым ею почти всю дорогу, Ранма-тян решила ей помочь — У-чан, ты как-то устало выглядишь. Тебе помощь нужна?

Укё засияла от радости. Ран-чан, ее Ран-чан (сноска 1) предложил ей помочь! Она ему не безразлична! — Конечно, Ран-чан!

— Хорошо.

Ран-чан ласково улыбнулась, и развернувшись в сторону Акане, заорала  — Эй! Акане! Укё устала, так что давай, тащи Конацу!

— Меня что, уже во вьючные лошади записали? — заорала в ответ Акане.

— Ну извини, Акане — язвительно отозвалась рыжеволосая,  — Я-то думал, ты собираешься стать настоящим бойцом, достойно противостоящим всем вызовам, но если поднести маленького тощенького ниндзя для тебя слишком тяжело…

— Дай сюда! — рявкнула Акане, прыгая к Укё и выдирая бесчувственное тело Конацу из ее хватки.  — Я его донесу, запросто!

— Во, — заметила Ранма-тян. — Вот так и надо.

Ранма-тян одобрительно шлепнула Акане по заднице и они проследовали бок о бок до самого музея, оставив у Укё странное чувство, будто ее каким-то образом одурачили.

* * *

Далеко тащить ниндзя Акане не пришлось, уже через пару минут они прибыли ко входу в музей. К этому времени Конацу уже достаточно пришел в себя, чтобы встать на ноги, присоединившись к остальным, пялящимся на их место работы.

В большинстве своем они видели музей впервые в жизни, до этого не обременяя своим присутствием столь высококультурное заведение. Каменные стены здания были сложены из серого сланца, а вся его передняя стена была уставлена псевдо-римскими колоннами. Две гигантские бронзовые створки, ведущие внутрь, подавляли остальные архитектурные изыски. Мрачные барельефы, заполненные тускло-красным веществом, пятнали поверхность створок. Горгульи, вытесанные из зловеще отблескивающего обсидиана, пялились на них. Зеркальные грани тварей, размещенных по всему периметру крыши, светились отраженным нечестивым светом, мерцая в сумраке. Все здание, само по себе, производило на редкость неприятное впечатление, навевая мысли о тьме вокруг них, покрывале бесконечной ночи, обрушенной на них вечностью, даруя наблюдавшим за зданием впечатляющую картину глубин ада, в которых их души будут страдать вечно.

— Кавайи! — восхищенно простонала Кодачи, прыгая от радости, и хлопая в ладоши, как пятилетняя девочка на бесплатной раздаче мороженого.  — Братик, напомни мне попозже, когда мы закончим помогать Ранме-сама, прикупить несколько таких миленьких статуэток для нашей усадьбы.

Печально поглядев на свою сестру, Таччи вздохнул.

Тем временем Ранма-тян уже распахнула двери музея, даже не взглянув на на дверной молоток в виде головы демона, лежавшем на коллаже из отчеканенных в металле изображений мужчин, женщин, и своеобразных монстров, всецело поглощенных тесным общением друг с другом в весьма своеобразных, но очень познавательных позах.

— Своеобразный музейчик, — прокомментировала Укё, входя в дверной проем следом за остальными.

Внутри музей был более традиционным, с вестибюлем и будкой билетера, находившейся сразу за створками двери. Серо-белый мраморный пол и стены нежного оттенка яичной скорлупы, благотворно сказывались на глазах, снимая напряжение, произведенное внешним видом здания. Несколько витрин с различными древностями и предметами искусства выстроились в вестибюле. Сразу за будкой стояли стойки с указателями, указывавшими в различные залы музея. Кроме них, в вестибюле никого не было.

— Пошли внутрь, — скомандовала Ранма-тян.

Как только группа проследовала мимо будки билетера, перед ними, в облаке дыма и серы появился крупный, омерзительный четырехрукий монстр с пятью глазами и тремя пастями в разных местах морды, при этом вися в паре метров над головой рыжеволосой.

Довольный монстр начал с демонического смеха, впрочем, быстро сменившимся кашлем, как только дым с серой от телепорта попали ему в горла. Через несколько минут, прочистив все глотки, монстр наконец заговорил удивительно мелодичным голосом — Глупые дуры! Наконец-то вы попали в мою тщательно подготовленную ловушку!

Данное заявление несколько обескуражило прибывших бойцов.

— Вот, — заметила Ранма-тян, — Вот мы и нашли эту ниндзя. До чего же вид у нее отвратительный.

— Я не ниндзя!  — завопило существо, — Я хуже чем ниндзя! Я более устрашающе, и гораздо хитрее ниндзя! Я ваш рок, глупая добыча! Долгое время я ожидало вас, и сила моя возрастала экспоненциально, — Все озадаченно переглянулись, не поняв последнего слова, — и ныне я преуспею. Неважно, сколько моих соратников пало жертвой вашей силы, моя повелительница, Королева Берилл, наконец, преуспеет в вашем уничто…

— Эй! Эй! Притормози. Тайм-аут! Тайм-аут! — замахала руками Ранма-тян, предусмотрительно отпрыгнув на пару метров от парящего монстра. — Королева Берилл? Так ты юма, да?

Юма уставилось на рыжеволосую, — Ну, э-э, типа да.

Ранма-тян понимающе кивнула — Точно. И ищешь ты Сэйлор Муть?

— Сэйлор Мун, — поправила его Акане.

— Пофиг, — отмахнулась Ранма-тян, — Буду я еще всякую махо-сёдзёвую чушь заучивать.

— Так вы не Сэйлор сэнши? — осведомилось юма.

— Ха! — заржала Ранма-тян, — Да я скорее сдохну, чем наряжусь в фуку! Уверен, и все остальные тоже.

— Вообще-то, — заметил Конацу. — Я бы весьма неплохо смотрелся в фуку.

— Ладно, — поправилась рыжеволосая, — Все кроме ниндзя-извращенца, обожающего напяливать женские шмотки.

Оглядев стоявшую перед собой Ранма-гуми, или попросту выражаясь, банду, и обнаружив явную нехватку махо-сёдзё среди них, юма поникло, осознав правдивость рыжеволосой.

— Черт! А я-то думало, что Сэйлор сэнши сюда припрутся. Это же Джуубанский Музей Истории, да?

— Обломись. Это Неримский Музей Истории, — отозвалась Ранма-тян.

— Странно. Что-то тянуло меня сюда, и мне казалось, что это место идеально подходило для засады. — пожаловалось юма, донельзя смущенное сложившейся ситуацией, — Мне очень жаль, что я вас побеспокоило. Простите меня.

— Забей, — посоветовала Ранма-тян. — С кем не бывает.

Юма махнуло всеми четырьмя руками, признавая правоту Ранмы, и полетело к дверям. Пролетая мимо Акане, оно затормозило в воздухе, удивленно уставившись на нее.

— Слушай, — начало юма нерешительно, — А ты в курсе, что жутко похожа на…

— Не говори этого… — прорычала Акане, судорожно стиснув зубы.

— Но она… — начало возражать существо.

— Просто не говори, — предупредила Ранма-тян, — Ей жутко не нравится, когда ее сравнивают с "той, чье имя тебе говорить не стоит".

— Но она похожа на…

— Ты об этом пожалеешь, — предупредила вновь рыжеволосая.

— …Сэйлор Меркури, — наконец закончило юма.

Акане заорала от ярости, и ухватив существо за ногу, раскрутила в воздухе, бросив на пол, и втаптывая его в пол так, как будто это была тряпичная кукла. Падение разнесло мраморный пол на кусочки и покорежило пластины брони юмы. Окружающие посторонились, предоставив ей побольше места для разборки.

— Я на нее не похожа! — * ХРЯСЬ! * — У нас похожая прическа, и все тут же заявляют… — * ХЛЕСТЬ!*  — "О, да они, наверное, близнецы", — * ХРУСТЬ! * — Мы только слегка похожи, но каждый кретин думает…  — *БАЦ!*  — что я должна бегать, вышибая дурь из каждого юмы, что пытается атаковать меня лучом недоверия, или еще какой ламерской атакой! — * ХЛОБЫСЬ! *  — Как вы все меня достали! Я боец! Настоящий боец! Без всякой там ерунды! — * ТРАХ! ТАРАРАХ! *  — И больше я этого терпеть не буду!

Пять глаз жалобно смотрели на Акане, заволокшись пеленой непереносимой боли. Содрогающиеся остатки юмы пытались уползти.  — Извини меня… пожалуйста. Сейчас… * хрип * …подумав, я уже не… …считаю… … что ты похожа…  — юма содрогнулось в мучениях  — … на эту… * стон * … на "ее".

Глаза существа закрылись, и из трех пастей потекло что-то типа крови.

— Извинения приняты, — холодно заметила Акане, наблюдая за последними секундами существования своего врага.

Как только Акане уже была готова вознести поминальную молитву, за упокой своего врага, как глаза юмы раскрылись вновь. Уставившись прямо на Ранму-тян, юма заявило,  — Из рыжей получилась бы отличная Сэйлор Терра.

Сила Совершенной Мокотакабиши, испепелившей юму, сотрясла здание.

* * *

— Не похож я ни на какую Сэйлор Тремор, — бурчала Ранма-тян, с помощью порции горячей воды возвращаясь в исходную форму.

— Что мы делать должны? — осведомилась Шампу.

Некоторое время Ранма обдумывал оптимальный вариант ответа.

— Поскольку музей довольно большой, а противников будет много — надо разделиться на команды. Так мы покроем большее пространство.

— Хороший план, — быстро отозвалась Шампу, — СяньПу идти в команду с Ранмой. Все другие идти в другие команды. Она рванулась к Ранме, собираясь повиснуть на нем, но ее откинул в сторону широкий взмах лопаты.

— Ран-чан пойдет со мной, а не с тобой, бесстыжая идиотка!

Шелковая лента обвила руку Ранмы, оттаскивая его в сторону.

— Боюсь, что Ранма-сама не хочет получить в свою команду столь глупых плебеек. Он будет проводить свой осмотр со мной, верно сопровождающей его.

Подняв повыше ножницы, Акане перехватила ленту у самого основания.

— Я первая вызвалась помогать Ранме. Так что только я пойду вместе с ним.

Спор начал выходить из под контроля, постепенно становясь все громче и громче. Ранма запаниковал. Его не особенно волновали драки между его невестами, но стоит какой-либо из них отправиться с ним, остальные трое последуют следом, и тогда только и жди неприятностей в любой момент. Нужно избавиться от их всех, разом.

— Где это я? — неожиданно раздался голос, и какая-то темная фигура вышла из-за витрины с экспозицией древнего оружия.

— Рёга! Какими судьбами! То есть я хотел сказать, как удачно ты пришел! — быстро поправился Ранма. Пододвинувшись поближе к теряющемуся парню, он заговорщицки зашептал — Рёга, быстро сваливаем отсюда. Я тебе потом все объясню.

— С чего это я должен идти с тобой — с подозрением осведомился Рёга. Ранма отлично знал, что если он скажет правду, то теряющийся парень завопит, про предательство Акане, или еще какой-нибудь бред вроде этого. Соображать пришлось быстро.

— Потому что если ты откажешься, все эти споры закончатся тем, что я получу по голове, превращусь в девушку, и угадай тогда, к кому я приставать буду?

Рёга пожал плечами.

— Я иду с Ранмой! — громко объявил он.

Ранма улыбался, довольный своей гениальностью. Надо припомнить этот довод, когда ему еще что-нибудь потребуется от Рёги.

— Минуточку! — запротестовала Акане. — А мы-то что делать будем?

— Пофиг  — отозвался Ранма. — Делитесь как хотите, но я и Рёга идем отдельно.

К вящему недовольству Акане обнаружила, что на нее пялится Куно. Шампу раздраженно заметила, что Мусс тоже уставился на нее, и побагровела от злости. На Укё пялился Конацу, и хотя ее это не волновало, она не желала давать Ранме поводов подумать что-нибудь нехорошее касательно ее и ниндзя. Все три девушки посмотрели друг на друга и согласно кивнули головами.

— Девушки создают свою команду! — объявила Укё.

— С чего это я должна так низко пасть, чтобы следовать вместе с вами? — осведомилась Кодачи.

— С того, что Ранма не позволит тебе тащиться следом за ним, и лучше нас у тебя вариантов нет. — заметила Акане.

Кодачи поглядела на оставшихся парней — слепой придурок, ниндзя — трансвестит, (сноска 2) и самый худший вариант — ее собственный брат.

— Польщена тем , что вы приняли меня в свою команду, — Кодачи подвинулась поближе к девушкам.

Взглянув на своих компаньонов, Конацу пожал плечами. Он предпочел бы им Укё, но вряд ли признался в этом. Придвинувшись к Муссу и Куно, он громогласно заявил  — Поскольку мы имеем дело с куноичи, то они скоре всего будут одеты также как и я. Я привяжу к своей руке желтую ленточку, чтобы вы могли отличить меня от врага.

— Отличная мысль, — покивал Ранма, отправился прочь вместе с Рёгой. Раздраженно посмотрев в их сторону, девушки отправились к подземным уровнями музея. Куно, громогласно объявивший себя предводителем команды, направился налево, в сторону лестниц на верхние этажи.

Охота началась.

* * *

Акане, Укё, Шампу и Кодачи вели поиск быстро, но основательно, отвлекаясь только на перебранки друг с другом. Быстро убедившись, что на нижних этажах никаких ниндзя нет, квартет спустился в подвалы, и принялся обшаривать извилистые подземелья.

Первые несколько минут тщательного поиска не принесли ничего, кроме массы бесполезной рухляди. Обследуя несколько складских помещений, они обнаружили следы ржавчины, осколки камня и выбоины на полу, по которому явно таскали большую ржавую решетку, закрывавшую дыру в полу. Запах, доносящийся из под нее, отчетливо указывал на канализацию, пролегавшую ниже. Некоторые чехлы на всяких древностях, недавно трогали.

— Так. — заметила Укё, — они уже в здании.

— Гляди получше, — отозвалась Кодачи, — На сколах уже лежит пыль. Да, тут что-то недавно двигали, но с тех пор прошло как минимум несколько дней.

— Значит, здесь они пройти внутрь,  — безапелляционно заявила Шампу.

— Или это один из путей отхода, проверенных этими куноичи на отсутствие сигнализации, — заметила Укё.

— Может быть, — признала Акане, — В любом случае нам стоит спуститься вниз и проверить все самим. Если нам повезет, и они будут входить здесь, то мы повяжем их еще до того, как они войдут в музей. И тогда мы докажем Ранме и этим идиотам, что девушки чего-то стоят.

С ужасом Шампу увидала как Акане выдрала гигантскую решетку, собираясь лезть вниз.

— Что ты делать?!  — в панике закричала она.

Акане смущенно уставилась на нее. — Мы все лезем в канализацию, чтобы поймать всех этих куноичи до того как они войдут в музей.

Шампу яростно затрясла головой. — Нет. Нет, нет, нет. Ты дура, да?

— И что это значит? — заорала Акане.

Тихо шикнув на нее, Шампу заявила — СяньПу знать правду. Она слышать истории.

— Какие такие истории? — возмущенно осведомилась Акане.

— Про стаи шустрых белых крокодилов внизу. Это западня. Точно-точно.

Некоторое время Акане, Укё и Кодачи озадаченно смотрели на Шампу, а затем упали на пол в приступе безудержного смеха. Укё первой сумела оправиться до такой степени, что сумела вымолвить пару слов — Ник-когда не… думала, что ты…ха-ха-ха… настолько наивна, что веришь в эти… ха-ха… глупые городские байки, — она вновь закатилась смехом.

— Это не байки. — возмутилась Шампу, — Это правда!

Акане пыталась разговаривать более вежливо, сменив хохот Укё на фыркание, — Шампу, это просто выдумка. Нет никаких белых крокодилов, никто не рыскает по канализации, стаями, или нет.

— Это ловушка. Вы трое хотеть избавится от СяньПу чтобы она не завоевать сердце Ранмы.

Фыркнув, в знак презрения к страхам Шампу, Кодачи повернулась к остальным. — Она даже не лесной варвар, она вообще черт знает откуда. Ей повезет, если она даже поймет слово такое, — городской. Если ей не хватает храбрости чтобы последовать за нами, пусть остается здесь. Не будет мешаться под ногами.

Проследовав мимо Акане, Кодачи отправилась в пролом. Укё последовала за ней. Акане бросила на Шампу еще один пристальный взгляд, — Ты точно с нами не пойдешь?

— Нет! Это ваши похороны!

Пожав плечами, Акане спустилась в непроглядную тьму канализации. Практически такой канализация и была. Кроме того, первый же туннель, в который они свернули был на треть залит водой. Если бы с ними была Шампу, то на бы уже превратилась в кошку, вне зависимости, береглась бы она от прикосновения к воде или нет. Правда, благодаря трусости амазонки, данная проблем теперь перед ними не стояла. Ну и ладно, зато теперь у Акане есть отличная возможность приструнить Шампу, если она вновь начнет заноситься.

* * *

— Не понимаю с чего это я должен идти с вами, вместо того, чтобы сопровождать Акане Тендо?

— Ты не нравишься ей, придурок. Вот почему. — вздохнул Мусс.

Его невезение сделало все, что могло, чтобы засунуть его в одну команду с извращенцем-ниндзя и тупицей с деревянным мечом. Ну почему он не мог идти вместе со своей любимой СяньПу, верным рабом которой он был? Это нечестно, что к тому времени как он наконец нашел свои очки, СяньПу уже исчезла, и ему пришлось тащится с этими двумя идиотами, страдающими от неразделенной любви.

— Дурак! Единственная причина по которой она отказывается признавать нашу взаимную любовь, это колдовство мерзкого Саотоме!

— Ха! — заорал Мусс в ответ, его уже достали напыщенные тирады Куно. — Ты еще больше слеп, чем я без очков! Даже если эта сволочь Ранма не был постоянно рядом, она бы отказала тебе. Как она и делала наверняка до того как встретить его. Она не давала тебе даже повода так думать. Очнись. Ты тратишь зря ее время и тратишь свое. Вы двое никогда не станете парой. Ты ее только раздражаешь, и тебе лучше вообще оставить ее.

— И чем это отличается от твоих отношений с Шампу? — невинно осведомился Конацу.

Развернувшись к Конацу Мусс заорал ему прямо в лицо — Наши отношения совсем не походят на его! СяньПу меня любит! Она просто не может это показать! Ее просто одурачил этот лживый казанова, Саотоме! Я ее истинная любовь! Я тебе докажу! К концу ночи она признает свою любовь ко мне! Клянусь!

Куно пошел прочь, позволив Муссу продолжать смеяться маниакальным смехом. Что за придурок, как он посмел сравнить выдуманные им самим свои отношения с этой амазонкой с его любовью, разделяемой им с Акане. Лучше бы он воспользовался своим же советом, и перестал приставать к бедной девушке. В конце концов он ее только раздражает.

Бродя в одиночку, он вошел в зал древней Японии, приблизившись к гигантской витрине, стоявшей посреди зала. Внутри витрины находился полный комплект самурайского доспеха, вместе с катаной на ее боку. Доспех выглядел потрепанным, но похоже, что время его практически не коснулось. Выглядел он так, как будто воин, носивший доспех, только что снял его. Восхитительный экспонат.

Хорошие тогда были времена, думал Куно, поглощенный созерцанием доспеха. Живя в то время он мог бы пронзить этого наглого Саотоме настоящей катаной, или изгнать его, или бросить в яму за колдовство. Люди пали бы к его ногам, приветствуя его так, как подобает приветствовать воина благородной крови. А Акане Тендо и девочка с косичкой стали бы его женами или наложницами. В принципе, это неважно, он бы относился к ним обеим с одинаковым уважением.

~ Облачись в меня, и ты осуществишь все мечты, которых ты заслуживаешь ~

Довольно смущенно Куно огляделся кругом. Этот голос не был голосом Конацу, и голосом Мусса он тоже не был. Звучал он тоже довольно странно, так, как будто прозвучал прямо в его голове. И откуда он взялся, этот голос? Он был достаточно громок, и его обладатель должен был стоять рядом с ним, но рядом никого не было.

~ Это был я, Доспех Кинтаро Дхума ~

Куно презрительно фыркнул — Ложь. Доспех говорить не может.

~ Если только он не магический ~

— Хороший аргумент,  — признал Куно.

~ Как я и говорил, надень меня, и ты обретешь силу самого Кинтаро Дхума, того самого, кто поверг великого и могучего Химуру Кеншина ~

— Насколько я помню, Химура Кеншин умер в почтенном возрасте, и в своей постели. — заметил Куно.

~ Ну… ~ голос некоторое время колебался ~ Ладно, я не убил его, но я жутко его изувечил ~

— Считается, что умер он целым, без каких-либо увечий.

~ Я все же его покалечил. Это было в таверне, где мой хозяин напился как свинья, и вызвал Кеншина на поединок. Вынужден признать, что Кеншин не принял его всерьез. Атакуя его, мой хозяин по пьяни поскользнулся, и упал на пол. Столь неожиданное движение застало Кеншина врасплох, и когда катана вылетела из руки моего владельца, она отсекла мизинец на ноге этого педрилы со шрамом . ~

— Не очень-то это похоже на жуткое увечье.

~ Никто не смог причинить этому рыжему выродку большего ущерба! ~

— Похоже, что так, — признал Куно, — В обычных условиях, великий Татеваки Куно не пошел бы на то, чтобы увеличивать свои и без того выдающиеся умения, но поскольку этот мерзкий Саотоме не гнушается колдовскими трюками, то и я снизойду. Что мне надо делать?

Доспех засиял, и створка витрины открылась сама по себе.

~ Облачись в меня, и я увеличу силы твои в сотни раз. Ты станешь могущественнейшим воином из всех, кого видел мир, и низвергнешь всех своих врагом, единым ударом своего могучего меча. ~

— Но ты не справился с Кеншином, — заметил Куно.

~ Все от того, что мой владелец нажрался не вовремя, а иначе мы бы и его победили. Я твердо это знаю, поскольку контролировал его тело и разум. ~

Куно с подозрением уставился на доспех.  — Что за контроль тела и разума?

"Голос" доспеха стал каким-то сомнительно невинным, ~ Как, неужели я сказал, что контролировал его тело и разум? Нет-нет. Я хотел сказать, саке контролировало его тело и разум! Да-да, именно саке, не я. Не я, точно. Правда-правда. ~

— Ты точно хотел сказать именно это? Ты уверен?

~ Эй, слушай! Я же магический доспех. Я же не могу тебе лгать. Все, что я желаю, так это служить доблестному знатному воину, такому как ты. Десятилетиями я ожидал какого-нибудь могучего воителя, вроде тебя, чтобы овладеть… Э-э, я хотел сказать, чтобы мы вместе смогли показать всему миру, сколь великим героем из героев являешься ты. ~

Некоторое время Куно еще смотрел на доспех с подозрением, но затем заулыбался. — Разумеется. Какой магический доспех не пожелает себе столь могучего и талантливого владельца? Сама судьба свела нас. Отныне ни один ни зверь, ни смертный не смогут противостоять Татеваки Куно, Грому Небесному.

~ Сосунок ~

— Что ты сказал?

~ Э-э, мне показалось, что тут только что младенец какой-то был . ~

— Что-то мне такое не показалось. Может ты что-то другое имел в виду?

~ Да нет, как я мог, сказать такое? Неужели ты думаешь, что я счел тебя сосунком, которого я полностью подчиню себе и буду использовать для завоевания всего мира, используя тебя только как марионетку? Даже для меня это чересчур параноидально! ~

— Да, — признал Куно, — Такого быть не может. Это слишком глупо.

Тряхнув головой, Куно продолжил, — Хорошо я облачусь в тебя. Вместе мы одержим победу над этим презренным Саотоме и освободим Акане Тендо и девушку с косичкой из под гнета его заклинаний.

Закончив выделываться, Куно вытащил стойку с доспехом из витрины. Бережно и аккуратно он надевал на себя одну часть доспеха за другой.

— Туговато. — пожаловался он.

~ Разумеется. Я делался под человека на пять сантиметров ниже и на тридцать килограммов легче чем ты. Не беспокойся, я налезу. Ты просто выдохни как следует. ~

— Хорошо, — Куно послушался совета, и с силой натянул кирасу. Похоже было на то, что снимать ее будет довольно сложно, пару раз ему приходилось использовать боккен в качестве рычага, и стягивать завязки насмерть, но в итоге Куно все же натянул доспех. Неровно и сдавленно дыша, и опасаясь разорвать завязки, Куно просипел — И когда появится обещанная тобой сила?

~ Сейчас. ~

Неожиданно доспех загрохотал демоническим смехом столетней выдержки (плюс еще пара десятков лет) и принялся за подчинение разума Татеваки Куно. Какое счастье, что он оказался в музее, а не где-нибудь на свалке, теперь его планы могли быть осуществлены. Наконец-то доспех получил все, что ему было нужно — наивного придурка, которого можно подчинить и спокойно править миром используя всю магическую силу. В прошлый раз миру повезло, когда его носитель нажрался и был убит Кеншином. Но теперь он таких ошибок не повторит — он сначала все сделает, и уж потом напьется, чтобы отпраздновать это.

— А теперь, чтобы отблагодарить этого сосунка, надевшего меня, я разберусь с этим Ранмой Саотоме. — демонически засмеялся Одержимый Куно, довольный своим великодушием.

— Вот ты где.

Развернувшись, Одержимый Куно увидал как в зал вошли еще двое — парень в белом халате и девчонка-ниндзя. Девчонка смотрелась весьма недурно. Интересно, удивился Одержимый Куно, не она ли одна из тех, которых так желал его носитель? Тогда у него был довольно неплохой вкус.

Мусс раздраженно смотрел на нелепо вырядившегося Куно, тупо пялящегося на него. Кроме того, где этот безмозглый Гром Небесный, как он себя объявляет, обзавелся сияющей золотистой аурой?

— Ты, придурок, пошли отсюда. Нам надо ниндзя искать, а не по музею шляться.

— Придурок?! — завопил Одержимый Куно. — Как посмел ты назвать меня столь непочтительным именем?! Я обращу тебя в пепел и душа твоя страдать будет вечность, не находя упокоения!

— Говоришь, я вечность буду слушать твою глупую поэзию? Этого я точно не перенесу, — заметил Мусс.

— Я не об этом! — яростно заорал Одержимый Куно, и его аура выросла в размерах вдвое. Спустя несколько секунд в ход пошла его наиболее смертоносная атака — "Убойный Разряд". Стоило ему только коснуться этого горластого хвастуна, как и тело и душа его были бы стерты в пепел. Это должно было стать первой из множества, величайшего множество смертей, которые вскоре сотрясут мир. Все, все без исключения, из тех кто заставлял Одержимого Куно страдать, умрут в мучениях. Одержимый Куно гордо выпрямился во весь рост и прыгнул высоко в воздух, простер свою руку вверх, приготовившись обрушить вниз удар, стирающий парня в халате из этой реальности напрочь.

Жертва стояла на месте, спокойно смотря на него и моргая глазами.

— Умри!  — завопил Одержимый Куно и в прыжке вперед яро обрушил вниз свою руку…

…и разорвав резким движением все завязки, удерживавшие вместе части доспеха, ныне разлетающиеся по всему залу. Когда Куно наконец коснулся Мусса, золотая аура уже растаяла в воздухе.

Мусс озадаченно опустил голову и уставился на палец, упершийся ему в грудь. Схватив Куно за руку, он вывернул ее вверх, рявкнув — Не тыкай в меня пальцами, понял?

Куно смущенно оглядывался кругом.

— Странно. Почему это мне так сильно захотелось вдруг править миром?

— Слушайте, мне кажется, — осведомился Конацу, уставившись вниз, где валялся нагрудник доспеха,  — или этот нагрудник плачет?

Тихие всхлипы доносились от пола, на котором странно мокрый нагрудник валялся среди прочего бронехлама.

— Не обращай внимания, — невозмутимо заявил Куно, — Раз доспех не смог остаться верным Татеваки Куно, то несомненно что величие ему, — он поднял вверх указательный палец, — не суждено судьбою.

* * *

Свет отразился от мокрых стен туннеля, когда Укё включила фонарик. Еще пара лучей из-за ее спины, добавила свою мощь к ее лучу, и девушки зашагали дальше по древней заброшенной канализации. Кодачи поделилась с ними фонариками, что было довольно мило с ее стороны, тем не менее вопрос — как именно она ухитрилась спрятать их в своем гимнастическом трико, так и остался неясным.

— Знаете, — заметила Акане, — после всех этих разговоров об белых крокодилах, я все это время опасалась, что они все же существуют и неожиданно набросятся на нас, в самый неподходящий момент. Ну, я хотела сказать, что если бы они были, на самом деле, то они уже бы на нас набросились.

— Все это глупости,  — проворчала Укё, не останавливаясь.

— Если мы все еще не нашли этих стерв — ниндзя, то тогда, скорее всего их и не было в канализации, — заявила Кодачи, идущая позади всех.

— Может быть, — согласилась с ней Укё. — Туннель метров через шесть расширяется. Глянем там, и если никаких ниндзя там не обнаружится, вернемся назад.

Одна за одной они вошли в крупный, пятнадцатиметровый округлый коллектор, служивший сборной точкой для нескольких туннелей, расходящихся во все стороны. В центре коллектора стоял шестиметровый бетонный куб, возвышавшийся над водой, на котором стояли какие-то деревянные ящики. Несколько из них был разбиты напрочь, и залиты какой-то зеленой дрянью, медленно стекавшей по бетону в воду.

Акане попыталась подобраться поближе к одному из целых ящиков, чтобы прочитать полустертую надпись. Избегая прикасаться к зеленой дряни и полурастворившейся слизи, пятнавшей ящик, она наклонилась достаточно низко, чтобы прочитать литеры на боку.

Ж.О.П.А.

— Кажется я помню это сокращение, — заметила Кодачи, заглядывая ей через плечо. — Был пару лет один скандал, связанный с этим сокращением. Один бессовестный химический завод избавился от своих отходов, спрятав их в канализации под Неримой, и украв деньги на их уничтожение. Это сокращение являлось названием всего проекта. Все целиком это означает  — "Жуткая Опасность: Просроченный Аспирин" (сноска 3). Их потом долгое время вытаскивали назад.

— Похоже, что кое-какие из них так и не нашли, — заметила Акане.

Услышав скрежет и клацанье металла за спиной, они развернулись и увидали Укё, которую била крупная дрожь. Метательные лопаточки, воткнутые в ее перевязь бились друг об друга и создавали тот шум, что и привлек их внимание.

— Я… я п-помню, что эта Ж.О.П.А. означает и кое-что еще.  — она передернулась, — Эти отходы стали причиной мутации бомжей, живших в канализации и превратили их в Жадных-до-мяса Огромных Подземных Аборигенов (сноска 4), которых тоже вкратце называли Ж.О.П.А. Официально считается, что их всех уже отловили. — Произнеся эти слова Укё начала успокаиваться, постепенно прекратив дрожать.

Кодачи демонстративно кашлянула — Извините, но в канализациях действительно живут бездомные люди?

— Бывает, — осторожно ответила Акане.

— Прошу меня простить за назойливость, но благодаря моему воспитанию и высокому общественному положению, я никогда не общалась с бездомными. Для них нормально иметь двухметровый рост, весить около ста пятидесяти килограмм, обладать чешуйчатой зеленой шкурой, горящими глазами и торчащими вверх и вниз клыками?

— Вообще-то нет, — отозвалась Укё.

— Понятно, — покивала головой Кодати, — Тогда я вынуждена признать, что эти жопы, как вы непочтительно их назвали, только что окружили нас со всех сторон.

Округлив глаза, Акане и Укё медленно заставили себя развернуться, только для того, чтобы увидать как не менее тридцати Ж.О.П.А. пялятся на них, облизывая свои узкие ороговевшие губы, и капая слюной с клыков.

* * *

Даже в десятках кварталов от Неримского Музея Истории из каждого канализационного люка донесся дикий тройной вопль ужаса. Довольно громкий.

Два престарелых деда, медленно прогуливающихся по улице со скрипами и щелчками позвонков повернулись к ближайшему от них канализационному люку. Один из дедов повернулся к другому и печально покачал головой, вызвав еще одни ряд щелчков.

— К чему катится этот мир, если юные девушки не могут даже прогуляться по канализации без того, чтобы к ним начали приставать Жадные-до-мяса Огромные Подземные Аборигены?

Его сосед кивнул головой, абсолютно с ним согласный.

Да, в старые времена все было лучше.

* * *

Три куноичи стояли перед Неримским Музеем Истории, уставившись на каменную громаду. Тяжелые низкие тучи затянули небо, укрыв луну плотным саваном, и накрыв местность непроницаемым покровом практически неуничтожимой тьмы. Даже уличные фонари не могли отбросить прочь этот мрак, и приглушенно мерцая, под гнемом неумолимой ночи.

— Почему бы нам вновь не пролезть через канализацию? — возмутилась Тай.

Май вздохнула, — Дай я тебе напомню. Есть такие буквы — Ж…О…П…А.

С любопытством Тай уставилась на свою сестру,  — Так эти парни, что гонялись за нами были Жадные-до-мяса Огромные Подземные Аборигены?

— Разумеется! — заорала Май, — Даже имбецил догадался бы, что они точно не люди! Почему до тебя это не дошло?

Тай пожала плечами, — Ну, я думала что это просто местные говнюки, пытающиеся за мной приударить. Куча парней, ходивших со мной на свидание, хотела съесть меня всю целиком. Я их не виню, согласись, я — лакомый кусочек. Хе-хе.

— Май и Би-Джей тяжело вздохнули. Их сестра любила погуливать, при этом не отличаясь особой разборчивостью. Если учитывать, что на ночь у нее приходилось одно свидание, и так было на протяжении всего их обучения, их всегда интересовало, каким образом она, и парни — ниндзя, постоянный объект ее охоты, находили время на то, чтобы учиться. Черт, да с ее темпами она вполне могла встречаться и с людоедами.

— Вы двое уже спланировали, как попасть внутрь? — осведомилась Би-Джей.

— Лично я собираюсь сделать это, использовав Стандартный Прием Перемещения Ниндзя Номер Пять — заявила Май.

Би-Джей кисло уставилась на нее — В таком-то виде?

— Что ты имеешь в виду? — удивилась Май, с подозрением оглядывая свой костюм. Это был стандартный черный наряд ниндзя, один из тех, что она постоянно носила.

— Он… он у тебя такой невыразительный, — жалобно сказала Би-Джей, — Тебе нужно надеть хоть что-нибудь еще, что-то, что сгладит унылость этого черного цвета.

— Зачем?

— Потому что мы можем встретиться с охраной,  — заметила Би-Джей.  — А ты моя сестра, и я не хочу за тебя краснеть.

— Не стану я носить этот кричащий отстой, что ты называешь одеждой. — твердо заявила Май, в ужасе глядя на дивный комплект из зеленого горошка на красном, облегающий ныне ее сестру. Все это слишком напоминало пол туалета, после того как Тай немножко перебирала с алкоголем на свидании.

— Вот, держи. — твердо заявила Би-Джей и потянула ей желтую ленту,  — Это "Адидас".

Схватив Май за руку она повязала ленту поперек ее бицепса. Отойдя в сторону, несколько кричаще одетая куноичи торжествующе улыбнулась — Вот так-то лучше.

С опаской взглянув на ленту Май поймала себя на том, что улыбается сама. Все-таки это было довольно мило, и расположение ленты, и то, как она контрастировала с ее нарядом.

— А ты как собираешься проникнуть внутрь? — осведомилась она.

— Замаскировавшись как следует, — гордо ответила Би-Джей. — Как обычно.

— В этот раз ты хоть правильно это сделаешь? — поинтересовалась Тай.

— Разумеется, — возмущенно фыркнула Би-Джей, — Когда это я ошибалась?

— К примеру проникая на съезд борцов за права животных в костюме охотника за пушниной.

— Но костюм-то был замечательный! Я даже нескольких детенышей нерп прибила, чтобы пояс шкурками украсить.

— А в тот раз, когда ты влезла к наци в костюме еврейского священника?

— Идеальная маскировка. Меня несколько человек просили сделать им обрезание.

— А когда ты явилась на собрание Клу-Клукс-Клана, одевшись как негритянский рэппер?

— Ну, контракт на пару альбомов-то я получила, так ведь?

Тай раздраженно вздохнула, — Ни одна из этих маскировок не подходила для тех условий.

— Ну ладно, ладно. В этот раз я продумала свою маскировку.  — самоуверенно заявила Би-Джей. — А ты-то как туда проникать собираешься?

— Ну поскольку маскировка, если судить по твоим успехам, — ухмыльнулась Тай, махнув в ее сторону рукой — является настолько простым делом, то я тоже решила замаскироваться.

Би-Джей уставилась на Тай. Одета она была в свой традиционный "костюм" куноичи — (что означало без маски, поскольку она отказывалась прятать столь прелестное личико, как она заявляла). У нее также не было ничего, откуда она могла достать другой костюм, кроме того, что был на ней.

— И что это за маскировка?

— Я уже замаскировалась.

— Би-Джей осмотрела ее более тщательно.  — Ты собираешься замаскироваться под куноичи?

— Нет, — тяжело вздохнула Тай, — На грудь мне погляди.

Би-Джей округлила глаза, — Слушай, может с парнями это у тебя и проходит, но я все-таки девушка, а кроме того, еще и твоя сестра! Нет у меня к тебе сексуального интереса и быть не может!

— Да не нужно мне, чтобы ты так на меня смотрела. Я имела ввиду на ткань, что их прикрывает.

Би-Джей с опаской взглянула куда указано, и придвинувшись поближе, изучила внимательнее ткань. Брови ее взлетели вверх, когда она заметила то, что имела в виду Тай.

— Да ты шутишь!

— Отличная маскировка, — возмутилась Тай.

— И все?! Это не маскировка вообще! — заорала Би-Джей.

— Посмотрим, — ухмыльнулась Тай.

Би-Джей сдалась. Пусть эту дуру ловит кто угодно. Она умывает руки. Кричаще одетая куноичи пристальнее взглянула на музей, в который они собирались вторгаться.

— Кстати, — заметила она, — что-то мне кажется, что сегодня здание иначе выглядит.

Май вытащила детальные планы из рукава своего наряда. — Да, по моему ты права. Согласно планам никто не собирался строить это здание в виде пентаграммы.

Окинув здание задумчивым взором, Тай заметила, — Что-то не так с этим местом, нюхом чую. Но вот пальцем ткнуть, что именно в нем не так…

Все три куноичи посмотрели на каменную громаду внимательнее. Более сотни обсидиановых горгулий украшали ныне здание, и все они сверлили враждебными взглядами "посторонних". Девушки внимательно исследовали два крупных фонтана, дополнительно прибавленные к зданию. Кровь струилась по высеченным из гранита каменным демонам, объединенных в единое целое с людьми в различных стадиях расчленения.

— Я знаю, что это такое — заявила Би-Джей, и ужас заставил ее голос дрожать, как только она осознала, что именно было не так.

— Что? — в унисон поинтересовались Май и Тай.

— Здесь слишком маленькая стоянка. Она тут одна-единственная, и на нее войдет не больше тридцати машин. И все.

— Ты права, — содрогнулась Тай,  — Слава богу, а то я чуть не тронулась, пытаясь понять, что именно тут не так. До чего же отвратительная планировка.

И когда истина вскрылась во всей ее неприглядности, Май заявила — Ну что, пошли внутрь.

Удовлетворенное своей проницательностью, трио куноичи приступило к просачиванию в музей (очень по ниндзявски).

* * *

— Ну что же, можно сказать, что все не так уж и плохо, — пропыхтела Укё на бегу.

— Да как я тебя язык повернулся, сказать такое! — заорала Акане.

— А что такого? Эти ЖОПЫ нас больше не преследуют. Так ведь?

— ПОТОМУ ЧТО ИХ СОЖРАЛА СТАЯ БЕЛЫХ КРОКОДИЛОВ!!!.

— И теперь они желают нас на десерт — закончила Кодачи вместо Акане продолжая мчаться по полу затопленной галерее.

— Ладно, ладно, — признала Укё — Но они не такие шустрые, как те крокодилы Шампу. Если бы это были те крокодилы, вот тогда у нас точно были бы проблемы.

Акане с трудом удержалась от того, чтобы вбить Укё в стену. С большим трудом.

Поглядев через плечо Кодачи увидала, что стая белых крокодилов вновь сократила дистанцию между ними, при этом, как минимум наполовину. Зубастые челюсти громко щелкали и крокодилы слаженно работали лапами, пытаясь их настигнуть. Испытав резкий прилив сил Кодачи поравнялась с лидером гонки (которым являлась самая быстроногая из них — Акане.)

— Есть, уф, идея! Я и раньше имела дело с крокодилами, и знаю как заставить их отстать от нас.

— Какой еще способ? — настороженно поинтересовалась Акане.

— Если дать им сожрать что-нибудь большое, к примеру трансвестита — окономиячницу, они займутся ей, а мы тем временем убежим.

— Эй! Что за фигня! — заорала сзади Укё, — Не собираюсь я идти на корм всяким там ящерицам! С чего меня-то им скармливать? Уж лучше тебя!

— Я девушка хрупкая, — возразила Кодачи, — со спортивной фигуркой, и надолго их занять не смогу. А твой впечатляющий тыл они несколько часов пережевывать будут!

— Моя задница не настолько большая! — завопила Укё, поднимая в замахе большую лопату.

Акане бежала вперед, надеясь достичь решетки первой. Если получится, она закроет ее за собой прежде, чем две эти дуры выберутся наверх, и тогда как минимум до конца ночи ей не придется слушать их кошачьи вопли.

* * *

— Не вижу я никаких ниндзя, — пожаловался Рёга.

— Давай, давай, смотри как следует, — скомандовал Ранма, и они продолжили обыскивать первый этаж.

Рёга уже собирался огрызнутся в ответ, как вдруг наткнулся взглядом на небольшую пятнадцатисантиметровую куколку, лежавшую в витрине перед ним. Табличка под ней гласила: "Кукла Одного Желания, создана племенем вьетнамских пигмеев-магов".

Рёга удивленно покачал головой, — Слушай, Ранма, во Вьетнаме не может быть никаких племен пигмеев!

— А в Китае не может быть амазонок, а в Новой Зеландии конквистадоров, но это не мешает им там жить.

— Убедил, — согласился с ним Рёга , прежде чем дернувшись, осознать что кукла (кукла!) с ним заговорила.

— Кажется, я схожу с ума, — тихо пожаловался Рёга. Ранма, который в это время обшаривал противоположный конец зала, его не услышал.

— Ты не можешь сойти с ума, — уверила его кукла, — ты уже давно с него сошел.

— Во как,  — заявление куклы странным образом его успокоило, — Слушай, а как это ты говоришь?

— Магия, — отозвалась кукла, — Предлагаю сделку. Ты освобождаешь меня из витрины, а я выполняю твое желание.

— Точно?

Желание! Вот он, шанс исправить все разом. Украдкой оглянувшись, он удостоверился что Ранмы поблизости нет. Если бы его вечный соперник узнал об кукле, он бы несомненно утащил ее. Значит ему стоит поторопится. Быстро открыв витрину он взял куклу в руки. Теперь он мог все. Он мог пожелать все, что угодно. Он не хотел, чтобы его желание тоже окончилось пшиком, как магические трюки Шампу или волшебная Пещера Потерянной Любви, в которую Акане с Ранмой загнала Укё. Желание, это совсем другое дело. Никто, даже милая и славная Акане, не заберет у него желание.

Осталось только придумать, что именно пожелать. Руку и сердце Акане? Но как тогда быть с Акари? Кто из них ему нравится больше? Надо сделать все правильно. Может, если он так любит их обеих, на обеих ему и жениться? Нее… Ранма помолвлен с Акане, и может быть, в ходе какого-нибудь выверта все закончится тем, Ранма тоже женится на ней и снова все испортит. Кроме того, две жены разом?  — нее… это слишком похоже на Куно.

А может быть пожелать, чтобы все девушки были в него влюблены, а он потом сам бы выбрал? Нет, ни в коем разе. Так из него самого Ранма получится. Блин, да на нем эти девчонки просто кучей висят, и помогло это ему? Отлично видно, насколько ему все это не нравится.

Рёга начал паниковать. Все-таки сколь много всего могло пойти не так, если он выскажет такое большое желание. Может быть ограничится только собой, и не вовлекать в это больше никого? Ему нужно придумать что-то личное, что-то только для себя. Денег пожелать? Нет, их и без желания модно заработать. Тратить желание на какие-то деньги… пфе, на это только Набики Тендо пойти может. Лучше потратить его на что-то, что другим образом получить никак не получится. Но что? Уверенность в себе? Не-е, станешь потом таким же эгоистом как и Ранма. Непревзойденное мастерство боя? Нет, ни в коем разе, опять получится что-то вроде этой глупой Татуировки Богов, что тогда была на нем. Кроме того, получать таким образом мощь как то… нехорошо. Но что тогда?

И затем он придумал. Исправить кое-что такое, чем он всегда не был удовлетворен, и не мог изменить никаким образом. Когда он ходил в бани, на него всегда все пялились и отпускали нелестные комментарии втихомолку. Хуже того, как он подозревал, все они были правы. Магия оставалась единственным способом исправить это. Одна мысль о том, что в ходе исполнения данного желания что-то могло пойти не так, вселяла в него ужас, но другого такого шанса у него уже не будет. И если все получится, то возможно, именно это и позволит ему избавиться от неуверенности в отношениях с девушками.

Залившись краской, Рёга прошептал свое желание в ухо кукле.

Кукла ошеломлено уставилась на него. — Ты хочешь этого?

— Да,  — решительно отозвался Рёга.

— Ты в этом абсолютно уверен?

— Да.

— Не передумаешь?

Рёга шлепнул куклу.

— Ну, как хочешь.

Улыбнувшись, кукла принялась за исполнение желания. Стоило признать, что благодаря небольшому размеру желания, его довольно легко было осуществить. А поскольку оно включало только парня лично, особенно много магической силы на исполнение его желания не потребуется. Конечно, были в исполнении желания и проблемы (поскольку для его исполнения придется задействовать демоническое заклятье) но из-за малости желания демоническая проблема была столь же малой.

Выполнение своего желания Рёга ощутил моментально. Сердце застучало в его груди как молот, и он трясущимися руками расстегнул ширинку и вытащил это.

~ Сработало! ~

Развернувшись, он заорал — Эй, Ранма! Только погляди на это!!

Ранма, которого уже начало интересовать, что именно такого нашел Рёга, чтобы столь долго держать в руках, и без того шел к нему и был уже в паре метров, когда Рёга развернулся к нему. Взглянув на то, что Рёга показывал ему, волосы его встали дыбом, а косичка задралась вверх.

Пнув Рёгу в живот и снеся ударом в челюсть на пол, он заорал — Если я и превращаюсь иногда в девушку, то это все равно не значит, что мне интересно разглядывать это, ты, извращенец долбанный!!!

Валяясь на полу, Рёга слабо хихикал, — А мой-то теперь больше!

Ранма застыл, примерно минуту обдумывая его заявление. Да, что-то в этом было. У Рёги действительно был больше. Ну, не то, что он раньше разглядывал, что там у Рёги было… но он у него был раньше гораздо мельче, уж это-то все видели, когда они в бани вместе ходили.

— Как ты это сделал?

Рёга поднялся, и сунул куклу прямо в лицо Ранме, — Желание, которое исполнила вот эта штуковина.

Желание преобладания во всем вновь охватило Ранму. Вырвав куклу, он быстро заявил — Я тоже хочу больше. Сантиметров на пять больше чем у Рёги. Не, стой, лучше на десять. И толще.

Кукла с большим трудом вывернулась из хватки Ранмы и шлепнулась на пол. Поднявшись на ноги, она презрительно посмотрела на Ранму снизу вверх.

— Ха! Я исполнила пожелание и проклятья, заставлявшего меня подчиняться людям, больше нет. Теперь я свободна, и могу делать все, что пожелаю. — кукла засмеялась демоническим смехом, начав танцевать от счастья. Прервавшись на секунду, она вновь развернулась к Ранме,  — Между прочим, я могу видеть, к чему приведут последствия желания, прежде чем их исполнять. Если я исполню твое, все твои подружки испугаются и бросят тебя. Даже эта глупая Амазонка.

— Блин! — раздраженно заявил Ранма, — Ну почему Рёга может загадывать желания, а я нет?

— Мы, демоны, всегда говорим в таком случае — "твоя очередь сидеть в говне".  —продолжала издеваться над Ранмой кукла, — Все равно, это больше ничего не значит. Его желание выполнено, а значит, я освободилась и меня ничего не сдерживает. А теперь, я займусь тем, что давно хотела, и сделаю жизнь каждого существа на Земле невыносимой. УХ-ХАХАХАХА!

Прочитав табличку на витрине, Ранма вновь развернулся к кукле, — Кстати, а как это пятнадцатисантиметровая куколка собирается сделать жизнь каждого существа на Земле невыносимой?

Уперев маленькие кулачки в бока, кукла презрительно усмехнулась, — Силой моих желаний, разумеется, чем еще? Ха-хахаха…

— Но ты же кукла одного желания.

— …хаха… ЧТО?! — челюсть куклы отпала и протаранила пол. Следом упало и остальное.

Кукла колотила кулачками по полу, заливаясь слезами.  — Нечестно! Гады, сволочи! Без сил своих желаний мне что теперь, в бюрократы идти? Сделать жизнь каждого существа на Земле невыносимой с помощью гор бумажек? Нечест...

Ранма наступил на куклу — демона. Как следует, покрутив для уверенности ногой.

Вырубленную напрочь куклу без особых проблем удалось убрать в витрину, и вколотив несколько серебряных гвоздей по самые шляпки, запечатать навечно.

— Тебе-то она желание исполнила, а на меня пожмотилась — пожаловался Ранма. Он развернулся к Рёге, — ладно, пошли искать этих ниндзя.

Выйдя из зала, они незамедлительно наткнулись на симпатичную девушку, вошедшую в зал с другой стороны, с интересом рассматривая экспонаты. Уставившись на нее они заметили и длинные и пышные черные волосы, забранный в длинный хвост, узкую розовую юбку, пару полос розовой ткани, идущих от талии к плечам и прикрывающих весьма впечатляющие груди, составляющих весь ее наряд, а также пару розовых башмачков.

Выдвинувшись из-за витрины, они встали перед ней.

Подозрительно уставившись на нее, Ранма осведомился, — Ты кто такая?

Девушка низко поклонилась. — Меня зовут… Ух ты! Привет, удавчик, висим потихоньку, да?

Как то так сразу Рёга осознал, что широкая улыбка, осветившая лицо девушки, вызвана непосредственно им. Точнее кое-чем между его ногами. Смущенно ойкнув, он попытался быстро застегнуть ширинку.

— АААААА!!!

Во второй раз он застегивал ее более медленно, не забывая ничего снаружи, но по прежнему красный как рак.

— ИзвинитеянехотелСовсемзабылзастегнутьЯнеизвращенецточноточно. — Рёга в панике попытался убежать.

— Расслабься, — проворковала девушка, удержав его — Я вполне понимаю парня, который не боится демонстрировать окружающим свое достоинство. — промурлыкала она, с вожделением смотря на новоприобретение Рёги.

В ответ на ее слова Рёга ухитрился стать еще краснее, чем был и кровь фонтанами забила из его ноздрей.

Ранма, по прежнему раздраженный, тем, что Рёга осуществил свое желание, и те, что новая девушка обращала все свое внимание тоже на него же, грубо вмешался в сцену соблазнения — Вы по прежнему не ответили мне. Кто вы такая?

— Я? Я хранитель музея.  — отозвалась Тай, вложив в это слова всю убедительность, которую только сумела наскрести. Дополнительно она ткнула в свою левую грудь, на тряпочке, прикрывающей которую, было написано большими буквами "ХРАНИТЕЛЬ МУЗЕЯ". Выставив вперед грудь так, чтобы Ранме было лучше видно, она пару раз дернула плечом, смотря за тем как зрачки Ранмы мечутся вверх и вниз следом за колышущимися грудями.

Ранма испустил завистливый вздох, исследуя груди девушки. Пристально изучив их, он удостоверился, что они крупнее его грудей в проклятой форме. Это был настоящий день недовольства собой. Сначала его обставили… Тряхнув головой, он оглядел и остальные элементы ее одежды, а затем заметил — Не очень-то ты похожа на хранителя музея.

— Да? — нахмурилась Тай, — А как по твоему должна выглядеть хранитель музея?

— Ну-у… — протянул Ранма, ощущая как его охватывает замешательство школьника, "плавающего" у доски.

— До этого ты ни разу не видел хранителя музея, так?

Капля повисла над бровью Ранмы,  — Ну-у, нет.

— Тогда с чего это ты настолько уверен в том, что я не хранитель, если ты ни одного из них не видел раньше?

Ранма запаниковал. Это слишком походило на обычные разговоры с Акане и остальными девушками. Он опять потерял инициативу. — Не знаю.

— Это все из-за того, что у меня большая грудь, не так ли?

— Нет, — попытался булькнуть Ранма, но был резко оборван Тай.

куноичи хлюпнула носом.

— Вот так всегда. Все думают, что если у меня большая грудь, то я обязательно тупая. Ты, наверное думаешь, что единственная работа, которой я могу заниматься, это быть безмозглой красоткой — секретаршей.

Ранма яростно замотал головой, и уже хотел запротестовать, уверяя ее что он вовсе не хотел сказать такого, но тут очнулся Рёга и кинулся на него.

— Ранма, как ты посмел сказать, что эта милая девушка слишком глупа, чтобы быть хранителем и годится только на роль безмозглой красотки — секретарши!

— Да не говорил я такого! — завопил в ответ Ранма.

— Ранма, приготовься к смерти!

Рёга атаковал Ранму, и разгорелась жаркая схватка.

Слезы Тай моментально высохли, и она довольно следила за тем, как эти двое, увлеченные поединком друг с другом вломились в соседний зал. Би-Джей не знала о чем говорит. Маскировка штука простая.

* * *

Акане с Кодачи закончили заваривать решетку канализации газовыми резаками, найденными в кладовке. Несколько довольно тяжелых статуй, извлеченных со складов, ныне экспонировались стоя поверх решетки. Закончив работу девушки испустили вздох облегчения.

— А почему мы решетку сразу не заварили? — поинтересовалась Укё.

— Потому что тебе, дуре безмозглой, это в голову не пришло! — рявкнула Кодачи.

Акане вздохнула. Она по прежнему не желала слушать вопли этой парочки. Шампу шлялась черт знает где, ей повезло, что она этих дур слышать не может.

— Заявив "Покедова" вопящей парочке, Акане сбежала. Двоица была настолько увлечена руганью друг другом, что даже не обратила на ее уход никакого внимания, и Акане шествовала по подземным коридорам в одиночестве, собираясь найти Ранму и рассказать ему все, что с ней произошло.

Двигаясь сквозь невероятно большой музей, она с интересом разглядывала экспонаты, краем глаза удостоверяясь в отсутствии похитителей. Внутри здание было определенно больше, чем снаружи. Шляясь тут и там она набрела на зал с настоящим "Некрономиконом", представленном для рассмотрения. Интересная штука. Акане никогда не думала, что он является настолько редкой книгой, поскольку у Касуми был собственный экземпляр, хранимый вместе с книгами по кулинарии.

Разглядывая картины, развешанные по стенам, являвшиеся слабыми подражаниями фильмам Стивена Кинга, она вдруг услышала тихие скрипы колесиков, доносившиеся из соседнего зала. Последовав на шум, она обнаружила причину шума. Какой-то замшелый старикан с длинными седыми висящими усами и бородой и в пыльном, измятом бутылочно-зеленом халате толкал по проходу цилиндрический стояк со щетками, швабрами, и прочим уборочным хламом.

— Могу я вам чем-то помочь, девушка? — усталым дребезжащим голосом, придавленным весом прожитых лет, осведомился старикан.

— Неа. — отозвалась Акане, — Я просто зашла посмотреть, кто тут шумит.  — отозвалась Акане, и вспомнив о вежливости, тут же добавила, — Здравствуйте. Я Акане Тендо. Нас наняли на эту ночь охранять музей.

— Понятно. Желаю удачи.

Старикан поклонился, и развернувшись, побрел прочь, довольно сильно прихрамывая. Он направлялся к одному из залов, которые Акане уже прошла. Доковыляв до дверей, он уже готов был открыть ее, как вдруг один из стульев, на которых посетители обычно отдыхали, рассматривая картины, полетел в него. Резким прыжком уйдя вбок, старикан уклонился от стула.

Выставив вперед ручку швабры в защитной стойке, старикан осведомился — Как ты догадалась? — голос был женским и довольно молодым.

— На тебе черные дутые шлепанцы для ниндзя от "Найка".  — отозвалась Акане — уборщики такие носить не будут.

Старикан нахмурился — Черт. Я их только что купила и не могла отказаться от удовольствия сразу надеть их. Все равно никто не смотрит на обувь. — разрывая одежду, старикан полностью скрылся под вихрем обрывков. Когда все клочки ткани упали, Акане обнаружила, что стоит перед странной девушкой и крикливом костюме ниндзя из красной ткани в зеленый горошек.

От ужаса Акане передернуло. — Что это с тобой? Ты что, на спор такое на себя напялила?

— Прошу прощения, — возмущенно отозвалась Би-Джей,  — это стильный современный костюм, который носят все ниндзя, у который есть вкус.

— Ты хотела сказать все дальтоники — ниндзя?

Би-Джей презрительно улыбнулась под маской. Кто бы говорил о вкусе, но не эта драчливая девчонка. Вкус ее самой заставлял желать лучшего. Унылый белый ги с красным поясом?! Ха это она называет вкусом? Господи, да от такой одежды в сон клонит.

Кроме того, это дура скорее всего думает, что застала куноичи врасплох и уже победила, но истинный ниндзя никогда не бывает безоружным. Оружие Би-Джей было под рукой, спрятанное в уборочном мусоре, что она волокла за собой. Это и было причиной маскировки под уборщика. Дядя со своими учениками твердили что подобное оружие позорит ниндзя, но она знала правду: они просто завидовали, завидовали ее мощи ее оружия.

Медленно, практически незаметно Би-Джей завела руку за спину, не отрывая при этом глаз от Акане. Соскользнув рукой вниз, она почувствовала знакомую дрожь рукояти, надежно легшей в руку, и вытащила оружие наружу. Выведя его перед собой, она сжала рукоять двумя руками. Это ей нравилось больше всего — наблюдать за округляющимися от шока глазами оппонентов, устрашенных видом столь жуткого оружия в хрупких руках куноичи.

— И что ты собираешься с ней делать? — поинтересовалась Акане, — я что, похожа на большого пыльного зайку?  — глаза ее постепенно потеряли ошеломленное выражение.

Осторожно скосив глаза, Би-Джей взглянула на свое оружие. Какого черта ей под руку попалась длинная выбивалка? Разъяренно кинув ее назад, она ухитрилась влепить концом ручки себе по лбу. Да, похоже она переборщила с маскировкой своего оружия. Протянув назад другую руку, она выдернула другую рукоять. Метла.

— Черт!! — заорала она — Я знаю, что оно где-то здесь!

Влезя в бак с головой, она попыталась разглядеть дно. Практически на полпути к своей цели она неожиданно ощутила как кто-то ухватил ее за ноги, подкинул в воздух и влепил в потолок так, что она застряла в баке напрочь.

Акане удовлетворенно смотрела на то, как куноичи беспомощно лягалась во все стороны, удовлетворенно улыбаясь. Очень аккуратно прицелившись, она легонечко пнула бак. Сила удара проволокла его до стены, с визгом колес и искрами, и впечатала в мрамор. Крошки камня полетели во все стороны. После удара бак расплющило так, что куноичи, верхняя часть которой все еще была внутри, провалилась в него до копчика.

Акане довольно хрустнула костяшками пальцев. Запросто. Она просто не могла поверить этому. Зачем было тратить столько времени на анти — ниндзявские тренировки? Если это и был образчик этих само восхваляемых "Сексапильных девушек-ниндзя", то она с ними справится одной левой.

Акане ужа собралась покинуть зал, как вдруг протяжный скрежет раздираемого металла привлек ее внимание. Округляв глаза, она наблюдала за тем, как дно бака разделила пополам светящаяся полоса. Пройдя до конца, она рассекла бак из листовой стали на две половинки. Крикливо разодевшаяся куноичи встала на ноги, вцепившись в свое оружие обеими руками. Теперь ничто не мешало Акане рассмотреть его. Длинный двуручный меч практически двух метров длиной и пятнадцати сантиметров в ширину, иззубреной с одной стороны и бритвенно-острой с другой. На широком боку клинка глубоко в металл вдавались древние, неприятно выглядевшие руны, сами собой источающие ярко синее свечение. Акане четко рассмотрела слово, в которое сложились руны  — "СВИНОРЕЗКА II".

~ Ой-ой. Это было уже хуже. ~

— Вот теперь мы посмотрим! — рявкнула Би-Джей, направив лезвие меча на Акане.

— Слушай, это твоя штуковина почти двухметровой длины,  — запротестовала Акане, — ее нельзя спрятать в баке, что и полутора-то не дотянет!

— Угу. Уверена, что у тебя бы это не получилось. — фыркнула Би-Джей.

Акане сочла, что ей лучше сменить тему разговора,  — Ладно, может я и не умею это делать. — признала она.  — НО ниндзя не пользуются гигантскими двуручными мечами. Так не бывает. Вот если бы ты была европейским рыцарем, или самураем, это еще куда ни шло, но ниндзя… Для ниндзя это неправильное оружие.

— Чушь. Я ниндзя, и я использую в бою этот меч. Сейчас сама убедишься.

Би-Джей махнула мечом в сторону Акане, и та с трудом уклонилась от просвистевшего над ней лезвия.

— Видела? А теперь стой спокойно. Если я нанесу правильный удар, то разрежу тебя аккуратно пополам, вместо того, чтобы растерзать тебя зубцами, подцепив кишки и вырвав их из твоего тела, отбросив их через весь зал так, чтобы ты умерла жуткой, невыносимо болезненной, и действительно мерзкой смертью. Разумеется у меня есть все эти швабры и щетки, чтобы потом убрать за собой, но мне жутко лень этим заниматься, понимаешь?

Акане отпрыгнула от еще одного размаха, — Знаешь, — сказала она задумчиво,  — Я, пожалуй, предпочту сбежать.

Она устремилась прочь.

Надо найти Ранму и попросить помочь ей. Тот с этой идиоткой быстро справится, и научит ее уважать бойцов.

Уставившись на убегающую Акане Би-Джей заорала — А ну, вернись распотрашиваться, ты, сволочь неблагодарная.

Размахивая мечом во все стороны, Би-Джей устремилась следом.

* * *

Беззвучно, не тревожа даже пылинки, Май скользила сквозь залы музея, содержавшие в себе витрины с бесчисленными экспонатами. Что-то было не так. Ужасно не так. Похоже, что они украли не тот комплект чертежей, ни одна из зал музея не совпадала с ними. Вероятно все это было следствием переутомления и ночных условий работы, но ей казалось, что каждая зала музея была сама по себе, неверной формы, и все они производили гнетущее впечатление. Хуже того, они так и не нашли где ныне находилась Священная Урна Као-Патти, из-за которой они и пришли сюда.

Май надеялась, что ни одна из ее сестер ее пока не нашла. Если они найдут Урну раньше ее, воплям не будет конца. Победитель задерет нос до небес, и будет хвастаться этим до умопомрачения. Не то, чтобы Май это не одобряла, но она желала сама задирать нос и хвастаться, а не позволять это делать одной из сестер. Впрочем, бывали вещи и похуже. Кроме того, было явно, что никто из них ее еще не нашел.

Тяжелая рука упала ей на плечо.

Май поникла головой от стыда. Она так и знала, что это произойдет. Стандартный Прием Перемещения Ниндзя Номер Пять: Перемещение вне Поля Зрения явно был не совершенен.

Развернувшись для того, чтобы увидать, кто именно ухитрился разглядеть ее, прячущуюся вне поля зрения посреди зала, набитого экспонатами, Май увидела длинного волосатого парня с лопатой пекаря за спиной, вместе с девушкой в гимнастическом трико. Судя по одежде, носимой ими они были чернорабочими, скорее всего.

— Ну что, Конацу, пошли отсюда, — заметила Укё, убирая руку с плеча своего работника. Все таки до чего здорово, что они повязали ему эту ленточку. Если бы не она, то Укё сначала бы вырубила его напрочь, сразу же как увидела глупую куноичи, крадущуюся посреди пустого зала не обращая ни на что внимания.

В качестве ответа Май выдернула нож из рукава и отвела руку назад, собираясь пырнуть державшего ее парня. Странно все же, с чего этот пекарь обозвал ее "Конацу".

Как только рука с ножом устремилась вперед, Кодачи выбросила вперед длинную ленту и захлестнула руку намертво, удерживая ее как в тисках. Секундой позже затылок Май познакомился с большой лопатой.

— Некогда нам тренироваться в анти-ниндзюцу, — устало вздохнув, заметила Укё, и схватив куноичи за шиворот поволокла за собой.

* * *

Шампу раздраженно покрутила головой. Ранма как сквозь землю провалился. Когда они разделялись, он заявил, что займется первым этажом, но она здесь, а ни малейших признаков ни Ранмы ни Рёги нет вообще. Мало того, скоро и ее саму искать придется. Акане и остальных соперниц наверняка уже сожрали монстры, живущие в канализации, так что теперь Ранма был ее. Шампу знала, что ей нужно наложить на Ранму лапу прежде, чем эта парочка отцов снова помолвит Ранму, в этот раз с Набики или Касуми. Эта пара стариканов быстро подсуетится. Но у нее все же был шанс, хотя следовало поторопиться.

Шампу искала Ранму, но вместо него наткнулась на Тай, разглядывающую экспозиции. Увидав то, во что была одета незнакомая девушка, Шампу воздела вверх свои бонбори и встала в боевой стойке так, чтобы перегородить ей выход.

— Кто ты есть? — осведомилась Шампу, угрожающе ткнув бонбори ей под нос.

Тай ухмыльнулась. Безмозглая красотка с пышными волосами цвета наиболее диких нарядов Би-Джей. Одурачить ее проблем не составит. Запросто.

— Я? — разыграла она удивление, — Я — хранитель музея,  — подчеркивая свои слова она ткнула пальцем в грудь с надписью "ХРАНИТЕЛЬ МУЗЕЯ", а затем в грудь с табличкой, на которой были ее имя и фотография. Груди затряслись.

Шампу внимательно посмотрела на оба удостоверяющих документа.

— Ты не походить на хранителя.

— А ты когда-нибудь раньше видала хранителей? — пошла по накатанной колее Тай.

— Да. СяньПу бывать в музее до того как его весь переделать. Она встречать там хранителя. Ты на него не походить, если ты не сбросить пятьдесят лет и сменить пол.

Капля повисла над бровью Тай. Да, осечки бывают. Даже в ее прекрасно спланированном проникновении в музей такое может произойти. Неважно, она все равно перехитрит эту дурочку.

— Старый хранитель в отпуске. Я новый хранитель, потому что музею без хранителя нельзя обойтись.

Заявление Тай похоже успокоило Шампу и она опустила бонбори.

— Ладно. Извините, СяньПу ошиблась. Я принять вас за одну из тех, что вызов в музей прислать.

— Нет, — уверила ее Тай — Я не посылала письма с вызовом. Ну что за дура, хихикнула она про себя.

Амазонка кивнула. — Да, ты не походить. СяньПу знать, кто должен быть грабителями. СяньПу письмо видеть. Там подпись быть — "Три безмозглые девушки-ниндзя".

— Ты, дура! Мы подписали его "Три сексапильные девушки-ниндзя", а не "Три безмозглые девушки-ниндзя" — заорала Тай, и тут захлопнула рот. Прикрыв его ладонями , она приглушенно пробормотала — Ой!

Тай отчаянно надеялась, что ее дядя никогда не узнает об том как она прокололась.

Шампу вновь воздела бонбори.

— Хм. Безмозглые девушки-ниндзя лучше, — довольно ухмыльнулась Шампу.

Тупоголовая идиотка. Неужели это дура думала, что гордость племени амазонок, такая умница, проницательная до жути воительница как она — прекрасная СяньПу, попадется на такой глупый трюк? Даже Теряющийся парень на него бы не попался!

Шампу направила свои бонбори в сторону безмозглой куноичи. Умелым бойцом та не выглядела. Настоящая амазонка без проблем с ней разберется. А потом она притащит бездыханное тело этой девки Ранме, доказав тем самым сколь умела и могуча его будущая жена. Запросто.

Как и Би-Джей до нее, Тай решила покончить с маскировкой. Сорвав табличку с груди, она отбросила ее в сторону.

Приступим.

Покачавшись на пятках, Тай приготовилась к поединку, который будут прославлять вечно, поединок между ней и ее противницей.

— Я Тай Хашимото — начала она — Величайшая и Прекраснейшая Девушка-Ниндзя Из Всех, Кого Когда-либо Знал Мир!!! …и две моих сестры — добавила она, — которые скоро прибудут, будут нашими секундантами.

Услышав это самовосхваление, Шампу презрительно фыркнула.

— А я СяньПу, величайшая воительница своего поколения из племени Амазонок Джокецузоку.

Тай гордо подняла голову, начав громко декламировать — Слышала я о вас,  — драматически понизив голос, она продолжила  — В самых дальних и неисследованных уголках островов Греции обитает племя женщин — воительниц…

— Нет, нет, нет. — быстро поправила ее Шампу — Ты путать нас с греческими амазонками. Мы китайские амазонки.

— Вот как, — отозвалась Тай, и вновь начала речь  — Слышала я о вас. В самых дальних и неисследованных уголках островов Китая обитает племя женщин — воительниц…

— Нет, нет, нет. Мы на материке.

— Ясно. — Тай начала вновь — Слышала я о вас. В самых дальних и неисследованных уголках материкового Китая обитает племя женщин — воительниц, которые занимаются притеснением и порабощением мужчин…

— Нет, нет, нет. Мы давно бросить эти глупости. Мы с ними теперь хорошо обращаться. Женщины главные, но мы их больше не притеснять и не порабощать.

— Можно я закончу? — поинтересовалась Тай.

Осознав свою грубость, Шампу в раскаянии закивала головой. — Извини. СяньПу больше не перебивать.

Тай прокашлялась. — Как я и говорила раньше, слышала я о вас. В самых дальних и неисследованных уголках материкового Китая обитает племя женщин — воительниц, которые больше не занимаются притеснением и порабощением мужчин, а просто представляют собой банду крутых сучек, с которыми никто не хочет связываться.

Шампу довольно покивала головой, и жестом попросила Тай продолжать.

— В бою они безупречны. Говорят, что если кто-либо победит амазонку в бою, то победившая персона должна… должна… жениться на ней…

Побледнев от ужаса, Тай прижала ладони к щекам.  — О, господи! Ты хочешь женить меня на себе!!

Шампу раздраженно вздохнула.  — Нет, нет, нет. Безмозглая девушка-ниндзя все не так понять. Это если посторонний победить амазонку…

Тай не слушала ее, ужас такой участи, могущей стать ее уделом, превзошел даже ужас перед хирургической операцией по уменьшению бюста.

— Ты, омерзительная, одержимая злом амазонская лесбиянка! Не видать тебе моего ошеломляюще прекрасного юного тела!!!

— Ты меня не слушать — терпеливо заметила Шампу, приближаясь к ней. — Если не девушка победит в бою амазонку, то они жениться…

Увидав как гадкая амазонская лесбиянка приближается к ней с недобрыми намерениями, Тай запаниковала. Вытащив из витрины большой деревянный молот, она принялась бить им Шампу по голове, крича — Не трогай меня! Я нормальная, ты, порочная извращенка! С другими лесбиянками заигрывай! Отстань, отстань! Я честная девушка! АААА!

Неожиданно прекратив удары, Тай повернулась и в панике помчалась прочь, вопя от ужаса. Молот так и остался лежать на голове Шампу, вбитой в мраморный пол по поясницу.

Как только Шампу пришла в себя и поняла, что произошло, она тихо пробормотала — Кто-то себе Поцелуй Смерти заработать. Точно-точно.

* * *

Май тяжело вздохнула, и оставила все как есть, продолжая двигаться бок о бок с двумя девушками. Три нападения (которые эти идиотки почему-то считали анти-ниндзявскими тренировками) провалились одна за одной, и поскольку Май уже начали утомлять постоянные удары лопатой по голове, он плюнула, оставив все как есть до тех пор, пока ей не подвернется удобный случай сбежать от этих психопаток. Кроме того, опасности это двое не представляли. Каким-то образом она подменила собой кого-то по имени Конацу, (хотя Май была твердо убеждена, что она симпатичнее любой куноичи и спутать ее ни с кем нельзя) и пользовалась полным доверием обеих девушек. Все, что ей было нужно в этой роли — молчать. Она не умела подлаживаться под голоса других людей как Би-Джей, и сомневалась, что ее голос совпадет с голосом этой Конацу, кем бы она ни была. К счастью, похоже эта Конацу была очень тихой и молчаливой куноичи. Еще одним плюсом было то, что две дуры могли сами привести ее к Священной Урне Као-Патти, а заполучив ее, Май быстро бы оторвалась от них.

Прямо сейчас Кодачи, та, что была в гимнастическом трико временно покинула их, отправившись в туалет, Май осталась наедине с Укё, девушкой — трансвеститом обвешанной с ног до головы пекарскими приспособлениями. Обе девушки были действительно странными. В полном смысле этого слова.

— Конацу?

Май потребовалось несколько секунд, для того, чтобы вспомнить, что она должна откликаться на это имя. Повернувшись к ней она увидела волнение на лице Укё и с любопытством кивнула головой.

Заметив что "Конацу" обратил на нее внимание, она продолжила — Понимаешь, я тут задумалась о наших взаимоотношениях с Ран-чаном, как следует задумалась,  — в голосе Укё отчетливо прозвучала дрожь,  — Знаешь, меня это серьезно обеспокоило. Я мало с кем могу поговорить по дружески, разве что с тобой и Ран-чаном, а поскольку с ним я разговаривать об этом не могу, я решила поговорить с тобой.

Просто здорово. То что ей нужно больше всего — признания всяких чудиков.

— Я всегда полагала что Ран-чан, я хотела сказать, Ранма на самом деле любит меня больше чем остальных. Ну, во первых я с ним самой первой познакомилась, и первой была помолвлена. Акане не в счет, на самом деле Ранма не желал с ней помолвки, это была идея его отца. А еще Ранма звал меня миленькой невестой даже после помолвки с Акане.

Брови Май взлетели вверх. Этот Ранма называл девчонку — трансвестита миленькой? Блин, даже если эта Акане страшна как смертный грех, этот парень все равно настоящий чудила. Если бы Укё была парнем, любой бы сказал, про такого парня, что у него мужественный облик, у нее была масса черт настоящего бисёнена. (А вот у Май таких черт не было. Она избила бы любого, кто посмел бы намекнуть на это). Но назвать ее миленькой? Нет. Ни в коем случае. Даже в одном мизинце Май было больше привлекательности, чем во всей Укё разом.

Укё продолжала, — Но вот только иногда мне кажется, что он пренебрегает мной. Иногда он совсем не считается с моими чувствами. Внимательным к чувствам других Ранму назвать сложно, но временами… Временами он ведет себя как чурбан бесчувственный!

~ Все они, мужики, такие, ~ думала про себя Май. ~ Ценят женщину только по размеру груди, как будто это вообще имеет какое-то значение. В женщине главное ее душа, ее богатый внутренний мир… ~

— А потом, уже позже, я начала подмечать некоторые странности. Иногда он так глядел на Акане… Так, будто она заботила его больше, чем я. Сначала я считала это все просто глупыми страхами, я знала, что Ранма любит меня, но позже я начала сомневаться. Может быть я не права? Может быть Ранма любит ее больше меня? Может быть, он не хочет жениться на мне? Может он пытается отвергнуть меня, но не хочет, чтобы я страдала, и пытается найти способ помягче? Может мне махнуть рукой на него и уйти самой, не доводя все это до грубого отказа, отчего всем будет только хуже?

Май заметила как слезы потекли из глаз Укё, а голос ее надломился от столь долгое время подавляемых эмоций. Девушка пыталась решить самый важный вопрос ее жизни и нерешительно колебалась, не зная что именно выбрать. Как то неожиданно она начала симпатизировать ей, желая поддержать её хоть чем-то, но как сделать это, не выдав при этом себя? В итоге Май сделала единственное, что могла сделать в этой ситуации, то, что не сможет помочь Укё в ее отчаянном положении, но направит ее в нужную сторону, заставит ее дух воспрять, придав ей уверенности.

Май пожала плечами.

Подняв низко опущенную голову, дрожащим от преисполняющих ее эмоций, Укё сказала — Точно. Теперь я знаю, что мне надо делать. Это все моя вина. Я одурачила сама себя.

Вот оно. Волна симпатии захлестнула Май. Желая помочь страдающей девушке, она поднялась на ноги и двинулась к ней, желая обнять ее и показать что она не одна, что другие девушки всегда поймут ее, всегда утешат. Подняв руку для сестринского дружеского объятия она уже занесла ее над головой Укё, но та неожиданно завопила, воздев вверх сжатый кулак, снося ее напрочь.

— Разумеется!! Ран-чан любит меня больше, чем ее! Да как я могла подумать, что он предпочтет мне психопатку, безмозглую красотку или томбойку! Без сомнения, я единственная из всех достойна его! Это судьба! Все свои силы я брошу на то, чтобы выйти за него замуж, и ничто не помешает мне в этом!

Укё развернулась к Май, глаза ее сияли.

— Я не могла бы придти к такому важному решению без твоей неоценимой помощи. Это все благодаря тебе. Но сейчас я хочу задать тебе еще один вопрос, очень важный для меня. Ответь мне пожалуйста, честно, откровенно, не скрывая жестокой правды.

Перепуганная страстностью ее голоса, Май закивала головой, убедив тем самым Укё продолжать дальше.

— Как ты думаешь, Конацу, кто из нас должен надеть на свадьбу смокинг, я или Ран-чан?

Челюсть Май протаранила пол.

* * *

Тай мчалась по коридорам музея, изо всех сил стараясь оторваться от гадкой лесбиянки, без сомнения преследующей ее, чтобы поймать и воплотить в жизнь все свои мерзкие, порочные желания. Все это было так отвратительно, так непристойно для ее маленького бедного сердечка. О, боже, пасть жертвой извращенки, и все из-за ее невыносимой привлекательности, пред которой не могут устоять лица любого пола! О, сколь сложна, трудна и полна опасности жизнь юной и прелестной девушки!

Поглядев в сторону приближающегося топота и воплей, Куно, Конацу и Мусс увидали девушку, мчавшуюся на них, не сбавляя скорости. Куно заговорил первым, — Глядите-ка, похоже, что кто-то напугал эту Хранительницу.

— Это не Хранительница, это куноичи, — вмешался Конацу, устремляясь вперед.

— А по моему Хранительница, — заявил Куно, вновь взглянув на нее. — А ты как думаешь? — осведомился он у Мусса.

Мусс пожал плечами. — Лично я думаю — Хранительница. Надо посмотреть, есть табличка с именем или нет. Так и проверить.

Куно и Мусс тоже двинулись наперерез.

Не заметив никаких следов лесбиянки, Тай соизволила посмотреть не только назад, но и вперед, куда она все это время бежала. Прямо на нее бежала Май (костюм ниндзя, желтая ленточка, плоская грудь), а за ней следом неслись два каких-то парня.

— Я спасу тебя! — завопила Тай — Прием Шестьдесят Три!

Наконец-то ей подвернулась возможность применить один из собственных приемов. По правде говоря, она разработала больше сотни уникальных приемов, пригодных для всех видов боевых ситуаций, один на один, один против двоих, один против толпы маньяков. Единственной проблемой было то, что ее сестры не желали их осваивать, предпочитая вместо этого пользоваться оружием.

Тай сильно удивилась, когда Май послушалась ее и вытянула вперед свою руку, невзирая на сжатый кулак. Довольно странно, но она целилась им в нее. Тем не менее, вытянутая вперед рука превращала прием Шестьдесят Три в смертоносно эффективный наступательный прием.

Летя на максимальной скорости, Тай поднырнула под руку, и ухватила ее за локоть. Устремившись еще ниже, она ухватила неожиданно потолстевшую куноичи за лодыжку и крутанулась на пятке, совершив четкий пируэт. Летевшая по запутанной Май вопила что-то вроде "Ой, ща сблюю…"

— Кончай хныкать! — завопила Тай, — Щас мы их сделаем!

Достигнув нужного угла поворота, Тай выпустила свой груз, и куноичи полетела в противоположную сторону. С удовольствием она посмотрела, как два этих амбала встали столбом, наверняка пораженные красотой ее приема, и столь же синхронно упали, когда импровизированный метательный снаряд Тай снес их как кегли.

— Йехууу! — радостно завопила Тай, прыгая и хлопая в ладоши. Ее прыжки заслужили бы первое место на конкурсе по фэнсервису, и были бы запрещены из-за непристойности в трети государств земного шара.

— Добьешь их сама, — прокричала она своей "напарнице", и помчалась дальше, стараясь уйти как можно дальше от гадкой лесбиянки, пока ее не видно.

Все тело Конацу вопило от боли, когда он очнулся, распростертый на чьих-то телах. Его застали врасплох, застали как какого-то сопливого новичка! Непростительная ошибка.

— Я почтительнейше прошу прощения за свою ошибку,  — заявил он, склонившись в глубоком поклоне перед встающими на ноги Куно и Муссом. — Уверяю вас, больше такого никогда не повторится.

— Ужели ты думаешь, что столь лживые слова умерят грех твоего предательства?  — Куно направил свой боккен на Конацу.

— Эй, ты это чего? — запаниковал Конацу, ошеломленный сменой отношений с его союзниками.

Мусс встал рядом с Куно, тыкая в сторону бедного Конацу пальцем,  — Мы своими ушами слышали, как ты сговаривался с ней, и ты помог ей на нас напасть! Ты в сговоре с этими ниндзетками!

— Куноичи, — машинально поправил его Конацу.

— Неважно, — прорычал Мусс, высунув из рукавов своего халата по несколько жутко острых клинков.

Конацу залепетал оправдания, — Да как вы могли такое подумать? Разве я стану с ними объединяться? Она же просто обхитрила меня и бросила меня в вас!

— Свои лживые слова оставь для слепцов и идиотов! Мы видели собственными глазами и слышали собственными ушами, как ты сговаривался с ней.  — Куно ткнул боккеном в Конацу.

Конацу с сожалением покачал головой, — Вы оба тупые, непрошибаемые кретины.

— Ха! Вряд ли столь незаслуженное оскорбление из уст мерзкого предателя запятнает мою честь, — гордо заявил Куно.

— Сейчас ты заплатишь за свою измену, — прорычал Мусс и вместе с Куно устремился к юному ниндзя. Поскольку никаких других возможностей у Конацу не осталось, он сделал наиболее разумный выбор и предпочел сбежать. Слыша тяжелое дыхание за своей спиной, он горестно вопрошал себя, ну чем он заслужил такое?

* * *

В самой сердцевине музея, вдали от всех входов, гордо возвышался древний артефакт. Ничем не прикрытый, он стоял на своем постаменте, выточенном из чистейшей из всех возможных друзы кристаллов.

Бессчетное число древних символов лепились друг на друга, гравированные на ступенях, ведших к центру постамента. Многочисленные самоцветы, магическим образом превращенные в жидкость, окрасили руны, придав каждой из них особые, отличные от других оттенки, варьировавшиеся от пронзительно черного, соперничавшего мраком с бездной отчаяния, до пронзительнейшей синевы, а также цветов, которых человеческий разум не мог постигнуть. Окно в крыше, созданное из волшебным образом отвердевшего воздуха пропускало в комнату чистый лунный свет, без малейших искажений и примесей, падающий на единственный достойный такого освещения объект, покоившийся на блистающей друзе. Этим предметом являлась древняя урна, единственная в этой великолепной комнате выглядевшая изношенной и потрепанной. Стоявшая урна была унылого глиняного, ничем не окрашенного цвета, прожилки сколов и трещин, испещряли практически каждый ее сантиметр. Ручка ее была отколота у самого основания, и поднять ее с места можно было только бережно поддев снизу чем-нибудь тонким, не тревожа неосторожными движениями.

Сама по себе она напоминала какой-нибудь предмет наследства, доставшийся от покойной прапрабабушки, и бережно хранимый на чердаке под трех вершковым слоем пыли, и не оказывающейся на свалке только благодаря ее сентиментальной ценности и лени. Остающейся несмотря на то, что никто не помнит о ней ни того, откуда она взялась, ни того, что с ней связано, и единственное что о ней известно — она всегда здесь валялась.

Да, совершенно верно, она являлась единственным экспонатом в этом зале. Она и являлась тем предметом, за которым в музей явились три куноичи, и тем, что должно было остаться в музее несмотря ни на что.

Священная Урна Као-Патти.

И именно здесь, в центре музея действие начало набирать обороты. Ранма первым вбежал в зал, преследуемый Рёгой, вопящим на него за то, что он чуть не посмел назвать кого-то безмозглой красоткой — секретаршей.

Следующей была Акане, по пятам за которой гналась куноичи с жутким двуручным мечом.

Кодачи, Укё и Май появились следующими, при этом не устраивая скандала, что было довольно странно.

В зал ворвалась Тай, ежесекундно оглядываясь через плечо в поисках погони.

Куно и Мусс загнали в дверь Конацу, который довольно успешно уходил от всех их атак.

Конкурс на самый оригинальный выход выиграла Акане, в основном благодаря тому, что ее преследовала разыскиваемая ими куноичи, а так же из-за необычности оружия, которым ее гоняли по музею. Куно и Мусс заняли второе место, благодаря тому, что они сработались в ходе атаки на Конацу, с успехом преодолев взаимную неприязнь друг к другу, и даже временно забыли о ненависти к Ранме.

Ранма не упустил возможности и заорал: — Эй, народ, мы потеряли кого-то!

Шампу находилась совсем в другом зале, кляня свое невезение. Да, в последнее время она расслабилась, ела слишком много сладкого. Пачка сигарет в день тоже не пошла на пользу бойцовым навыкам.

* * *

— Пофиг, — заявил Ранма, — Начнем без нее.

— Эй! — завопила Укё, — А как это Мусс с Куно ухитряются гоняться за Конацу, если он здесь, рядом со мной и Кодачи?

Озверевшая Май развернулась к Укё, — Потому что я — не твой Конацу, ты, плаксивая, свихнувшаяся, одержимая, сопливая чудила-трансвеститка! Господи, если я услышу хоть еще один хнык про твоего драгоценного маленького Ран-чана, я тебя изувечу!

— Эй! — возразил Ранма, — Укё не плакса!

— Точно! Я не плакса… — резко заткнувшись, она бросила на Ранму раздраженный взгляд, — А остальное?!

— Ты не сопливая, и пожалуй, если как следует подумать, чудилой тебя тоже назвать сложно.

— А остальное?!!!

— А что остальное?

Странно, но неизвестно с чего Ранме пришлось уклонятся от пары дюжин лопаточек, со свистом летевших в него.

— Ну-ка, посмотрим на этого фальшивого Конацу поближе, — заявила Кодачи, срывая маску с Май. — Господи, он же из парка ужасов! — содрогнулась она.

— Не была я ни в каком парке ужасов, — запротестовала Май.

Кодачи злобно ухмыльнулась, — Знаю. Это было образное выражение.

Обойдя Май кругом, она изучила ее пристальнее. — Знаешь, а ты очень мужественный.

— Я не парень! — завопила Май.

Укё ткнула пальцем ей в грудь. — Даже у Конацу грудь больше, а он у нас парень.

Подойдя к ним, Конацу тоже не удержался и потыкал пальцем.

— Хм, Укё, похоже, что ты права. Слушай, — обратился он к Май, — может тебя вырастили женщины, которые относились к тебе как к девочке, а на самом деле ты парень, но узнала об это слишком поздно?

— Вполне возможно, — заметила скромно стоящая неподалеку Тай.

— Нет не возможно, и ты отлично это знаешь!! — разъярилась Май — Кретинка! Мы вместе выросли! Да какой псих вообще поверит в столь бредовую историю?!

Постоянные персонажи Ранмы ½ подняли вверх руки.

— Долбаная куча психов! — рявкнула Май.

— Правильно, — согласилась с сестрой Би-Джей. — Быть такого не может. У нас было обычное, нормальное детство. Родившись в субтропических лесах Исландии, мы в трехлетнем возрасте были усыновлены новозеландскими конквистадорами. Несколько лет мы росли среди них, пока случайно не были унесены штормом, принесших нас на остров динозавров, настолько тупых, что до них еще не дошло, что они уже вымерли. Около года прятавшись от них, мы построили лодку из кокосов, связав их своими волосами. Мы едва не утонули в море, когда нас подобрал странно выглядевший космический корабль, сделанный из дерева. Он отнес бы нас в Японию, но наша безмозглая сестра решила, что нацарапать свои инициалы на дереве будет просто здорово. Космическое дерево обиделось и выкинуло нас над Францией. Изображая из себя бродячее трио юных акробаток мы бродили по ней, пока не попали в пещеру времени и угодили в прошлое. После множества приключений по дороге мы наконец попали в Японию периода Хэйан, и легли в спячку. Разморозились мы только несколько лет назад, — закончив бубнить, Би-Джей наконец сумела вдохнуть, и так и продолжила судорожно дышать еще несколько секунд.

— Ух ты! Со мной такое тоже бывало! — заметил Рёга.

Би-Джей мотнула головой в сторону Рёги, — Видали? Обычное, нормальное детство.

Наклонившись к Акане, Ранма зашептал, — Слушай, напомни мне потом поблагодарить батю за то, что меня он растил нормальным способом.

Как только Би-Джей наконец закончила, в зал пыхтя и хрипя ворвалась Шампу. Постояв некоторое время, и как следует отдышавшись, клянясь про себя курить в день не больше чем пол-пачки, она ткнула бонбори в сторону Тай.

— Вот ты где есть, безмозглая девушка — ниндзя! Сейчас СяньПу даровать тебе Поцелуй...

Тай завизжала, выкладываясь по максимуму, — Гадкая амазонская лесбиянка, она меня нагнала! О. Горе мне, горе! Несомненно собираешься ты заковать меня в цепи, и использовать мое роскошное тело как объект твоих извращенных желаний!

— СяньПу не лесбиянка! — защищалась амазонка.

— Врешь! — завопила в ответ Тай. — Первое, что ты заявила, войдя сюда, что ты собираешься меня поцеловать!

Шампу смущенно огляделась кругом, попав в несколько затруднительное положение, — Да, СяньПу сказать, что она будет целовать тебя, но это не такой поцелуй. И СяньПу не лесбиянка. Спроси друзей СяньПу.

— Я всегда знала, что ты извращенка, — заявила Кодачи, обвиняюще ткнув в нее пальцем.

— Эй, Шампу, слушай, мы же с тобой познакомились, когда я был девчонкой! Так ты еще тогда на меня запала? — как всегда размытая половая принадлежность Ранмы сделала все только хуже.

Укё в ужасе передернулась, — Господи! Я ходила с ней в бани! Так она, наверное, разглядывала меня там, воображая всякие мерзости, не в силах отвести взгляда от моего зрелого, чувственного женского тела!

— Ха! — фыркнула Шампу, — СяньПу ничего такого не думала! Даже и не интересуясь этим, СяньПу точно знать, у Акане тело гораздо лучше!

Мусс был единственным из них, кто поддержал Шампу. Упав на одно колено, он облобызал ей руку, — О, дорогая СяньПу! Так вот почему ты отвергала меня! Позволь мне вернуть тебя на путь истинный! Стань моей женой!

Шампу влепила Муссу по голове бонбори.

— Прекрасно, — заявил Мусс, вставая с колен — Иду топиться в Ньяннитюан. Стану симпатичной девушкой. Это все решит.

Заметив что амазонка вновь уставилась на нее, Тай завопила, — Держись от меня подальше! Засунув руку в карман Май, Тай выхватила большую цепь. Раскрутив ее над головой, она обвила ей Акане. Еще пара оборотов цепи, и Акане полетела через весь зал, шлепнувшись рядом с Тай.

— На, — заявила Тай, держа скованную Акане перед собой, — Вместо меня получай вот эту ярую лесбиянку! Она тебе больше подходит!

— Я не ярая лесбиянка! — завопила Акане, отчаянно пытаясь выкрутиться из цепи.

— Точно, — отозвался Ранма, встав рядом со своей невестой, — конечно, Акане у нас не миленькая, мымра, лишенная всякой женственности, толстая коротышка, но она определенно гетеросексуальна, — и гордо застыл, довольный ввернутым к месту умным словом.

Каким-то образом Акане ухитрилась пнуть его прямо в лицо.

— Че за дела?! — возмутился Ранма, — Тебя же защищаю!

— Иди в жопу! — завопила Акане. — Твоя защита еще хуже, чем обвинения в лесбиянстве!

Скептически посмотрев на Акане, Тай заметила, — Да ладно тебе… Мускулы накачала, волосы себе обрезала. Да ты вся практически ходячее заявление, типа "Я активная лесби, что всех вас поимеет, девчушки, так что скидывайте трусики, сейчас тетя вас научит родину любить!"

— Ничего подобного! — заорала Акане.

Тай ее заявление не убедило.

— Ты еще скажи, что учась в школе, не работала в гараже!

— Только в седьмом классе! И то из-за того что препод — экономик выпер меня со своих занятий, когда я на стол ему блеванула! А мне нравился это предмет, и я всегда по нему только пятерки получала!

— Ага, ага. И парней каждое утро перед учебой ты не бьешь?

— Я что ли виновата в том, что они все козлы?!

— Понятненько. Музыкальные диски К.Д. Лэнг покупала?

— Несколько.

— Крис Дэвис и Джим Бадер?

— Куча.

— АГА!  — Тай обвиняюще ткнула в нее пальцем. — Вот и доказательства! Все один к одному!

— Это ничего не доказывает! — вопила Акане, — Спроси у моих друзей!

— Я всегда знала, что ты извращенка, — заявила Кодачи, обвиняюще ткнув в нее пальцем.

— Эй, Акане, слушай, мы же с тобой познакомились, когда я был девчонкой! Так ты еще тогда на меня запала? — как всегда размытая половая принадлежность Ранмы сделала все только хуже.

Укё в ужасе передернулась — Господи! Я ходила с ней в бани! Так она, наверное, разглядывала меня там, воображая всякие мерзости, не в силах отвести взгляда от моего зрелого, чувственного женского тела!

— Ха! — фыркнула Акане, — Никогда я такого не думала! Даже и не интересуясь этим, я точно знаю, что у Шампу тело гораздо лучше твоего!

Куно был единственным из них, кто поддержал Акане. Упав на одно колено, он облобызал ей руку, — О, дорогая Акане! Так вот почему ты отвергала меня! Позволь мне вернуть тебя на путь истинный! Стань моей женой!

Акане сжав кулак, влепила его прямо в нос Куно.

— Прекрасно, — заявил Куно, вставая с колен — Пойду стану геем. Мы отлично подойдем друг другу, оба такие гомосексуальные.

— Акане, ты не волноваться, — утешила ее Шампу, присев рядом и положив руку на плечо, — СяньПу, тоже все это делать и она не лесбиянка. Мы потом друг с другом дисками К.Д. Лэнг поменяться, да?

И пока эти двое обсуждали свои музыкальные предпочтения, Тай отошла от них к Май и Би-Джей, сформировав отряд "Три сексапильные девушки — ниндзя". Заметив это Ранма и компания собрались вместе, образовав отряд "Тех Кто Нашел Ниндзя, На Которых Они Охотились".

Посмотрев на их противников, Би-Джей ухмыльнулась. Наконец-то все собрались. Превосходно.

— Прием Сексапильных Девушек — ниндзя: Слепящий Стиль!

Рассеянный по комнате свет разом отразился от всех блесток и мишуры, нашитой на костюм Би-Джей, усилив его в тысячи раз. Яркая вспышка, эквивалентная прожектору в сотню киловатт, ослепила напрочь ее противников, и заставив их отчаянно моргать глазами, изгоняя из глаз плавающие отблески.

— Ха! — заорала Би-Джей, — это их вырубило!

Увесистый подзатыльник послужил ей наградой.

— И нас тоже, кретинка! Предупреждать надо, дура безмозглая! — заорала сзади Май, поскольку она теперь тоже ничего не мола видеть. У Тай дела обстояли ничуть не лучше, поскольку она налетела на них сзади и принялась ощупывать, заодно интересуясь, не являются ли они их противниками.

Мусс, который тоже ничего не видел, отнесся к этому спокойнее всех.

— Отлично, ниндзетки! Я ничего не вижу, но этим меня не остановить! Сейчас вы поплатитесь за свою глупую атаку! — выхватив из свои бездонных рукавов метательные булавы, он выбросил их… назад, влепив их прямо Ранме в лоб, и только потом осознал, что его противницы находятся совсем с другой стороны. Заодно с Ранмой пострадал и Конацу, оглушенный отскочившими от Ранмы булавами. Второй залп Мусса был более прицельным.

Поднырнув под летящие булавы, Би-Джей позволила им пролететь в дверь и влепиться в стоявшую за ней витрину, со звоном усеявшую осколками весь соседний зал.

— Неплохо, четырехглазый. Но вот одеваешься ты отвратительно. Простейший белый халат — как это уныло. Меня от него просто корежит. Знаешь, на твоем месте, для большей привлекательности я бы добавила к нему аквамариновый пояс и оторочила его по швам кантом такого же цвета. Девушки от такого наряда будут без ума.

— Вообще-то я уже об этом думал, — признался Мусс, — Но я собирался к нему еще и кожаные наплечники добавить.

— Точно, — согласилась с ним Би-Джей, — это будет стильно.

И Май и Ранма все еще пытались проморгаться, поэтому просто ходили кругами, пока не наткнулись друг на друга. Зрение у них восстановилось одновременно, и они развернулись к своим союзникам, всецело поглощенным обсуждением фасонов и стилей современных бойцовых нарядов. Глянув друг на друга они согласно кивнули, и отправились к ним.

Ранма начал с крепкого подзатыльника, а Май последовала его примеру, уже на Би-Джей.

— Позже тряпки обсуждать будете. У нас тут поединок идет, — рявкнул Ранма на Мусса.

— Спасибо за помощь, — заметила Май, выкручивая Би-Джей ухо.

— Не за что, — отозвался Ранма.

— Извини, — продолжила она, — Пока я буду вразумлять мою непутевую сестру, не подержишь ли ты вот эту небольшую свечку? — и Май протянула ему длинный тонкий красный цилиндр с шипящим огоньком на конце фитиля. Абсолютно спокойно Ранма взял его и Май быстро отпрянула прочь.

Ранма попытался изучить предмет более тщательно. Фитиль был несколько длинноват и не очень качественно сделан, поскольку громко шипел и плевался во все стороны искрами. Тем не менее, при таком темпе выгорания вполне возможно он бы самоукоротился, дойдя до самой свечки.

— Придурок! — завопил Конацу через весь зал, — Это не свечка! Это динамит!

— Не слушай этого параноика! — тоже проорала Май, но с другой стороны зала, — Это свечка! Там сбоку написано!

Ранма начал медленно, по слогам, читать надпись.

— Какой придурок поверит в то, что это свечка — динамит! — продолжила орать Май.

— На другой стороне прочитай! — вопил Конацу.

Ранма перевернул предмет и вновь начав чтение надписи.

— Конечно это динамит, придурок! — радостно заорала Май.  — Только фитиль у него уже догорел.

Палочка динамита взорвалась у Ранмы в руках.

— Вы очень хитроумны, — восхищенно заявил Конацу, в знак глубокой признательности поклонившись Май. Та признательно поклонилась в ответ.

Ранма так и валялся на полу, пребывая в шоке, когда все стороны сошлись в жестокой битве. Укё и Куно действовали в паре, чему в обычных условиях никто бы не поверил. Метая свои мини-лопаточки Укё пыталась загнать Би-Джей под удар боккена Куно. На другом конце зала Конацу и Кодачи быстро метали сюрикены с булавами в Май, не позволяя ей приблизиться к ним и выкинуть еще какой-нибудь трюк. Мусс с Акане гоняли Тай по всему залу, причем Тай при этом старалась держаться как можно дальше как от Шампу, так и от Акане. Как только Рёга двинулся на помощь Акане, Тай приметила это и устремилась к нему.

— Эй, висюнчик! Поможешь мне и может быть я позволю тебе еще на что-нибудь посмотреть, — выдав это заявление она взвилась в высоком прыжке, устремляясь к нему.

Стремясь закрыться от подобной атаки Рёга вскинул глаза и руки вверх, и как и множество противников Тай до этого, он тоже стал жертвой ее кружевного нижнего белья. Кружевные трусики, вместе с Тай, парили высоко над ним, и несмотря на то, что Рёга не особенно четко мог разглядеть их содержимое, проблемы его зрения с успехом восполнило воображение, за компанию с обещанием дальнейшего осмотра. Все это вместе ошеломило его насмерть, и фонтанируя кровью из ноздрей он рухнул оземь.

Тай приземлилась рядом с его бесчувственным телом, сжавшись как кошка после прыжка.

— Вау! Первый раз вижу человека, которого даже пинать не пришлось!

Склонившись над Рёгой, она изучила его попристальнее. Порочное вожделение отразилось на ее лице, и она вновь использовала свою цепь, уже освобожденную от Акане, обернула ей несколько раз талию Рёги, связав заодно и руки и ноги. Удовлетворенная результатом проделанной работы, она вновь выпрямилась.

— Эй, вы! — заорала она сестрам. — Этот мой! После боя я его забираю!

— ТЫ! Оставь Рёгу в покое! Я не позволю тебе забрать его! — завопила Акане, устремляясь к ней.

— Отвали, извращенка, — рявкнула Тай,  — Я интересуюсь только парнями, особенно со столь выдающимся экстерьером, как у этого обаяшки.  — Рука Тай плавно скользнула к промежности Рёги.  — Дай-ка я тебе покажу, что надо с парнем делать. Может чему и научишься,  — расстегнув ширинку, рука Тай скользнула внутрь и вытащила искомое, протянувшееся до колен.

Но в связи с тем, что данный фанфик не являемся "лимоном", если вы в курсе о подобной системе классификации (Если нет, рекомендую узнать.) Тай так и не смогла осуществить свой "показ".

— Сволочь, — недовольно проворчала Тай в сторону некоего Д.Б.Соммера, убирая искомое и застегивая штаны. На большее времени у нее не нашлось, поскольку к ней приближалась Шампу, вытянув губы трубочкой.

Тай сбежала, оставив бесчувственного, связанного, Рёгу лежать на полу.

Серия атак Укё наконец сумела заставить Би-Джей сделать "зиг", когда ей стоило делать "заги", причем довольно активно. Совершенно неожиданно для себя куноичи оказалась прямо перед Куно, уже державшего над собой боккен. Моментально отреагировав, она крутнулась в развороте, оказавшись к Куно спиной. Как только боккен со свистом пошел вниз, Би-Джей вновь развернулась к нему.

— Вы же не ударите своим гадким мечом слепую беременную девушку?

Боккен Куно застыл в паре сантиметров от головы Би-Джей. Да, на ее лице имелись абсолютно черные очки, и живот ее довольно заметно округлился.

— Простите меня, — Куно виновато поник головой, — Я был с вами груб.

— Кретин, — завопила Укё, тыча ей в живот  — Это просто подушка!

— А?!

Поздно.

Куно непростительно долго пялился на нежданно беременную Би-Джей, и та не упустила подвернувшейся ей возможности, влепив тройной удар ему в челюсть и добавив пару пинков в голову, когда он повалился вниз. Дымовая бомба полетела в Укё, и пока она откашливалась, Би-Джей сбежала, решив помочь сестрам. Май, судя по всему, в помощи не нуждалась, справляясь сама, так что оставалась Тай. Быстро глянув в ее сторону, Би-Джей составила хитрый план, ухмыляясь во весь рот.

Мусс пытался поразить увертливую "ниндзетку" тяжелым стулом, когда жутко знакомый голос за его спиной пропел — Э-эй, МуСик, миленький…

Пламенная страсть охватила Мусса, изгнав из его головы все мысли о дальнейшем бое. Не веря своим ушам, на подгибающихся ногах он развернулся в сторону голоса... — С-с-с… С-сяньПу?

Она махала ему рукой, прекрасное чудо жизни с длинными лавандовыми волосами. Еще она ласково улыбалась ему, и очень соблазнительно наклонилась в его сторону. Никогда, никогда раньше она не улыбалась ему, кроме тех случаев, когда он клятвенно обещал оставить ее в покое. Как хорошо, что ни одного из этих обещаний он не исполнил.

— Ты назвала меня "миленький"…  — простонал он.

— Да, — ворковала Шампу, — СяньПу назвать.

Паря на крыльях любви, Мусс уже устремился к ней, как голос из-за его спины прорычал:  — Глупая утка! Это не есть СяньПу!

Мусс снова развернулся, весьма смущенный. Удивительно, но за его спиной стояла еще одна Шампу, выглядевшая точной копией первой, вплоть до туго обтягивающего розового шелкового наряда, расписанного драконами.

— Не будь глупенький. Это есть фальшивка, — заявила первая Шампу, Шампу-А, придвигаясь к нему плотнее, и водя пальчиком по его щеке,  — Мужественный МуСу знать, кто настоящая СяньПу. Он это сердцем чувствовать.

— Точно, — пробормотал он в любовном бреду.

— СяньПу знать, что безмозглый МуСу не попасться на такой глупый трюк! — рявкнула Шампу-Б.

Шампу-А ласково обхватила Мусса за голову, прижав к своей груди.  — СяньПу знать, что МуСу только один для нее. СяньПу любить МуСу. Любить сильно-сильно, — оторвав его лицо от ложбинки между грудями, в которой он до этого затих, она требовательно посмотрела в его правый глаз, уже не закрытый ее грудью.  — Ты знать, что СяньПу всегда любить тебя. Ты побить злобную фальшивку, и тогда заполучить СяньПу. Всю-всю.

Шампу-Б печально покачала головой. Быть не может. Даже такой идиот как МуСу не попадется на всякие там нежности, произносимы сладким голоском мерзкой фальшивки. Мусс рос вместе с ней, больше года жил вместе с ней под одной крышей. Любой слепошарый кретин понял бы, кто из них настоящая Шампу.

С большим трудом Мусс оторвался от обнимавшей его Шампу и устремился к другой Шампу. Шампу-Б смущенно уставилась на него. — МуСу, что ты делать? Ты слушать не ту СяньПу!

— Неважно! — завопил сияющий от счастья Мусс, — Я хочу себе СяньПу. Если она говорит, что для этого тебя надо побить — я тебя побью!

Рукава Мусса начали изрыгать массу крюков, клинков и цепей.

— Айя! — в тревоге вскричала Шампу. Мусс действительно собрался убить ее. Моментально сообразив, она закрылась от летящего в нее оружия тем, что подвернулась ей под руку.

— Aйжень защитит меня от МуСу!!

Схватив кое-как приходившего в себя после взрыва Ранму, Шампу перекинула его через себя и метнула навстречу Муссу и его острому металлолому. Цепи, клинки и крючья столкнулись с метательным Ранмой. В Шампу ничего не попало. Как только поток колюще-ломяще-режущего оружия кончился, Шампу вознаградила Ранму увесистым шлепком по заднице.

— Ранма такой храбрый! Он спасти СяньПу от атаки злобного МуСу.

Ответом Ранмы так и остался слабый стон, испущенный им перед броском.

Акане пнула Шампу в задницу. — Да как ты посмела использовать Ранму для таких целей!

Шампу отодвинула Ранму в сторону.

— Хорошо. СяньПу станет использовать Акане как щит.

— Смотрите все! Самоотверженно пренебрегая жизнью, Акане грудью защищает Шампу! — громко завопила Кодачи.

— Черта с два! — рявкнула Акане. Она собиралась добавить еще кое-что, уже про Кодачи, но у нее не получилось. Атака, от которой она защищала Шампу, наконец последовала. Она повернулась как раз к тому моменту как цепи, клинки и крюки захватили ее, вырубив ее бесповоротно, и отправив прямиком в руки Шампу. Действуя абсолютно рефлекторно, амазонка поймала ее.

Шампу-А (Би-Джей Шампу) придвинулась поближе к Муссу.

— МуСу не волноваться. Твоя СяньПу сейчас этих двух дур прикончить.

Вырвав из своего укрытия "Свинорезку II", она воздела ее над бесчувственной Акане и державшей ее амазонке. Продолжая судорожно цепляться за Акане, Шампу кое-как убралась из-под падающего на нее меча, невзирая на подгибающиеся от натуги ноги. Тай, держась в отдалении, радостно подбадривала свою сестру воплями типа "Руби Их!" и "Круши и пластай!".

Выпучив глаза от изумления, Укё смотрела на эту сцену. Обращаясь к Кодачи она заметила, — Надо же, Шампу защищает Акане, а Акане — Шампу. Похоже, что эта куноичи была права — они обе лесбиянки.

— Я всегда знала, что они извращенки, — повернувшись к Укё, вполголоса заметила Кодачи.

— Вот, вот. С первого взгляда видно, — согласилась с ними Май, встав рядом с ними. — Кстати, не могли бы вы помочь мне? Вы не подержите вот этот провод?

— С удовольствием, — любезно согласилась Кодачи, приняв конец провода, предложенного ей Май. — О, прошу прощения, совсем забыла, что у меня руки заняты. Окажите мне ответную любезность, будьте так любезны, подержите пожалуйста вот этот мячик.

Май удивленно уставилась на него, но взяла мяч, вынутый Кодачи из-за спины. — Да, конечно.

Взяв в руки мяч, она отправилась прочь. Какая дура. Чудненько, сейчас она станет жареной дурой, как только Май щелкнет рубильником на блоке питания, провод с которого она и всучила идиотке. Вот тогда по ней пройдет десять тысяч вольт, испепелив ее раз и навсегда. Май начала смеяться. Это так про…

* БА-БАХ! *

— Взрывающийся мячик? — осведомилась Укё, положив руку на плечо Кодачи, и они принялись довольно смотреть на дергающуюся в судорогах Май.

— Разумеется, — ухмыляясь от уха до уха, согласилась Кодачи.  — Ни одна куноичи, какой бы умной она не была, не сможет перехитрить Кодачи Куно! ХО-ХОХОХО...

— До тех пор, пока Кодачи Куно не забудет бросить провод, что она держит в руках, — сухо отозвалась Тай, щелкая рубильником, до которого ее сестра так и не добралась.

Сквозь Укё и Кодачи прошли десять тысяч вольт, и они тоже рухнули на пол.

— Йес! — крикнула Тай, — запросто. Осталось справиться только с двумя, и мы...

Превосходно вбитые рефлексы ниндзя предупредили Тай и она успешно уклонилась от нескольких метательных ножей, просвистевших мимо нее. Пролетев мимо нее они скрылись в недрах источника питания, что только что она держала в руках.

Развернувшись, она увидала противостоявшего ей другого ниндзя.

— Ты и есть тот самый Конацу, так? — осведомилась Тай, вставая в боевую стойку.

— Точно, — сказал Конацу, зеркально повторяя ее движения.

— И ты действительно парень, воспитанный как куноичи, так?

— Точно, — признал Конацу.

~ Отлично. Она его сделает. ~

Резким сокращением своих накачанных мускулов ног она взвилась в воздух, готовясь к своему коронному пинку в высоком прыжке. Убедившись, что ее юбка задралась достаточно высоко, она отвела правую ногу вперед и слегка вбок, собираясь впечатать ее в задранное вверх, ошеломленное лицо противника.

Лицо противника ошеломленным не было.

На невероятной скорости, доставшейся ему годами жестоких тренировок, Конацу искривился и ухватил Тай за лодыжку прямо в середине полета, с размаху обрушив на пол. Медленно, очень медленно Тай сумела оторвать голову от пола и опираясь на руку уставилась прямо на него.

— Как? Как ты смог избегнуть моего смертоносно-эротичного пинка в прыжке? Ты что, гей?

Самоуверенно скрестив руки на груди, Конацу гордо выпрямился.

— Нет. Я просто обратился к своей женской стороне.

Признав поражение, плечи Тай поникли. — Все ясно. Тогда мне остается только одно. Последний Прием Сексапильных Девушек — ниндзя: Треск орешков!!

Конацу изумленно посмотрел на нее — А это что за атак… АААААА!

Остатки его фразы умерли, когда Тай, изловчившись, пнула его по яйцам.

Конацу рухнул на колени. Глаза его застилались слезами, исторгнутыми жуткой болью. Ухмыляющаяся Тай пододвинулась поближе и прошептала ему в ухо, — А я сейчас обратилась к твоей мужской стороне.

— Спасибо, — простонал Конацу сквозь сжатые зубы, — Позволь я верну эту услугу. Сверхсекретный Хитрый Ниндзявский Прием Конацу: Сиськокрут! (сноска 5).

Руки Конацу молниеносно рванулись вперед, сжав двух близняшек Тай мертвой хваткой. Затем он повернул кисти рук в синхронном двойном перевороте.

— АААУГХ!! — Как… боль… но… — прошептала Тай, в агонии падая на пол.

— Никогда, никогда я бы не пала жертвой такого приема,  — прошептало обгоревшее тело Май, валявшееся рядом.

— У… тебя нет… груди… и он… не сработает… — прохрипела Тай, продолжая извиваться от боли.

— Сучка, — слабо простонала Май.

* * *

Настоящая Шампу жутко запаниковала, обнаружив себя загнанной в угол Муссом и размахивающей мечом фальшивкой (Это не мешало ей удивляться — действительно ли у нее теперь столь большая задница? Может быть все-таки ей стоит завязать со сладким?). Это было очень плохо, столь же плохо как и довольная улыбка на лице Мусса. Несмотря на все происходящее с ней ему определенно нравилось. Если бы не тот факт, что сейчас она умрет, она определенно заставила бы его поплатиться за такие улыбочки, попозже, когда пра-пра-бабушки не будет дома.

Шампу увидала как фальшивка воздела свой двуручный меч к потолку. Простертый вверх, он выглядел гигантским указующим перстом, обрушивающим неотвратимую смерть на грешников. Сейчас он должен был обрушить ее на Шампу. Судя по всему, это был конец. Конец всему.

И как и множество других людей перед лицом неминуемой смерти, Шампу оглядела всю свою жизнь, и горестное сожаление и раскаяние охватило ее. Теперь, обдумывая свои поступки, Шампу ясно видела, сколь многие из них были неправильными, неподобающими истинному воину. Она никогда, никогда не использовала магию, для того, чтобы завоевать сердце Ранмы. Она сожалела, что слишком поздно поняла истинную природу его проклятья, вместо того принявшись убивать его. Она страдала от того, что не была более дружелюбной и менее злобной со своими соперницами. Она печалилась о том, что не использовала в охоте на Ранму навыки бандитов с большой дороги. Но больше всего и горше всего она страдала от того, что ее основная соперница и лучший враг — Акане не была достаточно толстой, чтобы закрыть ее от падающего меча и выиграть бедной Шампу время для успешного побега.

Пребывая в отчаянии, Шампу скользнула свободной рукой назад, отчаянно пытаясь нащупать стену. Совершенно внезапно ее рука ушла внутрь небольшого стеллажа, стоявшего сразу за ней. Нащупав на полке что-то, немного более крупное, чем ее ладонь, Шампу рефлекторно сжала это. На этом было восемь узких и вытянутых выступов, по четыре на сторону, между которыми удобно легли ее пальцы. Вытащив руку, Шампу инстинктивно выкинула ее вперед, тщетно надеясь закрыться от огромного меча маленьким предметом. Глаза ее сфокусировались на предмете, и оказалось, что он был тщательно вырезанным, изукрашенным драгоценными камнями, нефритовым пауком. Камни на нем выглядели очень ценными, на них можно было купить всю ее деревню, но лично она с радостью сменяла бы его на что угодно, могущее остановить удар "Свинорезки II".

Двуручный меч пошел вниз, и закрывшая глаза Шампу завопила от ужаса, судорожно вцепившись в паука. Нефрит в ее руках подался, сопроводив это тихим шипением. Неплотно прикрытыми глазами Шампу увидала как фальшивка и Мусс в панике отпрянули прочь, вопя что-то неразборчивое. Бросив быстрый взгляд, Шампу с изумлением увидала их лежащими на полу, замотанными в большие коконы седой паутины.

Глядя на развернувшуюся перед ней картину округлившимися глазами, она развернулась к пауку, лежащему в ее руке. Не может быть, столь маленький предмет просто не может содержать в себе такое количество паутины. Наверняка он является каким-нибудь хитрым магическим устройством, которое Шампу пробудила к жизни, судорожно сжав.

Как только паук зашевелился самостоятельно, Шампу начала бить дрожь. Выплюнув еще большую струю паутины, он туго обмотал ей и ее и Акане толстыми нитями паутины. Приклеенная в углу, Шампу не могла даже дернуться, в ужасе смотря на то, как паук бегал по полу туда и сюда, раскрепляя паутинные растяжки. Удовлетворенный, он раскрыл свою маленькую пасть и из его зева выдвинулись две острые иглы, непропорционально смотрящиеся на его небольшом тельце. Капля зеленого ихора скатилась по одной из игл, упав на пол. В месте ее падения что-то запузырилось, зашипело, и маленькая струйка дыма поднялась вверх. Как только дымка рассеялась, Шампу увидала выжженную в камне дыру.

Вытянувшись на четырех из своих восьми ног, паук устремился к Шампу и неподвижно висящей на ней, по прежнему сжимаемой ею, Акане. Подбежав практически в упор, он застыл и испустил низкий шипящий звук, преисполненный ненависти, яда и…

… тишины, поскольку на него наступила нога в черном тапочке, размазав его по полу на мелкие, склизкие зеленые ошметки.

— Вы че, типа еще не врубились, что с Ранмой Саотоме под боком, у вас всегда пучком будет? — самодовольно ухмыльнулся он, посмотрев на Шампу.

— О, айжень… — восхищенно вздохнула Шампу. Ранма пошел на все, чтобы спасти ее!

— Как там Акане?

Да, да и Акане он тоже спас, но Шампу точно знала, что сделал это он только для нее, и исключительно для нее. По крайней мере она не собиралась в этом сомневаться.

Ранма постарался исследовать объект в руках Шампу, при это не приближаясь и не касаясь паутины.

— Шампу, я должен признать, ты здорово постаралась, спасая Акане. Я знаю, сколько она весит, и насколько сложно бегать с ней под мышкой. Так мило, что ты ее не бросила.

— Конечно. СяньПу это делать для Ранмы. Без проблем.

Вообще-то Шампу была перепугана насмерть, спасая собственную шкуру и совсем забыла, что по прежнему таскает Акане. Если бы она это помнила, она давно бы ее бросила. Но сейчас, благодаря этой забывчивости, Ранма ей благодарен, и она этого не упустит.

— А чего вы все еще там висите? Подождите, щас я возьму что-нибудь острое и выдеру вас оттуда.

Пока Ранма искал что-нибудь достаточно острое для перерезания паутины, Акане начала активно шевелится в объятиях Шампу.

Как только первые капли сознания вернулись к Акане, она моментально обнаружила, что ее кто-то стискивает в объятьях. Она помнила как кто-то с большим мечом гнался за ней, а потом ее спасли. Моментально она сделала из этого очевидный для нее вывод.

— Ранма, — промурлыкала Акане, ласкаясь, — ты меня спас, и она обхватила спасителя руками.

Шампу судорожно дернулась, отчаянно пытаясь вдохнуть сплющенными ребрами.

— Что такое? — осведомился Ранма.

— Акане ломать… СяньПу хребет, — просипела она.

Разобрав слова, которые шептала Акане, Ранма все понял и начал улыбаться.  — Хо, здорово она тебя стиснула, да?

— Не мочь… дышать…

— Точно, — с умным видом кивнул Ранма, — Первоначальная невозможность нормального дыхания хуже всего. Если тебя неожиданно застали врасплох, прям как щас, атака моментально выбивает весь воздух из легких, и ты не можешь больше вдохнуть, а тебя продолжают тискать.

— Становиться… темно…

— А это уже кислородная недостаточность. В самом начале ты можешь видеть темные точки, но затем наступает абсолютная тьма. Иногда еще ты слышишь голоса людей, которые умерли давным-давно.

— СяньПу… уже… понять. Она… больше не… тискать… Ранму. ~ Дня три — четыре ~ про себя пообещала она.

— Вот-вот, — Ранма наклонился над ними и заорал во все горло — Акане! Подъем!

Убедившись, что она приходит в себя, он кивнул, и продолжил искать острый предмет.

Сознание наконец вернулось к Акане во всей своей полноте. Залившись краской до ушей, она осознала, что именно ей только что снилось, и что она в своем сне пыталась сделать с Ранмой. Попытавшись отпрянуть, она обнаружила, что лежит туго сдавленная чем-то, и к тому же плотно прижавшись к кому-то.

— Эй! Что за фигня!

Отчаянно пытающаяся восстановить недостаток кислорода Шампу просипела, — СяньПу и Акане лежать в паутине.

Акане непроизвольно дернулась, узнав в чьих объятьях лежит.

— Слушай, Шампу. Мы сейчас довольно плотно стиснуты вместе, но я полагаю, что мы уже разобрались с нашими сексуальными предпочтениями. Я полагаю, что сейчас не самое лучшее время для того, чтобы еще раз убеждаться в том, что я абсолютно гетеросексуальна.

— СяньПу тоже. Быть стиснутой в паутине с Акане для нее самое плохое из всего, что мочь быть. Кроме быть стиснутой с МуСу. Это хуже. Это очень-очень хуже.

— Точно. И раз мы это выяснили, не будешь ли ты так любезна, и не уберешь свою руку оттуда, где она лежит?

— Ой. Ты извинить СяньПу. СяньПу не знать, что она сжимать своей рукой. Акане сегодня очень возбужденная, да?

— Заткнись. Дай-ка, я отодвинусь.  — Акане поелозила туда-сюда. — Мля. Эта паутина жутко тесная и какая-то склизкая.

— Акане, * Уф * …не… * Ой * …суй… свои пальцы… * Ох * …прямо туда-а…

— А это не? Так это… ААААА!!

Ранма ускорил поиски острого предмета.

— Вижу, вижу, — обрушился на них голос, донесшийся от дверей, ведших в один из коридоров. — Это превыше всех моих ожиданий. Я на такое и надеяться не мог, — голос не принадлежал ни одному человеку из тех, что пришли в музей ранее.

Все посмотрели на говорящего. По прежнему валяясь на полу и сотрясаясь после разряда, Кодачи округлила глаза и удивленно выдохнула — Конечно. Я знала это с самого начала. Только вы могли стоять за всем этим, Такаями-сан.

— Ясен пень! — рявкнул Ранма,  — Он же владелец этого хренова музея! Он и просил нас явиться сюда. Ясно дело, что и сам он припрется сюда, чё ему, в ломы что ли?

— Разумеется, — согласился Такаями-сан, входя в зал и подходя к Ранме.  — Тем не менее, полагаю, что столь непочтительное и грубое обвинение младшей Куно довольно близко к правде, хотя она и не догадывается, насколько близко.

— И чё эта вся фигня значит?  — осведомился Ранма, и ужасное предчувствие, аналогичное испытывавшемуся им при прибытии в город новых невест, охватило его.

— Ничего такого, — заявил элегантно одетый мужчина, подняв ввысь указательный палец, — только то, что вы достаточно эффективно разобрались друг с другом, что уже почти настала полночь, и что очень скоро я захвачу весь мир.

— Блииин, я так и знала, — простонала Май, наконец встав на ноги.  — Дай-ка я дальше сама догадаюсь. Используя магию ты перестроил все здание в магический усилитель, собрал в нем все злобные и проклятые магические предметы из тех, на которые сумел наложить лапу, заменив ими обычные экспонаты, и потом используешь скопившуюся энергию для того, чтобы перестроить мир по своему вкусу и желанию. Я угадала?

— Ну… да,  — вздохнув, нерешительно признал Такаями.

— И это ты ужал парковку.

— Виновен.

— Это было таак мерзко, что я чуть не сблевнула. Как это банально и затерто, использовать каждый кусочек свободного места для глупых планов, включающих в себя магию, — она скривила свое лицо настолько сильно, что даже маска не смогла скрыть этого.  — "Я большой-большой бука, собравший всю эту силу и сделаю себя супер могущественным." Я прям так напугалась, аж жутко стало.  — Май заломила свои руки в притворном ужасе.

Такаями не попался на ее трюк и остался настороже, одарив ее злобной улыбкой.

— Скажите мне, девушка, будет ли столь же банально и затерто, если я, автор этого злобного дьявольского плана, использую полученную силу для того, чтобы размазать вас по стене, и оставить от вас только грязное кровавое пятно?

Перестав издеваться над ним, Май задумалась над такое перспективой, —

Ну, — признала она  — вообще-то, нет.

— Хорошо, — Такаями простер вверх свою руку, ладонью вперед, и повел ей в сторону Май. Воздух заколебался, пошел рябью, волнами, словом всеми обычными эффектами водной поверхности. Собранная энергия собралась в клубок перед его рукой, повисела, а затем устремилась к Май, с отвалившейся челюстью уставившейся на него. Она попыталась дернуться, уйти в сторону, но понимала, что времени на это у нее уже нет. Когда ее мускулы только начали сокращаться, посылая ее высоко в воздух, волна ряби уже была в метре от нее. Времени не осталось даже на сожаления.

Мир вокруг Май перевернулся вверх ногами и закувыркался, когда неожиданно для нее что-то увесистое протаранило ее и откинуло с пути удара. Упав на пол, она увидала как стена, стоявшая за ней, разлетелась в щебень и пыль. Ух-ты. Вот это ударчик. Наверное больно бы было, если бы он в нее влетел.

Покосившись вбок, она увидала лицо своего спасителя, лежавшего прямо на ней, лапая при этом ее за грудь. Это был тот парень, Ранма. Удивительно, что это на него нашло? В благодарность за приложенные усилия Май замурлыкала соблазнительным голосом,  — Восхитительно. Поскольку ты спас мне жизнь, в тот момент, когда я оказалась беспомощной жертвой, то я не смогла противостоять твоему дьявольскому очарованию, невзирая на тот факт, что мы являемся соперниками и врагами и должны биться друг с другом до появления нового мощного врага, для сражения с которым мы должны будем объединиться. Полагаю, это и есть то, что называют любовью с первого взгляда.

Ранма отпрянул от нее так быстро, словно она пообещала ему еще одно проклятье Дзюсенке.

— Господи! Только еще одной невесты мне не хватает! ...или влюбленного!  — добавил он позже, взглянув на ее грудь.

Встав, Май отряхнулась, попытавшись привести себя в порядок.

—  Расслабься, бабник. Я просто пошутила. — Приложив ладонь к губам, она потупилась. — Я конечно понимаю, ты вполне мог поверить, что я, чистая и невинная девушка, отдам свое сердце первому встречному, который к тому же, надо признать, не особенно и привлекателен, или мил. Я хочу сказать, мы пока еще даже и не поговорили друг с другом наедине, не обсудили погоду. Я могу определенно сказать, что вся эта любовь с первого взгляда — полное дерьмо. Что все это отмазка для личностей, домогающихся до всех подряд лиц другого пола, пытающихся замаскировать свои потуги под глубокое светлое чувство.

— Слава тебе господи, — с чувством сказал Ранма, держась за сердце.  — Мне уже показалось... Э! Стоять! Что значит это твое "не особенно и привлекателен, или мил"?

— Мне что добавить, "и туп вдобавок"? — осведомилась Май, — Я абсолютно ясно выразилась. Ты, что мне абсолютно ясно, выглядишь довольно посредственно, совершенно меня не привлекаешь, средних размеров, не очень-то и мускулистый, коротышка, а кроме того, являешься козлом-эгоистом, раздувшимся от самодовольства так, что того и гляди лопнешь. Похоже на то, что женщин ты боишься, и не сможешь признаться девушке в любви даже если твоя жизнь будет от этого зависеть.

— Ух-ты! — заорал скрученный наподобие ежика и перевязанный цепями Рёга, — Вы точно с Ранмой никогда раньше не встречались?

— Пасть завали, урод! — злобно завопил Ранма — Ни хрена я не такой вообще, ты — наглая, плоскогрудая, мужеподобная, фригидная девка-ниндзя!

Вместо того, чтобы достойно ответить ему, Май просто заржала, — Раз я все равно не испытываю с тебе никакого интереса, твое мнение обо мне лично меня не интересует! Последнее, что я хотела бы в своей жизни, так это согласится пойти на свидание с таким как ты, который не может предложить девушке ничего, кроме уличной забегаловки с протухшей лапшой и цветка, сорванного с клумбы, чересчур нищего и тупого для того чтобы понять, что именно нравится девушке. Короче — дешевого пижона.

— Ужас,  — отозвался Мусс из под паутины, — Как она сразу все поняла, только раз посмотрев на Ранму!

— Чушь! — зарычал Ранма — Пошли со мной на свидание, и я покажу тебе, насколько великолепный из меня ухажер!

— Да я скорее запрусь дома, и врежу себе стулом по голове, — заявила Май, отворачиваясь от Ранмы,  — Это будет и быстрее и менее мучительно.

— Не можешь же ты вот так просто взять, и отвергнуть меня! — запротестовал Ранма.

— Уже отвергла, бабник.

Ранма еще хотел что-то сказать, но тут за его спиной кто-то громко прокашлялся.

Убедившись, что внимание обеих сторон спора наконец вернулось к нему, Такаями вновь начал свою речь:

— Несмотря на ваш забавный диалог, я вынужден оскорбиться тем, что меня незаслуженно забыли. Думаю я исправлю эту ситуацию, испепелив вас обоих, и вы уже в посмертии продолжите свои любовные перепалки. Кроме того, из-за вашей склочной натуры, вам все равно для выяснения отношений потребуется как минимум вечность.

Ранма пытался протестовать, но Май просто зарычала и развернулась к Такаями.

— Отлично, вонючка, а, да, извини, Могущественный Вонючка. Вообще-то весь этот спор я вела только для того, чтобы все остальные успели восстановиться и освободится от пут. А ты на все это повелся.

Такаями ошеломлено огляделся кругом, неожиданно для себя увидав, что окружавшие его трупы и пленники встают на ноги, уникально быстро приходя в себя. Куно, Укё, Кодачи, Тай и Конацу уже оправились и спокойно стояли. Би-Джей порубила паутину, что стягивала ее и Мусса своим жутким магическим двуручником, а Акане с Шампу запросто сумели испепелить паутину объединенными боевыми аурами, моментально возникшими вокруг них, как только они услышали как Ранма, напрашивается на свидание с Май.

Впрочем, одно исключение все-таки было.

— Эй! Кто-нибудь! — вопил Рёга,  — Развяжите меня, а? Я сам эти цепи не порву!

— Некогда, — отмахнулась Акане, вставая вместе с остальными прямо перед Такаями.

Развернувшись к Май, Ранма заулыбался,  — Здорово у тебя получилось. Ты так здорово это все сыграла, что не только "босс уровня" повелся, даже я тебе чуть не поверил!

— А? Неа, я не играла,  — уверила его Май — Это была чистая правда. Каждое слово.

— ЧТО? — завопил Ранма.

Пинок Акане заставила его заткнуться, — Нечего фигней страдать! Нам надо остановить этого хмыря!

— Точно, — отозвался Ранма, пообещав себе, что попозже он еще заставит Май передумать.

— Это будет забавно, — самодовольно заметил Такаями, скрестив руки на груди. Ухмыляясь, он решил посмотреть, что же его жертвы попытаются выкинуть перед смертью. Долго ждать ему не пришлось, девять бойцов разом кинулись к нему, всерьез собираясь расплющить Такаями на месте.

Девять наиболее сильных бойцов мира устремили на одного Такаями усиленное ки оружие — боккен, сюрикены, гимнастическую ленту, деревянный молот, бонбори, цепи, большую лопату, пинок в прыжке и магический двуручный меч. Объединенные вместе, в одном ударе, они могли бы без проблем переломить пополам какой-нибудь авианосец средних размеров.

Лично сам Такаями даже не шевельнул и пальцем, противостоя обрушенной на него мощи. Летя мимо Такаями штурмовая группа в шоке уставилась на него, впечатленная итогом их атаки.

Такаями отбросил из всех на другой конец зала простой волной, выброшенной одной рукой.

— До чего же жалкая попытка, — заметил Такаями, взглянув на ошеломленных бойцов. Стена, находившаяся за ними потекла волнами, и выбросив вперед отростки обвилась вокруг рук и ног павших противников Такаями. Впечатавшиеся в стену, они висели полуутопленные в камне, как своего рода трофеи. Бороться со связывавшими их путами было бесполезно, мрамор не поддавался, и поддаваться не собирался.

— Я собирался оставить некоторых из вас живыми свидетелями моего триумфа, но… вы сами просили меня не повторять избитые ходы. В таком случае, прощайте, мои маленькие назойливые мушки.

Такаями простер вверх свою руку, и пространство вокруг нее заколебалось вновь.

— Чувак, по моему ты кое-что забыл.

Такаями развернулся к говорившему — Да, действительно. Ты не участвовал в их атаке. Оставляем лучшее напоследок, не так ли?

— Трепись меньше, и… ЖРИ ЭТО!!!

Собрав энергию каждого атома своего тела, Ранма сформировал вокруг своих рук устрашающую ауру. С энергией такого порядка до этого времени не имел дела ни один из противников Ранмы, за исключением Саффрона. В этот раз никто не мог остановить его, и владелец музея должен был оказаться разорванным на клочки, невзирая на то, есть у него какая-либо сила или...

Разъяренный длинным, занудливым и абсолютно не нужным авторским отступлением Ранма не выдержал и разрядил накопленную энергию в своего врага.

Мощь, которой хватило бы для того, чтобы испепелить Саффрона дважды, вылетела из рук Ранмы метровым шаром чистой энергии, и влепилась прямо в живот его противника. На секунду все окружающее скрылось в блистающей вспышке невыносимой для глаз силы, ослепившей всех на пару десятков секунд. Медленно, по мере восстановления зрения, усталый, высосанный до капли Ранма, стоявший шатаясь, на подгибающихся ногах, пытался разглядеть результат своих усилий.

Парик Такаями улетел прочь и он стоял блистая лысым черепом, как какой-то буддистский монах.

— Какой КОШ-ш... — Такаями поднял вверх руку и ощупал зябнущий череп — … Ка...

Первый раз за всю свою жизнь, Ранма потерял уверенность в себе. Он разрядил в своего врага силы, превосходившие любое воображение, и все, что он смог… сдуть с него парик? Он даже не смог заставить его вздрогнуть. Оставалось только одно. Прием, который он никогда не осмеливался использовать раньше, но теперь... теперь, в такой отчаянной ситуации...

Наступило время для Ярого Сжавшегося Тигра.

Ранма прыгнул к ногами Такаями, скрутившись клубком по кошачьи, и склонившись перед ним так, что даже его отец застонал бы от зависти.

— Простите. Простите меня пожалуйста. Я не должен был делать с вами такое. Я не знал, на что шел, когда пытался повредить вам. Я был не в себе. Пожалуйста, ну пожалуйста, не убивайте меня.

Остальные, включая даже Куно, в шоке уставились на пресмыкающегося Ранму. Первой завопила Акане.  — Какого черта ты делаешь?

Ранма развернулся к Акане — Сдаюсь. Ты что, не видела, что произошло? Ничего не получилось. Никаких шансов.

— Но ты не должен сдаваться! — завопила Укё.

— Почему?

— Потому! — заявила Кодачи, перебивая Укё, — Потому что ты всегда сражаешься насмерть, а не сдаешься. Это она из составляющих твоей натуры, Твоя жизненная позиция. Благодаря этому тебя уважают даже твои враги!

— Нет, не уважаю, — заметил Куно.

— Молчать! — рявкнула на него Кодачи.

Из своей покорной позы Ранма посмотрел на Такаями, преданно задрав глаза, — Скажите честно, сколько времени вам потребуется на то, чтобы убить меня?

— Примерно столько же, сколько я трачу на то, чтобы моргнуть.

— Во, во, — заметил Ранма, — Звиняйте, приятели, но мне в лом помирать так беспонтово. Я сдаюсь прямо сейчас.

— Трус! — плюнул Мусс.

— Ты можешь занять его место и вызвать меня на поединок,  — предложил Такаями.

— Фиг тебе. Я тоже сдамся, — торопливо уверил его Мусс.

Такаями тяжело вздохнул.

— Знаете, мне уже самому неудобно слушать все ваши вопли. В тот самый момент, когда я узнал о том, что девушки — ниндзя придут за мной, и когда я нанял всех вас охранять это место, я был уверен в том, что все пойдет не так и вы все же сможете победить меня, или как минимум едва не победить. Так обычно положено. Теперь мне все абсолютно ясно — я серьезно переоценил ваши возможности, а вы недооценили мои.

— Э-эй, — завопила Тай из стены — Мы не за тобой пришли. Мы пришли за урной.

Такаями пожал плечами. — Я. Урна. Где начинается одно, где кончается другое? Кто скажет?

— Что ты иметь в виду? — настороженно осведомилась Шампу.

— Урна истинный источник моей силы,  — лениво потянулся Такаями, — Фактически, тело, что вы видите перед собой, не более чем одушевленный мной человечишка, что пытался понять тайны урны, и познало в итоге гораздо больше чем собирался. Прошло только три дня с тех пор как настоящий Тоджи Такаями выпустил меня и я занял его тело.

— Ух-ты! Всего за три дня ты столько проделал? Вау!! — Би-Джей протяжно присвистнула.

— Спасибо, — гордо склонил голову Такаями. Как мило, что хоть кто-то оценил его старания. — По правде говоря, все дело во времени. Сегодня ночью произойдет полное затмение, и оно даст всю необходимую мне силу. Ужас охватывает меня как только я вспоминаю, что это мой единственный шанс, и другой такой возможности не будет несколько сотен лет.

— Но если вы настолько мощны, что смогли сделать все это, зачем вы просили нас охранять музей? — удивилась Акане.

Такаями одарил ее самодовольной ухмылкой, — Сбор всех этих магических предметов, переделка музея так, чтобы он концентрировал мощь должным образом, и все прочее полностью меня измотали и только час назад моя мощь вернулась ко мне. До этого любой из вас мог меня победить. Но теперь… теперь я неуязвим. Через пять минут, всего через пять минут я перестрою весь этот мир!

— Это ты так думаешь! — завопил Ранма подпрыгнув вверх и устремился к урне, покоившейся на хрустальной друзе. Он бежал изо всех сил, с максимально доступной для него скоростью, зная, что достигнет урны прежде, чем демон сможет отреагировать. Спустя всего три сердцебиения он был у урны, практически в паре сантиметров от нее. Только руку протяни. Он это сделал. Запро…

* ДЗАНГ *

Такаями гнусно расхохотался, когда Ранму отшвырнуло прочь, бросив к подножью друзы скрученным от невыносимой боли.

— Глупый простак! Неужели ты думал, что я поверил в твое маленькое представление? Что я сам расскажу тебе, как меня поразить и дам тебе шанс использовать это знание против меня? Нет. Я слишком хорошо знаю таких как ты. Вы всегда предпочитаете смерть в бою бесчестному концу. Твои спутники были правы — ты скорее умрешь, чем сдашься. И ты умрешь, узрив как я обрету свою полную мощь.

Кристальная друза вытянулась, поглотив руки и ноги Ранмы, и охватив его столь плотно, что он не мог пошевелиться.

— Урна была защищена магическим барьером, непробиваемым для любой существующей силы. Все, кто попытаются коснуться ее ощутят невыносимую боль, впрочем, ты это уже знаешь. Видишь ли, я учел ошибки других. Я рассказал тебе о своей слабости, но не сказал, что уже позаботился о ней. И ты попался! — оскалился щеголеватый демон.

— И ныне, поскольку вы все уже пойманы мною, я приступлю к последней части своего плана, — он повел рукой, и поле вокруг урны заколебалось, полностью рассеялось.  — С падением последнего барьера, ничто не препятствует мне и сила полного лунного затмения зальет урну своим мраком, открыв для меня последний сосуд мощи. Боюсь, что я все-таки испорчу традицию и не позволю вам выиграть. А теперь, мальчики и девочки, согласно моему плану, настало время для демонического смеха. ГУА-ХАХАХАХАХА…

Ранма отчаянно осматривал зал, пытаясь найти хоть что-то, что угодно, что сможет вытянуть их из этого отчаянного положения. И затем он увидел... Вот оно. Лицо его озарилось радостью.

— Послушайте, можно я внесу одно замечание?

— Пожалуйста, — повел рукой Такаями.

Ранма сделал паузу, изгоняя из своего тела остатки боли. — Должен признать, твой план весьма неплох, вся это переделка музея, сбор всех этих злобных штуковин, магический барьер, вся фигня… Но вот есть в этом одна мааленькая такая проблемка…

— Какая такая проблемка? — настороженно осведомился демон.

— Сегодня у нас суббота, двадцать шестое.

— И что это значит? — возмутился Такаями, донельзя раздраженный постоянными прерываниями его плана.

— То, что затмение будет двадцать седьмого.

Такаями отшатнулся, но затем засмеялся низким, визгливым смехом. — Отличная попытка. Просто замечательная. Но ты меня не…

— Хм, Ранма, а ты прав. Я совсем забыла об этом,  — заявила Акане, все еще висящая на стене.

— Да вы что, думаете я не знаю, когда оно будет? Весь мой план построен на этом событии! И вы думаете что я могу забыть, что затмение будет...

— Разумеется, — внесла свой вклад Кодачи, — Ранма-сама прав. Один из моих одноклассников предлагал мне остаться у него на ночь и посмотреть на затмение двадцать седьмого. А не двадцать шестого.

— Врешь!

— Настоящие леди не лгут! — вмешался Куно — Сестра моя говорит правду.

— Но…

— Без "но", милок.

— Я не мог…

— Все делают ошибки, даже демоны, — попытался утешить его Конацу.

— Я НЕ ДЕЛАЮ ОШИБОК!!! — завопил демон девяти висящим в стене бойцам. Я вам докажу! Я специально пометил нужную дату в настенном календаре. Я его прямо здесь повесил, для уверенности.

Такаями пересек зал, направляясь к висящему на стене календарю и сорвал его со стены. Подсунув его себе под нос, он близоруко сощурил глаза, тщательно изучая его.

— Вот! Вот оно! Вы все ошибаетесь. Сегодня суббота, это так, но это как раз двадцать седьмое. Двадцать шестое это пятница. Вы просто перепутали даты. Это все и объясняет. Уф, — он утер пот — А я уже перепугался…

~ Девяти висящим в стене бойцам? ~

Такаями не отрывался от календаря, но мысли его забегали как гоночные тараканы.

~ Девять на стене. Один в друзе. Один на полу в цепях. Всего одиннадцать, и он полностью их контролирует. Это было просто замечательно, не считая того, что их должно быть… ~

Очень медленно Такаями оторвал глаза от календаря и повернулся к друзе.

— Нас двенадцать, о глупый и столь предсказуемый демон. Нас было двенадцать, — заявила ему Май, урна вертелась в воздухе, балансируя на выставленном вверх указательном пальце. Улыбка Май по хитрости и нахальности могла поспорить с улыбкой Чеширского кота.

Увидав как все устремились к Такаями, Май решила не вмешиваться и спряталась. Она здорово сомневалась, что ее мощь хоть как то изменит ход боя. Если бы они преуспели, она заявила бы, что помогала им, и разделила почести. Если бы они проиграли, она просто продолжила бы ждать, и ударила в самый подходящий момент, в самую у язвимую точку врага, как и подобает ниндзя. Как оказалось, она была права.

— Ниндзя не единственные, кто умеют хитрить, — ухмыляясь, заметил Ранма. План у демона был просто превосходен, и он практически осуществился. Ему здорово повезло, что после провала своей попытки по захвату урны он заметил прячущуюся Май, и сообразил как отвлечь демона после того, как он снял барьер с урны. Остальные тоже не подвели и вовремя догадавшись, помогли ему одурачить демона. Умные ребята.

— Хм. А я по прежнему считаю, что сегодня двадцать шестое, — протянул Куно.

На лице Такаями повисла большая капля. Ему нужно было выложиться на все сто. Устремив к Май, по прежнему балансирующей урной, наиболее просящий взгляд из всех, что он мог изобразить, он жалобно начал.

— Думаю, что ты не подашься на обычные уговоры. Скажи мне сама, что ты хочешь? Денег? Власти? Красавчика парня? Универсальную кредитную карту с бесконечным счетом?

— Нет, — невозмутимо ответила Май.

— А как насчет больших грудей?

— СДОХНИ, СВОЛОЧЬ!!!

Древняя, уникальная, бесценная урна разлетелась на тысячи кусочков, когда Май швырнула ее оземь.

— Как я ненавижу такие концовки! — простонал демон.

Как только якорь, удерживающий его в мире живых был уничтожен, демон начал исходить из Такаями. Это было похоже на туман, сочившийся из мужчины. Через пару секунд настоящий Тоджи Такаями вновь контролировал свое тело. Как только демон исчез, стены и друза вновь стали нормальными, выпустив из себя узников, отчаянно растирающих свои конечности, долгое время лишенные притока крови.

— Что тут происходит? — спросил Такаями, как только туман, застилавший его разум последние три дня, ушел прочь.

Ранма попытался объяснить ему ситуацию повежливее.

— Понимаете, вы были одержимы демоном, желавшим подчинить себе мир. Он перестроил весь ваш музей согласно своим извращенным вкусам, и заменил большинство ваших экспонатов демоническими и проклятыми предметами. А, да, музейную парковку он тоже испортил.

Да. Вот так. Вежливо и мягко.

Такаями в шоке уставился на Ранму. Постепенно, когда он наконец осознал, что именно ему рассказали, он все же несколько успокоился.

— Я давно собирался перестроить музей. Все экспонаты были стандартными и скучными. Мне давно хотелось хоть как то отвлечься. Полагаю именно это я и проделывал, когда вы меня остановили. Парковку, конечно жалко. Наверное я переименую музей. Это будет Неримский Проклятый Исторический Музей.

— Давай, давай, — отозвался Ранма, неожиданно обнаружив себя в окружении девушек (и одного злобного Куно) восторженно поздравляющих его с блистательной победой над демоном, и тем, как героически он себя вел.

Тем не менее, ему не очень то нравилось высказываемое ими расположение. Точнее сказать, это его совсем не радовало. Что-то грызло его. По правде сказать не грызло, а с помощью пары отбойных молотков быстро и профессионально сокрушало его самомнение.

— Куда делась это девчонка — ниндзя? Ну та, с плоской грудью?

— Она со своими друзьям собрала остатки урны совком и скрылась, пока ты объяснял владельцу что именно с ним произошло. Поскольку урна уже уничтожена, я не стал их останавливать, — отозвался Конацу.

Ранма прищелкнул пальцами, — Вот. Я должен пригласить ее на свидание, чтобы доказать, что я не дешевый пижон.

Четыре одновременно образовавшиеся боевые ауры окружили Ранму, сжав его с силой, которая могла посоперничать и с силой демона на пике его мощи.

— Ранма, как ты посмел решить пригласить эту куноичи на свидание!

— Это очень, очень плохая идея, айжень!

— Не думаю, что позволю этому случиться, Ран-чан.

— Боюсь, что я вынуждена согласиться с этими плебейками, Ранма-сама. Держитесь подальше от всяких там бродяг.

Холодные капли начали скатываться с бровей Ранмы.

— Эй, эй, секундочку! Вы меня не так поняли! Я совсем ей не увлечен. Она же еще более приставуча, чем Шампу, выкидывает еще больше трюков чем Кодачи, еще менее женственна чем Укё, а грудь Акане, по сравнению с ее, ну, прям как у этой цыпочки Тай.

Повернувшись друг к другу, девушки оглядели себя.

— Я что-то не поняла, — заметила Акане, — мне считать это комплиментом, или оскорблением?

Остальные, судя по всему, тоже задавались этим вопросом. Посовещавшись, в итоге они решили выяснить это у самого Ранмы, но развернувшись, к своему смущению просто не обнаружили его на месте.

* * *

За пределами музея три куноичи радостно улыбались друг другу, разделяя свой триумф.

Май глянула на совок, который сжимала в руках, — Ха! Мы не только скрылись незамеченными, но и с остатками урны. Это не совсем то, что хотел от нас дядя, но технически мы выполнили его задание. Вот теперь мы станем настоящими ниндзя, — лучшими из тех, которые когда-либо были в этом мире.

Троица испустила радостный вопль. Как только первый приступ радости прошел, Би-Джей посмотрела на ношу Тай.

— Послушай, сестренка, а зачем ты тащишь с нами этого повязанного парня?

Тай окинула свою ношу, связанного и лежащего с заткнутым ртом Рёгу, взглядом, полным вожделения, и хихикнув, откинула непослушную прядь, — Я собираюсь опробовать на этом жеребце насколько новых приемов скачки, а также некоторые особенности использования языка,  — и она захихикала.

Рега пытался запротестовать, но заткнутый рот ограничил его возмущение набором мычания и яростных взглядов. Наклонившись над ним Тай вытащила кляп, позволив ему говорить.

— Не буду я делать это. Я еще не готов к этому. Мы даже не знакомы.

— Глупенький, — проворковала Тай, водя своим пальцем по его подбородку. — Я не собираюсь заводить с тобой долгие взаимоотношения. Простой жаркий безудержный перетрах.

Тай снова заткнула его рот кляпом, тем самым заглушив его вопли протеста.

Воистину, он проклят, думал в это время Рёга. Устрашающая депрессия овладела им. Она охватила его с тех пор как эта кукла-демон выполнила его желание. Не стоило ему желать больше. Теперь все женщины будут относиться к нему как к машине для удовлетворения их сексуальных желаний. Какая ужасная судьба ждет его.

— А как насчет тебя? — осведомилась Тай у Би-Джей, — Ты по прежнему маскируешься под эту амазонку.

— Знаю, — согласилась с ней Би-Джей, — Эта мерзкая паутина была такой липкой, что я не могу теперь снять свой наряд. Даже парик прилип насмерть. А мне не нравится пурпурный, он диссонирует с моим нарядом ниндзя. Но в конце концов могло быть и хуже, после всех этих...

* Чмок *

— О, дорогая моя СяньПу. Я так боялся, что потерял тебя навсегда. Ты ушла из музея без меня.

Би-Джей съежилась в ужасе, обнаружив что ее обхватил руками и целует китайский парень-амазонка, явно не собирающийся ее отпускать. Только после долгих усилий она смогла справится с ужасом и кое-как пролепетать — Я не СяньПу.

— Конечно, ты СяньПу, — уверенно заявил Мусс, продолжая ее целовать.

— Нет. Точно-точно. Смотри. — Би-Джей попыталась сорвать парик, но он насмерть приклеился к ее волосам, а Мусс настолько крепко обнимал ее, что снять костюм амазонки было столь же безнадежным занятием.

— Ладно, — заявила Би-Джей, — вслушайся в мой голос. Он не такой как у нее. Я лучше чем она говорю по японски, знаю окончания у всех глаголов, и умею говорить длинными предложениями. Слышал?

— Ты изменила голос, но не изменила душу. Внутри ты моя СяньПу. Я знаю, ты любишь меня, а я люблю тебя,  — уверил ее Мусс.

— Нет. Нет-нет-нет, — протестовала Би-Джей едва не плача. — Я не амазонская лесбиянка. На самом деле я куноичи, и меня зовут Бобби Джо Хашимото.

Би-Джей повернулась к своим сестрам, — Скажите ему.

Май и Тай переглянулись и пожали плечами.

— Конечно ты СяньПу, — заявила Май.

— И я могу вас заверить МуСу-сан, она только о вас и говорит, — добавила Тай.

— Никогда не видела людей, которые больше подходят друг другу, — заметила Май.

— О, да, точно, — согласилась Тай. — Настоящие влюбленные голубки.

Для Би-Джей это было уже чересчур и с диким воплем она попыталась сбежать, вместе с Муссом, по прежнему висевшим на ней как клещ.

Май и Тай удовлетворенно смотрели вслед своей сестре.

— Как здорово, что она все-таки завела себе парня,  — одобрительно заметила Май.

— Ага. Полуслепой поклонник, одержимый ею, именно то, чего ей так не хватало в жизни, — согласилась Тай, — Жаль что мы и тебе парня не нашли.

— Ну, я бы так не сказала, — хитро ухмыльнулась Май, причем такую улыбку ее сестры отлично знали, и даже присвоили ее кодовое обозначение — "Та Самая Улыбка".

Встревоженная Тай отпрянула от нее. "Та Самая Улыбка" появлялась редко, но каждый раз она означала большие проблемы, очень большие.

В музее четыре голоса в унисон заорали "РАНМА!", заставив стекла окружающих зданий задребезжать, а воду в фонтанах заколебаться. Тай в ужасе уставилась на музей, гадая какой еще монстр вырвался на волю. С другой стороны Май ничуть этим не обеспокоилась продолжая демонстрировать "Ту Самую Улыбку". О, да подкормка прошла, и наживка была уже заброшена. Вряд ли такой парень как Ранма подходил ей, и она точно не считала его привлекательным, (в особенности если учесть слова этой... Укё, рассказанные ей, пока она изображала Конацу. Тем не менее, обдумав слова девушки-пекаря тщательнее, Май решила что относится к нему несколько предвзято), но все-таки было в нем что-то такое, что привлекало ее (а это само по себе уже было уникальным). Тем не менее, Май собиралась все как следует обдумать, узнать как следует Ранму Саотоме, что именно он собой представляет, его характер, привычки, и уже потом решать, стоит за него побороться или нет.

Немаловажным является то, что он еще должен поплатиться за те нелицеприятные комментарии касательно ее груди и женственности. И она должна еще придумать, в каком именно виде он будет с ней расплачиваться. И если Май решит, что он ей не подходит, расплатой станет большое количество боли и насилия, в отношении него.

И вот если Май решит, что из него выйдет толк, то тогда, хе-хе, она возьмет с него плату телом. Его телом.

В любом случае Май Хашимото останется в выигрыше.

* * *

Ранма Саотоме изо всех ног мчался по залам Неримского Проклятого Музея Истории, преследуемый четырьмя разъяренными девушками, размахивающими устрашающими орудиями убийства. Его скорость была единственным, что пока хранило его в живых. Летя по коридорам он позвоночником почувствовал знакомое ощущение. Оно само, его продолжительность, и его значение были отлично ему знакомы, и ощущение это никоим образом не было связано с преследующими его девушками.

— Поверить не могу! — простонал он, не сбавляя хода,  — Я обзавелся еще одной! Это нечестно! — завопил он судьбе, — Тебе говорю, нечестно! И меня нельзя в этом обвинять!

И пока Ранма мчался по темным залами и коридорам, оглашая их воплями, он осознал одну несомненную истину, единственно истинно верную во вселенной —

В НЕКОТОРЫЕ ДНИ ПРОСТО НЕ СТОИТ ВЫЛЕЗАТЬ ИЗ ПОСТЕЛИ.

ЭПИЛОГ

— Что значит не прошли?

— Точно. Ты сам сказал, если мы принесем тебе Урну Као-Патти, ты нас выпускаешь с дипломами.

— И мы тебе ее принесли. Она немножко поломанная, но это она, точно.

— Это ничего не значит, — уверенно заявил Такео, сидя за столом и рассматривая стоящую перед ним троицу.

Их учил только он и только он мог обрушить на них такую новость.

— Доставка уничтоженного объекта не считается выполнением задания. Интересно, если вы получите задачу спасти кого-то и притащите труп, это тоже должно считаться ограниченным успехом? Конечно, вы вырвете из вражеских рук, но особой пользы от него не будет, так? Нужно было доставить мне урну в целости и сохранности.

— Но… если бы мы ее не уничтожили, то демон поработил бы весь мир. Не могли же мы позволить этому случиться! Неужели это нельзя принять в расчет? — попыталась возразить Май.

— Именно поэтому я не выгнал вас с позором, — признал Такео.

Да, здорово, они спасли мир и наверное он должен был в благодарность выдать им дипломы, но... черта с два он выдаст им дипломы. Он будет затягивать выпуск при малейшей возможности, придираясь по малейшему поводу.

— Так что же нам дальше делать? — спросила Би-Джей.

Черт. Такео желал бы получить побольше времени. Хотя, все-таки проще отправить их куда подальше.

— Вы получите еще один шанс, — Эти слова Такео пришлось выдавливать по одному, поскольку он не горел желанием видеть их когда-либо еще.

— Правда? — восхитилась Тай.

— Да. У меня для вас новое задание,  — улыбка расцвела под маской Такео. Он придумал лучшую из целей. И невероятно недоступную. — Сотни лет назад наш клан пытался похитить из Китая два магических предмета. Мы добыли один единственный, но вскоре потеряли, как только члены нашего клана вернулись в Японию. Не так давно мне стало известно, что первоначальные владельцы предметов сумели разыскать тот предмет, что мы некогда успешно похитили и набор вновь собрался воедино. Вы отправитесь в Китай, похитите предметы и принесете их мне. Сделайте это, и я выдам вам дипломы. Но вы должны принести их целыми и неповрежденными.

— И это все? — лениво осведомилась Май, — а я-то думала нам что-то невыполнимое делать придется.

— Здорово! — завопила Би-Джей, — прикуплю себе пару китайских нарядов.

Тай посмотрелась в зеркальце, и поправила тени под левым глазом, захлопнув косметичку, она осведомилась — И что это за предметы, которые нам нужно добыть?

— Магические ковшик и бадейка. Они называются Тиисуйтон и Кайсуфуу, если сказать поточнее, — начал объяснения Такео, — В настоящее время ими владеет банда, называющая себя династией Муск. Вы должны проникнуть в их крепость, добыть предметы и принести их мне.

— Да, да. Без проблем. — пробубнила Би-Джей, — держи наши дипломы наготове, поскольку в следующий раз как ты увидишь Трех Сексапильных Девушек — Ниндзя, они будут пить чай из этой твоей бадейки, которую ты столь вожделеешь.

Троица выбросила кулаки в воздух и издала боевой клич.

Такео с трудом удержался от хохота. Династия Муск считалась наиболее ужасной и безжалостной, их крепость была неприступной смертоносной ловушкой, и эти два предмета они ценили больше, чем свои жизни. Единственное, о чем Такео стоило позаботится, так это об надгробных камнях для каждой из своих внучатых племянниц, с правильным именем и датами смерти и рождения, впрочем с этим проблем не будет — даты будут одинаковые.

Май отдала команду — Три Сексапильные Девушки — Ниндзя, готовсь! Отдать салют нашему сенсею!

Все трое отсалютовали Такео.

— НЕ САЛЮТОВАТЬ, ДУРЫ БЕЗМОЗГЛЫЕ! КЛАНЯТЬСЯ! КЛАНЯТСЯ!

Не опуская рук, закрывавших глаза, все три девушки резво поклонились вслепую. Одновременно все трое влепились лбами в крышку стола, которая напрочь вырубила двух их них.

Только Тай смогла удержаться на ногах, хотя и с трудом. Слабым голосом она сумела вымолвить, — Какое коварство, поставить свой стол так, чтобы он бил по голове кланяющихся людей,  — и затем рухнула на землю, присоединившись к своим сестрам.

Такео поглядел на своих внучатых племянниц, валяющихся без сознания, и некоторое время колебался. Секундой позже слезы покатились по его щекам и он бился головой об стол до тех пор, пока не присоединился к свои племянницам.

Иногда это вообще не заканчивается

~~Конец ~~

    первый бонус »»

ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА:

Особое спасибо:

Miashara

Джейсону Ляо

Райану Андерсону

Джиму Бадеру

Bloodblade

Л.Анг

Кристоферу Хортону,

И Гэри Клэппу, виновному в каждом использовании "ниндзетт" в этом фанфике.

Ж.О.П.А. (C.H.U.D) появились из фильма ужасов категории B, снятого в восьмидесятых годах, в котором все эти мутации и произошли (но они замечательно вписались и в этот фанфик). ^_^;

ПРИМЕЧАНИЯ ПЕРЕВОДЧИКА:

 1. Если Укё говорит с кансайским акцентом, о чем повсюду талдычат — то -чан это -ян, а -сан, это -хан

Увы. Считайте что она так и говорит.

Вернуться к чтению »»

 2. Слово трансвестит — заменяет оригинальное cross-dresser, поскольку человек поменявший пол все-таки транссексуал.

Можете заменить это повсюду на "извращенец, обожающий напяливать женские шмотки", но так скажет Ранма, а Кодачи знает смысл данного слова.

Вернуться к чтению »»

 3. Шутка.

Можете рассматривать название как Жидкие Отходы Промышленной Адсорбции или Chemical Hazard: Urban Disposal из оригинала.

Вернуться к чтению »»

 4. Сannibalistic Humanoid Underground Dwellers из оригинала.

Вернуться к чтению »»

 5. Перевод дословный.

Спасибо товарищу Гоблину (От заката до рассвета)

Вернуться к чтению »»

6. Ньяннитюан (Nyannichuan) — источник утонувшей девушки.

Источник — Шампу пополам (1 чаптер)

Нанниитюан (Nanniichаun) — источник утонувшего парня. Источник — Шампу пополам (1 чаптер)

Шонмаониичуан (Shonmaoniichuan) (Источник Утонувшего Панды)  — источник в который упал Генма. Источник — Шампу пополам (1 чаптер).

Автор:
D.B. Sommer
sommer@3rdm.net

Обсудить сам фанфик или его перевод можно на нашем форуме (но на форуме нужно зарегистрироваться ^^
Это не сложно ^_^)

Будем благодарны, если вы сообщите нам об ошибках в тексте или битых ссылках ^_^ — напишите письмо или на форум, или еще проще — воспользуйтесь системой Orphus

Ошибка не исправлена? Зайдите сюда. В этой теме я буду выкладывать те сообщения, из которых я не поняла, что мне исправлять