Автор:
Cheb

Эта история относится к фанфикам. Будучи таковым, она в неоплатном долгу перед создателями используемых ниже персонажей: Румико Такахаси, создавшей Ранму, и Кунихику Икухарой, создавшим Сэйлор Мун на основе работы Наоко Такеучи.

Ваша судьба аннулирована

Глава 37,
Гравитация

Втиснувшись впятером в пассажирский лифт, молодые женщины временно избавились от хвоста любопытствующих. Поднялись на два этажа. В помещении, куда открылась дверь лифта, был очень высокий, скошенный потолок. Нижняя часть была решётчатой, с чернотой в промежутках. Приглядевшись, Сол поняла что это просто такое окно. Прищурившись, можно было рассмотреть отдельные особо яркие звёзды.

— Здесь обитает капитан Перк, — зловещим голосом возвестила Бекки. Словно о драконе предупреждала.

— После Ми..лисент я ничем не испугаюсь, — самоуверенно отмахнулась Сол.

— Накаркаешь! — прошипела Ирис, толкая её локтём под рёбра.

— Стоит упомянуть, — вставила Элизабет, — что он, как и вы, пришелец из параллельного мира. С значительно более высоким уровнем развития.

Бесшумно распахнулись двустворчатые двери в стене, противоположной лифту.

— Входите! — прозвучал мужественный баритон.

Девушки опасливо ступили в затемнённый зал, потолок и задняя стена которого представляли собой сплошной иллюминатор из стеклянных панелей, разделённых перемычками. В черноте плыл ущербный диск Луны на три четверти, панорама довольно бодро вращалась.

— Чем обязан, юные леди? — Капитан оказался импозантным мужчиной лет тридцати, с волевым подбородком и пронзительными серо-стальными глазами. — Ооо, вы подобны орхидеям, скрасившим серую унылость этой стальной коробки! — Он драматически повернул голову, давая полюбоваться красиво уложенной волной каштановых волос, словно взмывающих над высоким лбом мыслителя.

А ещё он был громогласным. Словно не разговаривал, а вещал с трибуны.

— Куно, ты, штоле? — вырвалось у Сол.

— Простите?— переспросил капитан, лишь чуть менее громогласно, демонстрируя незнание японского.

— Ничего, — сказала Сол, потирая рёбра, опять пострадавшие от локтя Ирис.

— Но не будет ли правильным представиться вначале? — объявил тот, протягивая руку для рукопожатия. — Капитан Перк к вашим услугам, скромный первопроходец из братства Ракетчиков Межпространства.

— Дежа вю, — тихо прокомментировала Сол.

— Очень приятно, — Ирис вежливо пожала его руку, потихоньку начиная привыкать к этому жесту. — Акане Тендо. — Она не стала добавлять «Сэйлор Ирис», чтобы слегка снизить градус официоза.

— Ранма Саотоме, — неохотно представилась Сол.

Меркури открыла медальон и глянула на экран. Нет, следующей навигационной точки пока не было. Выходит, надо разговорить этого позёра? Она тоже представилась:

— Ами Мизуно. Видите ли, мы трое - тоже не из этого мира. Не расскажете ли подробнее про ракетчиков?

Капитан оживился, глаза его заблестели. Сол скривилась, заранее предчувствуя речь столь напыщенную, что уши завянут. Он не обманул её ожиданий:

— О, Ракетчики Межпространства - это сплочённое братство героических первопроходцев, разведывающих нечто, даже более опасное чем глубины космоса! На наших Звездолётах мы пробиваем барьеры пространства и времени, проникая в иные вселенные. Сила науки и торжество человеческого разума дали нам инструмент нести свет знаний через межмировые барьеры!

— Все герои? — сомневающимся тоном осведомилась Сол, остро жалея, что не может съязвить правильно. Чёртов английский - это хуже, чем драться со связанными ногами и руками!

— Ну, — неохотно признал Перк, — Есть отдельные личности, закачивающие свой разум в кристалл, установленный в искусственное тело, в то время, как их собственное пребывает дома в безопасности, в анабиозе.

Меркури глянула на экран. Нет, ещё нет.

— А лично Вы? Какова ваша задача здесь, простите моё любопытство?

Капитан заметно сдулся.

— К сожалению, Ваш покорный слуга вынуженно... задерживается в этом мире, по чисто техническим причинам...

— Так что нам-то... Какой наш интерес? — прервала его Сол. — Нам нужно идти в следующий параллельный мир.

— О, тогда вы обратились к кому надо, юные леди! — обрадованно воскликнул Перк. — Потому что истинное назначение этой станции, истинный смысл её существования -  это рекламация Наследства! — заглавные буквы так прямо и слышались в его речи.

— Какое культура имеет отношение? — зло переспросила Сол.

— Что вы имеете в виду? — вежливо уточнила Меркури.

— Я не говорил «культурного наследства»! — поправил Перк. — Я сказал, «Наследства»!

— В чём разница? — не сдавалась Сол.

Кэп драматически вздохнул:

— Суть Наследства - омега-драйв моего Звездолёта, ядро транссинфорации. Прикладной флеботинум, позволявший кораблям Ракетчиков преодолевать барьеры пространства и времени! — напыщенно провозгласил он.

— Ну, с этого бы и начал, — проворчала Сол. — Теперь и дурак догадается, что это именно та штука, разобрав которую яйцеголовые разрушили Землю.

— Именно так! — подтвердил Перк, добавив голос трагизма. — Тот прискорбный...

— И где она? — перебила его Сол. — Не говори мне, что с этим проблемы.

— Увы, — слегка смутившись, ответил капитан, — с этим... небольшие проблемы.

Сол издала тяжкий стон, картинно зашлёпнув лицо пятернёй.

— Какого рода проблемы? — озабочено поинтересовалась Меркури.

— Мы пока не смогли разработать зонд, достаточно прочный, чтобы забрать Ядро, — неохотно признался Перк. — Орбита понемногу снижается, и каждый раз, когда мы заканчиваем новую модель, выясняется, что её запаса надёжности недостаточно, и зонд разрушается... Но не волнуйтесь! Через год или два...

— Ты хочешь сказать, — перебила его Сол, — что эта штука, которая нам нужна, вращается по орбите вокруг чёрной дыры?

— По очень близкой орбите, увы, — драматически вздохнул капитан.

— В настоящий момент это всего семь километров, — озабоченно добавила Элизабет. — С приливными силами мы справились, но боюсь, жёсткое рентгеновское излучение начинает превышать пределы наших технологических возможностей. Даже в периоды затишья диска аккреции, даже самая примитивная электроника неизбежно сгорает. Боюсь вас разочаровывать, но оптимизм капитана необоснован.

— Тогда, — с самоуверенной ухмылкой ответила Сол, хрустя костяшками, —  вы обратились к кому надо!

В этот раз был черёд Аканэ обливаться холодным потом и переживать за любимого.

* * *

По пути к доку Элизабет что-то нашептала на ухо Меркури. Та вслух пересказала товарищам, зная что японского здесь никто не знает:

— Артефакт надо вернуть не только потому, что он нам нужен. Он продолжает взаимодействовать с чёрной дырой, поэтому его орбита и снижается всё время. И процесс этот идёт по нарастающей. И никому неохота узнать, что будет, когда Ас-конструкт и чёрная дыра столкнутся. Зная местную мультивселенную... Боюсь, плохо придётся чёрной дыре. И всем, кто будет ближе пары тысяч световых лет.

— То есть, всё наследство - туфта, а мы на самом деле мир спасать будем? — неизвестно чему обрадовалась Сол. — Ну, это дело привычное.

* * *

На мостике было тесновато. Дежурная пара операторов, две сэйлор-воительницы, Элизабет, Бекки и ещё пара инженеров, увязавшихся с ними. За исключением дежурных, все столпились вокруг капитанского подиума.

Капитан Перк, к счастью, отсутствовал: пытаясь отвязаться, Ирис пилила его на предмет «лететь придётся срочно», пока тот с тяжким вздохом не ушёл «проводить предстартовую подготовку».

— Я всё таки волнуюсь, выдержит ли защита, — сказала Меркури, используя панель капитанского подиума в качестве калькулятора. — Простой солнечный свет это одно, но тут-то - рентгеновское излучение! Наша защита, несмотря на всю её гибкость, не рассчитана на подобное!

— Ты думаешь, его это бы остановило? — задала риторичиеский вопрос Ирис. Ей тоже было не по себе.

— Нет, не остановило бы, — согласилась Меркури.

«Вы меньше меня хороните, — донёсся с пульта слегка сварливый голос Сол, — А лучше коррекцию орбиты дайте»

Руки Меркури замелькали над сенсорным экраном.

— На три градуса влево и чуть прибавь, — заключила она.  — До выхода на параболическую траекторию - минута двадцать. Ты как там держишься?

«Чуть шкура зудит, — ответила Сол. — И я уже вижу эту дыру. Такая мерзко-синяя звезда в районе Южной Гидры, в глаза словно шурупом вворачивается»

Выжимая почти шестьдесят же ускорения, Сэйлор Сол выходила на крутую параболическую траекторию, сближаясь с изливающей смертоносные лучи чёрной дырой. Все замерли в напряжении. Ещё немного, ещё чуть-чуть...

На скорости за триста километров в секунду воительница Солнца пролетела в восьми с половиной километрах от чёрной дыры. Могучее поле притяжения мотнуло её, за полсекунды запустив обратно.

«Уй, ох! — зашипело в динамике. — Уй, гадство!»

— Что такое? — заволновалась Ирис. — Ты там жив?

«Да рвануло так гадски. Не то, чтобы сильно, но так... в разные стороны дёрнуло. И припекает. Ничего, справлюсь!»

— Неудивительно! — объяснила Меркури. — На тебя воздействовала сила растяжения около двух тонн, и вектор воздействия за долю секунды развернулся на противоположный. Когда будешь выходить на финальную орбиту - закрутись в такт вращению, как мы планировали. Центробежная сила добавит ещё две тонны, но зато тебя перестанет дёргать в разные стороны.

«Ладно. Давайте коррекцию для выхода на эллиптическую!»

Теперь предстояло погасить лишние восемдесят восемь километров в секунду чтобы выйти на круговую орбиту. То есть, сначала - на эллиптическую, каждым оборотом снижая её, превращая в круговую. Проблема была в космическом мусоре: мёртвые зонды занимали самые удобные траектории подхода. Поэтому орбиту выбрали под углом тридцать градусов к плоскости, в которой они обращались. Потом эллиптическую, с нижней точкой выше орбиты токена, но ниже орбиты последнего зонда. Промахиваться было смерти подобно: любой объект в такой близости к чёрной дыре делал несколько оборотов в секунду, превращая свою орбиту в мясорубку, проскочить которую невозможно.

А потом предстояло медленно сужать эллипс, причём не по правилам ракетной науки, а так, чтобы ось оставалась неизменной: ведь главной целью было не пересечься с зондом. Ведь при столкновении на таких скоростях, как Меркури красочно описала Сол, «ты даже не в мокрое место превратишься, а просто испаришься».

Сужение эллипса заняло всего минут пять, но вымотало всех так, словно пробежали марафон. Сначала, пока Сол сближалась, она непрестанно жаловалась на раздирающую тряску: её равномерное вращение вокруг собственной оси было всё время не в фазе с неравномерным обращением по орбите. Потом, когда частота её обращений перевалила за два раза в секунду, Сол начала терять ориентацию, а радиогарнитура - сбоить. Она моталась туда-сюда на одной тысячной скорости света, частота нещадно плавала от доплеровского смещения. В добавок, оказалось, что рентгеновское излучение пробивает таки сквозь пузырь защитного поля. Электроника начала сбоить.

«Наконец стабилизировал! — донёсся из динамиков полный облегчения голос Сол. — Всё, круговая! Почему знаю? Не дёргает больше! Лечу поджав ноги, а то вся кровь к голове приливала. Ну и печёт здесь, надо сказать! И дыра эта слепит, даже с закрытыми глазами! Эй! Вы меня слышите там? Аллё, приём!»

— Слышим тебя! — сказала Меркури. — Подтверждаю, твоя орбита круговая, восемь и шестьдесят пять километра. Ты сейчас делаешь почти четыре оборота в секунду. Приступай к изменению наклона орбиты, как планировали!

«Алё, алё, приём!.. Эй, слышно меня?»

— Похоже, у него приёмник сломался, — констатировала очевидное Ирис.

«Похоже, у меня приёмник сдох, — констатировала Сол. — Ладно, начинаю поворачивать орбиту»

Следующие три минуты они наблюдали, как орбита Сол меняет угол, наклоняясь на нужные 30 градусов от исходной. Страшно дорогая операция, за сотню километров в секунду - если не обладать таким читерским безынерционным движком, как крылья Этёрнал Сэйлор Сол. Местные опешили когда Меркури объяснила им эту часть плана. Оптимизации траекторий и экономия топлива накрепко въелись им в подкорку, воспринимаемые как аксиомы на чисто инстинктивном уровне, что сами бы они никогда не смогли придумать план, настолько относительно безопасный, что придумала Меркури.

Рыжая вышла на связь только раз. Сквозь хрипы и писк сбойной кодировки удалось только разобрать «печёт, зараза!» По крайней мере, она была жива.

Смена плоскости орбиты заняла минуты три, и ещё минуту - снижение к орбите артефакта.

— Как она обнаружит его без нашей наводки? — беспокоилась Элизабет. — Проклятье, если бы у нас была более стойкая радиогарнитура!

— Она справилась, — ответила Меркури, напряжённо следя за показаниями радара. — Как-то обнаружила, и теперь орбиты сближаются.

Всё по плану. Какое облегчение, Сол смогла справиться с невозможной ситуацией, смогла ориентироваться без намеченных поправок по радио и выполнить распланированный Меркури манёвр почти идеально. Меркури хотелось бы быть там самой, но пришлось послать рыжую: девушка на полставки была единственной среди них, кто достигла финальной Этёрнал-формы.

Сол теперь делала больше пяти оборотов в секунду - столько же, сколько и артефакт. Их орбиты постепенно сближались.

Бип! Компьютер выдал коррекцию. Артефакт больше не обнаруживался, а скорость Сол изменилась на пол метра в секунду. Потом её орбита начала потихоньку подниматься.

— Она поднялась почти к самому зонду! — заволновалась Меркури. — Надеюсь, она его заметит вовремя! Пора уже выполнять обратный манёвр смены плоскости и выхода на эллиптическую...

Одна из консолей дежурных запиликала сигналом тревоги.

— Что такое? — насторожилась Ирис.

— Диск аккреции дестабилизируется! — панически выкрикнул Майк.

— Без паники! — рявкнула командным голосом Элизабет. — Защитное поле на максимум! Опустить противорадиационные ставни! И объявите тревогу по станции.

Меркури могла лишь беспомощно смотреть на вычерчиваемую компьютером орбиту Сол. Девять километров, три и семь оборота в секунду. И нет связи!

Завыла сирена тревоги, свет на мостике сменился красным. Радар отключился, забитый помехами от защитного поля и траектория Сол исчезла с экрана.

— Фиксирую всплеск на четыре! Нет, теперь на три порядка! — доложил Майк.

Меркури похолодела. У Ирис волосы встали дыбом. В тысячу раз!

Элизабет сочувствующе оглянулась на сэйлор-воительниц, с потерянным видом стоящих перед пустым экраном, и отдала приказ:

— Запустите радарные дроны. Пусть сгорят, но чтобы картинка у нас была!

Несколько секунд активной работы операторов - и компьютер бипнул, снова рисуя параметры орбиты.

Сол каким то чудом была жива, облучаемая потоком жёсткого излучения такой силы, что был способен плавить сталь. И разгонялась на целых семидесяти же, прямо в плоскости орбиты. А на пути у неё болтался дохлый зонд.

— Что она делает! — ужаснулась Меркури. — Она же столкнётся с тем...

— Потому что припекает! — зло бросила Ирис, стиснувшая кулаки до хруста. — Как ещё..

Две стремительно кружившие метки на экране радара слились воедино, делая почти синхронные три с половиной оборота в секунду... Потом вдруг обе резко изменили скорость, на мгновение выбив следящий компьютер из колеи. Граф траекторий расплылся толстыми расходящимися пучками.

Меркури ахнула.

— Врёшь, — прорычала Ирис. — Тебя так просто не убьёшь!

Компьютер бипнул, метка Сэйлор Сол продолжала ускоряться на тех же почти семидесяти же, стремительно разматывая спираль орбиты прямо в плоскости, начинённой смертоносным мусором.

— Хоть бы из плоскости вышла, — простонала Меркури, вытирая ледяной пот.

Метка Сол дёрнулась из стороны в сторону, компьютер запоздало попытался скорректировать прогнозируемую траекторию.

— Нет, так ей легче этот мусор обнаруживать и уворачиваться, — возразила Ирис. — Ведь спираль под углом к плоскости всё равно её пересекает, разве нет? А так, в случае чего, скорость сближения будет минимальной, в рамках человеческого восприятия.

— Орбитальная скорость мёртвого зонда изменилась примерно на тринадцать метров в секунду, — подал голос Уилл. — Что там произошло?

— Она его пнула, — как нечто само собой разумеющееся объяснила Ирис. — Когда их скорости стали равны. Я одного не понимаю, неужели нельзя было просто обойти?

— При такой частоте обращений спираль слишком плотная, — ответила Меркури. — Расстояние между витками сравнимо с размером самого зонда. Полагаю... раз избежать было трудно, она решила, что безопаснее отпнуть.

Диск аккреции изрыгал рентгеновское излучение в каком-то рваном ритме. Пару раз его интенсивность выросла ещё на порядок. Сол была вынуждена крутить свою спираль, неспособная пока оторваться: сила притяжения всё ещё была в несколько тысяч раз сильнее, чем лучшее ускорение, что она могла развить. Отчаянное бегство растянулось в минуты. К счастью, Сол ловко уклонялась от любого космического мусора. Когда поднялась километров до восьмисот - смогла уже пересилить притяжение, и начала разгоняться прочь, не заботясь о правильности орбиты. Потом опомнилась, и повернула к станции, заметно сбросив ускорение. Минут через пять она уже подлетала.

Сэйлор-воительницы бросились к причалу для скутеров... И застряли, не зная как убедить бдительный шлюзовой механизм что нет, им не нужны скафандры. Вот ведь, умудрился кто-то создать такое безо всякого искусственного интеллекта.

Потом во внешнюю дверь постучали, громко так, и Ирис с Меркури отступили, давая Сол пройти через шлюз. Обе были вне себя от беспокойства.

Но вот, наконец, кончил шипеть впускаемый воздух и открылась внутренняя дверь.

— У меня все внутренности чешутся! — с ходу пожаловалась Сол, расчёсывая руку в которой держала большой, серебристый кристалл. — Уйи, сил нет!

Волосы у неё выгорели, став какими-то серо-бурыми. Кожу покрывали пятна жёлто-зелёного загара.

— Я так рада, что ты выбралась, — сказала Меркури. Её лицо порозовело от мощной смеси облегчения, радости, и стыда за свои ошибки: кто должен был предусмотреть отказ радио гарнитуры? — Невзирая на мой провал с целеуказанием.

— Да всё в порядке, — неловко ответила Сол. Потом содрогнулась. — Ыммм...

Ирис подскочила к мужу и стала чесать той спину.

Сол издала стон облегчения и боли, слегка расслабившись. Потом встряхнулась:

— Давай, потащили эту штуку капитану Куно.

* * *

Корабль покорителя междумирья больше всего напоминал сапог с крылышками по бокам от пятки. Из основания, отдалённо чем-то напоминающего спейс-шаттл, вверх вырастала толстая, овальная труба, плавно расширяющаяся кверху, слегка наклонённая вперёд.

Ирис невольно улыбнулась. Сол продолжала шумно чесаться, хотя внешне пятна уже сошли и волосы восстановили ярко-рыжий цвет. Меркури прищурилась, прикидывая на глазок:

— Интересно, кажется, проекция верха точно повторяет проекцию низа.

— Да? — Сол тоже пригляделась. — А ведь точно. Верхний срез этого... раструба полностью закрывает своей тенью ступню.

— Полагаю, это для полётов с околосветовыми скоростями с постоянной тягой, которая и создаёт силу тяжести, — объяснила Меркури. — Хотя иметь два слоя брони, один для разгона, один для торможения, кажется расточительством.

У бело-матового «сапога» была зеркально блестящая, слегка выдающаяся по краям «подошва» толщиной метра два. Верхушку «сапога» венчал аналогичный «отворот», слегка выдающийся по краям. И то, и другое имело в проекции форму слегка заострённого эллипса, немного сужающегося к задней части. Что улучшало аэродинамические свойства звездолёта, но усиливало сходство с сапогом.

— Размер кажется недостаточным для многолетнего путешествия, — добавила Меркури: весь корабль был высотой метров двадцать с хвостиком. Нижняя часть, имевшая трёхсекционное лобовое стекло пилотской кабины и пару иллюминаторов по бокам, была размером с очень скромный одноэтажный домик. — Возможно, они используют анабиоз?

— Мы же не спросили сколько между мирами лететь! — забеспокоилась Сол.

Капитан уже скрылся в люке, расположенном почему-то в крыше «ступни» жилой части, перед башней основного корпуса. На покатом боку корабля была лестница из скоб, но рыжая просто запрыгнула на крышу, потом спрыгнула в люк. Ирис последовала за ней.

— Прощайте. — Меркури поклонилась Элизабет и другим провожающим. — Спасибо вам за всё.

Толпа провожающих разразилась разочарованными вздохами и пожеланиями доброго пути, слившимися в невнятный гул.

В верхней части «сапога» с мерзким скрежетом раскрылись три секции корпуса, наружу выдвинулись три толстых цилиндра с соплами на длинных кронштейнах, каждый с парой шаровых суставов. Всё это хозяйство начало поворачиваться туда-сюда, словно разминаясь. Что сопровождалось ужасным скрипом и скрежетом.

— Надеюсь, оно не откажет, — поморщившись, сказала Элизабет. — Он лет восемьдесят не летал, стоял тут безо всякого техобслуживания.

— Восемьдесят лет? — удивилась Меркури.

— А, конечно. Мы забыли сказать. Инцидент произошёл сто двадцать семь лет назад. Станция Каппа была построена девяносто восемь лет назад. Насколько я знаю по историческим записям - по тем, что не выкладывают в общий доступ - кэп никуда не летал практически с её основания. Ну, когда выяснилось, что забрать этот его флеботинум не так просто, как казалось сначала. Он лет восемьдесят сидел и дулся, эпизодически помогая учёным совершенствовать технологии.

— Понятно. — Меркури задумалась.

«Все на борт!» разнёсся по отсеку громогласный голос Перка, усиленный какой-то техникой.

Элизабет поморщилась:

— Кэп! Вы уверены, что не хотите дозаправиться реактивной массой?

«Не волнуйтесь, о суровая роза астрономии! — грянуло в ответ. — Я не собираюсь сегодня к звёздам! Тут всего-то слетать с высокой орбиты на поверхность планеты и обратно!»

Элизабет скривилась. Из толпы раздались смешки, даже Бекки прыснула.

— Прощайте! — повторила Меркури, запрыгнула на «ступню» «сапога», помахала на прощание и скрылась в люке.

«Начать обратный отсчёт!» драматически прогремел капитан.

— Все слышали? — Элизабет развернулась к толпе обитателей станции. — Давайте двигайте, освобождайте док! — Она погнала их перед собой.

* * *

Люк вёл в довольно тесный цилиндрический шлюз, который поворачивался, позволяя выбрать один из четырёх выходов. Сначала Меркури попала в тесную кладовку со скафандрами и велосипедами. Потом - в узкий и длинный отсек по правому борту кормовой части, где вдоль правой стены вытянулись пустые анабиозные камеры, три стопки по три штуки в высоту. Потом - в относительно просторную каюту с коврами и двуспальной кроватью под балдахином. Каюта, похоже, занимала львиную долю задней части жилого модуля. В дальней стене была ещё дверь, но Ами была не из тех, кто вынюхивает чужие секреты. Следующий поворот - и она, наконец, оказалась в рубке. Испытывая сильные сомнения в разумности подобной конструкции корабля - из каюты в рубку невозможно было попасть пока шлюз открыт - Меркури осмотрелась.

Первым, что бросилось в глаза, была нарочитая архаичность. Нигде никаких экранов и даже цифровых табло, только шкалы со стрелками, рычаги и верньеры. Словно звездолёт был бутафорией из фильма пятидесятых.

Перед подковообразным пультом выстроились три массивных кресла с поршнями и прочими механизмами в основании. Капитан, естественно, занимал центральное, Сол и Ирис уже устроились справа и слева от него, соответственно. Позади них было ещё два кресла у стен, перед каждым - консоли каких-то пультов, сейчас выключенных.

Пол под ногами дрогнул, и участок стены, видимый через лобовое стекло, начал уползать вниз. Кориолисова сила потянула вперёд, ощущаясь как будто корабль наклонился.

Боковые стены были заняты разнообразными аппаратными шкафами и стойками, загромождавшими просторную кабину, делая еёё значительно уже. Меркури подошла к капитанскому креслу, и заглянула через его плечо. Лобовое стекло было узким, обзор - отвратительным. Как он собирался ориентироваться без экранов и камер обзора? Или, хотя бы, радара? И этот штурвал полукольцом за который он держался, подозрительно напоминал самолётный.

— Простите, — обратилась к капитану Меркури, — но как вы ориентируете Ваш корабль в пространстве?

— Не бойтесь, о юная покорительница космоса! — возвестил тот. — Вы - в умелых руках опытного ракетчкика!

— Но всё-таки? — настояла Меркури. — Извините, но те приборы, что я вижу, совершенно не кажутся достаточными.

— Всё поступает через прямой нейроинтерфейс, — нехотя признался Перк, заметно потеряв в громогласности.

— Понятно, — ответила синеволосая сэйлор-воительница. — Простите. — Про себя она с облегчением подумала, что не всё так плохо, как выглядит. Глупо было бы ожидать от цивилизации, достигшей звёзд, банальных пультов с кнопками. Её собственный лунный компьютер - как же ей сейчас его не хватало - вероятно материализовался в наиболее понятную и привычную форму, потому и управлялся клавиатурой. Тогда для чего Перку эта бутафория? На туземцев впечатление оказывать?

Сила тяжести всё уменьшалась, и кориолисова сила начинала сбивать с ног. Меркури поспешила добраться до одного из задних кресел, наклонившись почти до самого пола против кажущегося наклона. Легко подтянувшись к креслу своей десятикратной силой, девушка тщательно пристегнулась. Ремни были как в автомобиле, только два, крест-накрест. Неожиданно, сбоку выехала мягкая скоба и зафиксировала ей ноги ниже колен.

Сила тяжести почти исчезла. Подъёмник вынес корабль в шлюз, ворота которого тут же начали открываться. Интересно, когда же они воздух успели откачать, подумала Меркури. Яркий солнечный свет ударил в глаза, заставив всех прищуриться.

— И вот мы отправляемся! — возвестил Перк, щёлкая какими-то тумблерами на подлокотниках кресла.

— Вы не ответили насколько долгий перелёт между мирами, — заметила Ирис. Ей совершенно не улыбалось провести с этим... героическим первопроходцем неделю на тесном звездолёте. Её противо-извращенческие чувства давали тревожные звоночки.

— Не волнуйтесь! Транссинфорация мгновенна, нам лишь необходимо выйти на нужную орбиту вокруг Земли, так трагически погибшей в этой вселенной, чтобы оказаться над Землёй нужного вам мира! Ведь импульсы сохраняются!

С едва ощутимым гудением за задней стенкой кабины, корабль плавно наклонился вперёд, чтобы пройти через ворота. Теперь через лобовое стекло был виден лишь пол подъёмника, на котором косой солнечный свет контрастно выделял ребристый рисунок поверхности со всеми выбоинами и потёртостями. Перк осторожно повёл свой сапог к выходу. Скрип трёх подвижных кронштейнов громко отдавался в кабине, в то время, как самих двигателей не было слышно.

— Кстати, — озаботилась Сол. — А как мы кэпу координаты мира-то передадим? И не забыли ли мы, случаем, превратиться назад?

— Как нам передать координаты мира? — перевела Меркури.

— Просто направьте на мой нейроинтерфейс, — деловито ответил Перк без традиционной громогласности.

Меркури уже работала с медальоном.

— Так... Координаты есть. Превращаться назад не нужно, магический коэффициент в том мире ноль шесть, планеты на месте. Ничего с нашей трансформацией не случится, только будем немного ослаблены. — Она пощёлкала клавишами, вглядываясь в крохотный экранчик. — Знать бы ещё, как отправить данные на этот интерфейс... Хм... Список связей... Вот мы трое, для каждого приведён какой-то «квантовый манипулятор». Не то? — Она поколебалась, потом отправила координаты на свой. Внезапно у неё кольнуло в висках, и она поняла, что знает координаты следующего мира на уровне инстинкта. Вместе со всеми формулами, которых никогда не учила. — Уй.

Очень неприятное открытие. Судя по опциям интерфейса, так можно через медальон управлять мыслями любого из них троих. А если не только через медальон?

— Вы ведь Ас-пользователи? — уточнил Перк, поворачивая штурвал. — Хмм, дайте подумать... Кажется, ядро корабля так и зарегистрировано в системе как «омега-привод».

Меркури полистала список. Дальше в нём шли какие-то цифро-буквенные обозначения.

— Не то, не то... А, вот! «Омега-ошибка, права доступа не найдены-транспортёр». Странно. — Она отправила данные.

— Получил! — с радостью воскликнул Перк. — Теперь осталось лишь выйти на нужную орбиту. Как я понимаю, у вас с переносимостью перегрузок всё отлично?

— До сорока или пятидесяти же, — отмахнулась Сол.

Капитан повернул какой-то рычажок на штурвале, корабль заскрипел всеми несмазанными деталями, и их всех вдавило в кресла примерно пятикратной перегрузкой. В сэйлор-формах это ощущалось как лёгкое увеличение силы тяжести.

Оставшиеся минут двадцать до прыжка капитан травил байки о своих героических деяниях. Причём создавалось впечатление, что он девушек кадрит. Причём, почему-то, в основном Сол. Буэ.

Меркури сидела тихо, копаясь в медальоне и пытаясь разобраться кто когда и зачем навесил на них средства контроля мыслей. Тщетно: информации не было.

Но вот, наконец-то, момент истины. Капитан уменьшил тягу до примерно одного же и развернул корабль. Пятно солнечного света проползло по потолку, высветив пыль и потёртости на редких пультах и шкалах, расположенных там. Потом корабль принял окончательное положение, и снаружи стала видна только чернота.

— Приготовиться к прыжку, выполняется наведение! — возвестил Перк громогласнее обычного.

Ирис сильно не понравилось что-то в его голосе, и в том, как он косил на неё глазом. Её противо-извращенческие и так уже кричали, но теперь... Куно, чистый Куно. Или даже хуже. Но в чём же подвох?

Корабль начал мелко вибрировать, в ушах нарастал тонкий свист. Потом всё в кабине начало светиться переливами всех цветов радуги, образуя радужные гало. Свечение усиливалось всё быстрее, и быстрее, потом вспышка, и мерзкий, резонирующий хруст, словно раздавили стекло размером с гору.

Девушки проморгались. Перед глазами плавали яркие точки, за лобовым стеклом плыл синий шар Земли.

Что-то было не так. Ранма нахмурилась. Чего-то не хватало. И этот подозрительный сквознячок...

— Ой, а я что, забыл предупредить? — воскликнул Капитан Перк со столь наигранным удивлением, со столь плохо скрываемой жизнерадостностью в голосе, что зрение девушек мгновенно заволокла красная пелена.

Ами взвизгнула и прикрылась руками, поняв наконец, что оказалась голой.

— Тут, понимаете, такое дело, — заливался соловьём Перк, умудряясь не замечать два полыхающих по бокам костра боевой ауры, и продолжая почти неприкрыто пялиться влево и вправо. — Во время трансинфорации наведённые гармоники приводят к тому, что магия глючит и отказывает. Какая жалость, — в его голосе засквозила эпическая фальшь, — что я не знал о природе ваших костюмов. А то бы я, конечно же,..

Ни закончить фразу, ни заработать заслуженное косоглазие Перк уже не успел. Два кулака синхронно впечатались в его череп с обеих сторон, и капитан... хрустнул, исторгнув фонтан искр?..

Девушки уставились на Перка, полностью ошарашенные. Тот задрыгался, выдохнул струйку дыма, потом - яркая вспышка, хлопок, и верхняя часть его головы исчезла, открыв пустое углубление с огрызками трубок и проводов.

Девушки громко моргнули в тишине.

Пустынный ветер прокатил через кабину шар перекати-поля.

Девушки ещё раз моргнули.

Потом Ранма хрюкнула, хрюкнула ещё раз, и разразилась диким хохотом, мотаясь в кресле - если бы не ремни, она бы сейчас каталась по полу.

— Ой, не могу... Каков герой, а?... Бесстрашный... первопроходец, а?.. Нет, умереть просто!..

Аканэ непонимающе моргнула ещё раз. Потом ужаснулась: неужто тронулся?

— Эй, Ранма!

Та уже изнывала от смеха.

— Ранма! Ответь мне, Ранма! — крикнула Аканэ с неподдельной тревогой в голосе, судорожно пытаясь отстегнуться.

— А?.. — та наконец умолкла, и теперь вытирала слёзы. — Что случилось?

— Не смей больше так меня пугать! — полыхнула Аканэ.

Ранма непонимающе моргнула в ответ, рефлекторно пытаясь отодвинуться:

— Ты чего, Аканэ? Ну прости, прости, не смог удержаться. Это ж хохма века! — она указала на обмякшее тело в центральном кресле между ними.

— Хохма? — той было совсем не смешно. — Какая ещё хохма? Всё, что я вижу - это мёртвое тело... Постой, он что - робот, что-ли? — она непонимающе уставилась на механический винегрет в капитанской голове, откуда на подголовник сочилась струйка голубой жидкости.

— Да не, — отмахнулась Ранма, снова хрюкнув. — Помнишь он нам заливал, про других ракетчиков, которые подстраховывались, перекачивая свой разум в кристалл и устанавливая в искусственное тело?

Аканэ снова покосилась на остатки капитанской головы:

— Думаешь, это оно?.. А кристалл тогда где?

— Да домой телепортировался, куда ж ему ещё деться. Если это Ас-конструкт, как я подозреваю, то ему любые барьеры между мирами нипочём.

— Аа, вот оно что... А ржал ты чего?

— Так ты прикинь: герой, легенда, весь блин из себя такой... А на деле - дешёвка, перестраховщик и вообще козёл. Тьфу. — Она поёжилась, непроизвольно прикрываясь, и ядовито добавила: — Вот узнали бы на его родной базе, кто он такой на самом деле.

— Гибель Земли произошла сто двадцать семь лет назад, — заметила со спины Ами. — При изучении этого самого... Ас-конструкта. Который в их мир доставил Перк, лично.

— Ээ, и что? — осведомилась Ранма. Она ещё продолжала вздрагивать от сдерживаемых приступов смеха.

— В их мире неизвестны технологии, задерживающие старение, — пояснила Ами.

— Так что они всё о нём знают, — со вздохом закончила Аканэ.

— Один я, получается, недогадливый, — надулась Ранма. — Эй! Мне-то про сто лет никто не рассказывал! Я думал, это у них недавно всё!

— Но что нам теперь делать? — спросила Аканэ. — Просто ждать? Есть в этом корабле автопилот?

Медальон завыл сиреной.

— Петля не замкнута! — сообщила Ами. Потом поколдовала над клавиатурой, и из медальона понёсся непрерывный писк, как из той медицинской машины когда у пациента останавливается сердце. — Я переключила на непрерывную звуковую...

— Нет на этом корыте автопилота! — крикнула Ранма, торопливо отстёгиваясь. — Надо превращаться и валить отсюда! Давайте, превращайтесь, я нас всех вытяну!

— Сейчас. — Аканэ тоже отстегнулась, вскочила с кресла и воздела свой хенсин-жезл, по счастью оставшийся болтаться у неё на шее. — Ирис призм пава, Мейк-ап!

На мгновение кабину заполнил калейдоскоп радужных переливов, словно сбрендившие радуги водили хоровод.

И ничего не произошло. Голая Аканэ осталась голой Аканэ.

— У меня тоже не срабатывает! — напряжённо сообщила Ранма. — Сколько эти гармоники наведённые будут действовать?

— Давайте подождём, — предложила Ами. — Возможно, магия через минуту-другую восстановится?

Медальон продолжал пищать.

— Не восстановится, — ответила Ранма. — Иначе бы эта штука уже заткнулась. Ну-ка... — Она встала в позу, воздев руку, словно при превращении с жезлом.

Медальон продолжал пищать.

— Это не помо... — начала Аканэ.

— Сол этёрнал, Мейк-ап!

Вспышка! Аканэ протёрла глаза: кабина была заполнена прозрачной водой. Светило сквозь ряску потолка солнце, сновала рыбья мелочь, шевелила рыбьим хвостом русалка-Ранма...

Аканэ непонимающе проморгалась: нет, ничего такого, кабина как была раньше.

— Сол этёрнал, Мейк-ап!!

Вспышка! По телу Ранмы заплясали ослепительные солнечные зайчики, оставив её кожу расцвеченной в цвета сейлор-костюма, словно стилизованный под сейфуку боди-арт.

— СОЛ ЭТЁРНАЛ, МЕЙК-АП!!!

На этот раз полыхнуло на совесть. Ранма с воплем взлетела к потолку, кабину наполнил запах палёных волос. Аканэ стряхнула оцепенение, и бросилась помогать тушить косичку.

И всё это под непрерывный писк медальона.

— Ранма! — окликнула ту Ами. — Не надрывайся! Выход не в этом!

— А в чём тогда! — зло выкрикнула Ранма. К счастью, телесные повреждения ограничились причёской, конец косички сгорел напрочь. Лишившиеся завязочки волосы расплелись, окружив её голову кудлатым рыжим облаком с подпалёнными краями.

Аканэ глянула в глаза мужа - те горели внутренним напряжением, словно во время битвы. Весь талант Ранмы выкручиваться из безнадёжных ситуаций работал сейчас на одно: выжить и спасти любимую. Но пилотрование звездолётов было далеко от того, что он умел.

* * *

2008 — 15 июня 2014

Благодарность за вычитку:
 — Konsaki
 — LawOhki
 — пользователям Orphus (76 ляпов)

<< предыдущая глава ~~Ваша судьба аннулирована - главная~~ следующая глава >>

Обсудить сам фанфик или его перевод можно на нашем форуме (но на форуме нужно зарегистрироваться ^^
Это не сложно ^_^)

Будем благодарны, если вы сообщите нам об ошибках в тексте или битых ссылках ^_^ — напишите письмо или на форум, или еще проще — воспользуйтесь системой Orphus

Ошибка не исправлена? Зайдите сюда. В этой теме я буду выкладывать те сообщения, из которых я не поняла, что мне исправлять