Автор:
Cheb

Эта история относится к фанфикам. Будучи таковым, она в неоплатном долгу перед создателями используемых ниже персонажей: Румико Такахаси, создавшей Ранму, и Кунихику Икухарой, создавшим Сэйлор Мун на основе работы Наоко Такеучи.

Ваша судьба аннулирована

Глава 12,
Очарование дикой природы

Ранма испытала огромное облегчение, оказавшись вместе с Аканэ в редком тропическом лесу. И дело было совсем не в зелени и не в хоре звуков, заявлявших: «Да, здесь есть живое. И сколько!».

Возвращалось нечто живительное, словно глоток ледяной воды после пустыни. И только теперь, когда он свалился, становилось понятно, какого размера камень висел на душе.

Ки снова работала, и девушки понеслись огромными скачками, рикошетя от пружинящих пальм. Рюкзаки снова обрели вес пера.

— Погодь, — вставила Ранма между скачками. — Мы туда... идём-то?

Жена не успела ответить, лес кончился. Девушки приземлились на пляже белоснежного песка, перед ними простиралась пронзительно-голубая водная гладь , покрытая лёгкой рябью. Тропическое солнце жарило с синего неба, украшенного редкими барашками облаков.

Аканэ открыла медальон, поковырялась в нём. Подошла к линии прибоя, где небольшие волны накатывали на песок. Попыталась разглядеть что-то слева, но ей явно мешал поросший пальмами мыс. Она расстегнула и сбросила с ног тяжёлые ботинки, и прошла дальше от берега, пытаясь заглянуть за мыс. Здесь было очень мелко,и отошла она метров на двадцать пока вода не поднялась выше колен. Мелкие волны плескали, грозя промочить штаны до трусов.

— Да чего там такое-то? — Ранма наконец смотала с головы бинт. Критически оглядела его, почерневший от радиоактивной пыли, и отбросила, решив, что такое даже на тряпки пускать не стоит. И одежду тогда тоже неплохо бы выстирать! Рыжая подошла, попробовала воду. Солёная, океанская. Лучше подождать пока попадётся пресный водоём, иначе всё в разводах соли будет.

Аканэ выбралась на берег, и скачками понеслась налево, на мыс. Ранма последовала за ней. С мыса наконец удалось разглядеть на горизонте крохотный синий треугольничек, еле различимый на фоне неба.

— Зараза, — прокомментировала Аканэ, снова ковыряясь в медальоне. — Точно посреди лагуны стоит.

Ранма оглянулась на цепочку поросших пальмами островов, уходящую к горизонту налево, не совсем в ту сторону, куда им нужно было: «А обогнуть? По суше мы по любому быстрее, чем вплавь движемся.

— Издеваешься? — полыхнула взглядом Аканэ.

— Нет, нет, — Ранма попятилась. — Я матрас надувной прихватил! Довезу.

— А... Молодец... — Аканэ вгляделась в экранчик, прикидывая и ругаясь на неудобное управление. — С той стороны островов нет, только риф и отмели. Но мы можем по островам налево, а от крайнего уже - плыть. — Она закрыла медальон.

— Ладно. Тем более, что сейчас отлив вроде.

Девушки понеслись вдоль берега, иногда срезая по верхушкам пальм там где берег выдавался мысами. Но вот и первый пролив между островами.

— Вроде мелко, вброд перейти можно, — заметила Ранма, стягивая одежду и сворачивая в кулёк чтобы упрятать в рюкзак.

— Погоди, ты так на вещи пыли радиоактивной занесёшь, — попыталась остановить её Аканэ.

— Так я ж наизнанку...

— Нет, не пойдёт, — отрезала Аканэ. — Отполаскивай давай. От соли враз не испортится, а у нас там еда.

— Так в упаковках же...

— И котелок, без упаковки. Ну-ка вспомни, что Ами про проглоченные частицы говорила?

— Да помню я, помню, — пробурчала Ранма, в одних мужских трусах, заходя поглубже в воду и начиная полоскать одежду.

— Волосы тоже не забудь, — добавила Аканэ, присоединяясь к ней.

Ранма обернулась к жене, да так и застыла, засмотревшись: Аканэ сняла с себя всё - то есть, вообще всё - и сейчас изображала бешеного енота-полоскуна, вокруг её рук стоял настоящий бурун. Потом она нагнулась, окунула голову и устроила то же самое со своими волосами. На лице рыжей против воли расцвела дурацки-мечтательная улыбка.

Аканэ выпрямилась, отфыркиваясь, и обнаружила, что рыжая стоит, поедая её взглядом. На лице у неё отразилась борьба противоречивых эмоций, вылившаяся в свирепое: «Ты полоскать сюда пришёл или стоять лыбиться?»

Ранма спешно развернулась и принялась полоскать, так и не сумев полностью согнать с лица улыбку, от чего чувствовала себя идиотом. Слова суженой «ради тебя я стану полной лесбиянкой» почему-то не шли из головы. Последнее время Ранма часто ловила себя на мысли что совершенно не против, кхм, пойти до конца в своей нынешней форме. Эта мысль была для неё... него... а, какая разница, была одновременно жуткой до содрогания и невероятно манящей. Но как бы то ни было, а любые подкаты в женской форме кончались по сей день нехилым таким взрывом: чувства Аканэ к нему, никуда не девшиеся, вступали в бурную реакцию с её аллергией на любую голубизну.

Аканэ вернулась, уже в купальнике, и стала энергично отполаскивать освобождённые от содержимого рюкзаки. Ранма пыталась поставить под сомнение необходимость подобной «перестраховки», но Аканэ заставила её снять и отполоскать трусы, и кунг-фу тапочки, расплела косичку и простирала волосы рыжей с такой энергией, что искры из глаз.

Вылезли на берег, уложили припасы обратно в рюкзаки, примотав по возможности выжатую до лёгкой влажности одежду поверх, чтобы солнце на ходу сушило. Ранмины волосы стянули в хвост, чтобы не терять время. Причём Аканэ, по собственной инициативе, затянула конец слегка волнистого хвоста ленточкой, завязав её бантиком.

— Ну, двинули, — рыжая вскинула на плечи влажный рюкзак, и двинулась к проливу. Прямо так, в одном рюкзаке, демонстрируя всему миру что она - натуральная рыжая.

Аканэ громко, выразительно прокашлялась.

— А что? Кого тут стесняться-то? — Ранма сделала невинные глаза, обведя жестом горизонт.

— Ну, а предположим, портал выведет нас в людное место, бака ты такая? — язвительно осведомилась Аканэ, скрестив руки. — Ами что-то на этот счёт темнила когда о местоположении Усаги рассказывала. И как ты будешь выглядеть тогда? Особенно если у пирамиды что-нибудь случится, и одеваться будет некогда?

Ранма залилась густой краской, и спешно полезла в рюкзак, за собственным купальником.

Двинулись вброд, пролив был всего пару сотен метров шириной. Где-то на полпути вода дошла до груди, пришлось снять рюкзаки и нести над головой. Ранма быстрее доплыла бы, но, как известно, скорость каравана равна скорости самого медленного верблюда. Аканэ, несмотря на все старания и тренировки, по прежнему обладала плавучестью молотка.

— Давай матрас надувать, — сказала Ранма когда вода дошла ей до шеи. Аканэ нетвёрдо стояла на ногах, закусив губу от подбирающегося страха. Течение неторопливо но неумолимо толкало их в сторону далёкого рифа, о который с рёвом били валы открытого океана.

— Погоди, идея есть, — сказала Аканэ вручая ей свой рюкзак. — Подстрахуешь?

— Конечно, — Ранма озадаченно нахмурилась, видя, что суженая разворачивается и идёт обратно в сторону берега. — Ты чего задумала-то?

— Ну не тебе одному безумные техники изобретать, — ответила Аканэ, так ничего и не объяснив.

Пока Аканэ выбиралась на берег, Ранма быстро переплыла глубокое место, вылетела на берег и пристроила рюкзаки на траве под пальмами. Потом вернулась на берег, озадаченная сверх меры.

— Готов? — крикнула Аканэ через разделяющие их две сотни метров.

— Да!

Аканэ примерилась, скакнула на прибрежную пальму, дерево спружинило, швырнув её на песок пляжа. Черноволосая девушка в зелёном купальнике заработала ногами так, что они размылись в смазаные тени, даже для тренированного Ранминого глаза. Поднимая шлейф песка, Аканэ рванула к воде. Вбежала в воду. И продолжила нестись в пенном буруне, оставляя за собой расходящиеся волны, словно катер на подводных крыльях.

Ранма выпучила глаза. Аканэ продолжала стремительно приближаться под нарастающий боевой клич, проседая не глубже колена. Вот она преодолела половину пути. Вот две трети. Начала терять устойчивость. Споткнулась об особо крупную волну, боевой клич перешёл в отчаянный визг. Заполошно молотя руками и ногами, Аканэ плюхнулась на глубоком месте, отскочила пару раз от воды словно брошенный умелой рукой плоский камушек, и окончательно затормозила уже пропахав носом песок пляжа.

— Круто, — искренне одобрила рыжая, помогая дышащей, словно загнанная лошадь, жене подняться на ноги. — Но над техникой ещё работать и работать!

Та лишь кивнула, не в силах пока говорить.

Понеслись дальше. Километры улетали только так, промежутки между островами преодолевались по той же схеме. Иногда Аканэ успешно перебегала проливы, с лучшим рекордом в полкилометра, после которого пришлось минуты три отлёживаться. Иногда - спотыкалась, и начинала тонуть. Один раз Ранме пришлось её спасать из пролива шириной в полсотни метров и глубиной хорошо, если по пояс. Но уж если Аканэ решила, что тонет - даже дно под ногами было неспособно разубедить её.

Но вот и последний остров. Дальше - только пронзительно-голубая гладь лагуны, пенистая полоска рифа налево, и синеватый остроконечный треугольник пирамиды направо, всё ещё далёкий.

Тужась и напрягаясь до покраснения в лице, Ранма надула матрас. Очевидно, насос она брать необходимым не сочла. Матрас оказался легкомысленной конструкцией из прозрачного пластика с одной стороны и синего с изнанки. Аканэ устроилась на нём, вцепившись руками в рюкзаки, и скоро превратилась из активного участника похода в пассивно буксируемый, зажмурившийся объект. Недёшево ей эти эскапады с бегом по воде обошлись, думала Ранма, толкая перед собой матрас. Раз за разом бросать вызов самому своему большому страху, особенно после первого неудачного падения - это всё равно как если бы я на кошках тренировался!

Её передёрнуло.

Для способной переплыть всё Японское море Ранмы заплыв был лёгкой прогулкой. Ни акул, ни барракуд не попадалось, и она играючи преодолела оставшиеся километры. Вот, наконец, и пирамида. Стоящая ровнёхонько на дне. Глубина в этом месте оказалась почти точно равна высоте проёма, метров шесть, и вплывать пришлось, пропихивая матрац под верхним срезом арки. Рюкзаки слегка подмокли, Аканэ ощутила, как её спина погружается в воду под душераздирающий скрип матраса. Охваченная внезапной паникой, она дёрнулась, и едва не расквасила себе нос о неподатливую, отрицающую ки поверхность.

Ранма прикинула, что ещё пяток сантиметров - и у них были бы большие проблемы. А ведь сейчас была самая низкая точка отлива.

Внутри пирамиды был уже знакомый зал, один в один как предыдущие два: перевёрнутый гранёно-зеркальный купол, навевающий мысли о внутренностях гигантского бриллианта, и идеально-ровное зеркало пола. Полузатопленное, освещённое проникающим сквозь водную толщу рассеянным светом, это всё смотрелось просто феерически. Впрочем, оценила красоту только Ранма. Аканэ уже дошла до кондиции, страх нарастал, питаясь сам собой словно змея, вцепившаяся в собственный хвост. Не желая больше быть бесполезным грузом, до тошноты боясь опрокинуться в хищно поджидающую со всех сторон, готовую поглотить воду, коротковолосая девушка спешно набрала на клавиатуре команду открыть портал - не только не проверив координаты, но даже не задумавшись о возможных последствиях.

Под многогранным потолком разнёсся механический голос, повторяющий предупреждение: «Внимание! Условие безопасности номер 18! Предварительная блокировка! Пять секунд на отмену!». Аканэ не стала ничего отменять, и через пять секунд настала кромешная тьма: единственный вход закрылся, полностью отрезав зал от внешнего мира. Механический глас продолжал бесстрастно вещать во мраке, читая монолог об условиях безопасности номера такой-то и сякой-то, требуя принять меры предосторожности по пунктам двенадцать и сто тридцать пять, всё продолжая нудеть и нудеть.

— Ты это, гляди - не нахимичь чего-нибудь, — донёсся до Аканэ голос Ранмы, плавающей где-то рядом. Аканэ уже давно открыла глаза, но толку от этого было чуть: смотреть было не на что, кроме как на показывающий обратный отсчёт экран медальона.

— Не бойся, я знаю, что делаю! — раздражённо ответила Аканэ, и сама уже нервничающая.

— Ну-ну... — без энтузиазма отозвалась Ранма.

И отсчёт дошёл до нуля. И зал затопило светом. Вместе с победным рёвом устремившейся в широкий проём портала тысячи тонн плескавшейся в зале воды. В которой плавали в сумме две девушки, один надувной матрац, и два рюкзака.

Ранма бы вытянула против течения, но портал открылся совсем рядом, в ближней арке, и матрац сразу закружило, затягивая в воронку. Аканэ заорала от ужаса, забилась, кувырнулась с него, и была практически мгновенно засосана. Ранма нырнула ей вслед, догнала отчаянным усилием уже снаружи, в бешено кипящей струе, и обхватила, пытаясь прикрыть собственным телом.

Девушки с треском проломились сквозь острые, измочаленные потоком сучья дерева. С размаху плюхнулись в жидкую грязь. И потом на них сверху рухнуло ещё полтысячи тон воды, закружив, и унеся в сторону, как щепки.

Откашлявшись, проморгавшись, и оглядевшись, обнаружили себя по уши в грязи: Их угораздило приземлиться в небольшое болото, окружённое стеной деревьев-исполинов. Высоко в ветвях ближайшего дерева шумел водопад: портал изливал последние струи океанской водички. Потом портал со звонким щелчком исчез. Вода перестала течь, и среди обломанных сучьев стали видны один рюкзак, зацепившийся лямкой, и клочья синего пластика.

— Накрылось наше плавсредство, — констатировала Ранма, пытаясь двигаться к берегу но лишь уходя глубже в вонючую грязь.  — Ты ещё точнее навести не могла? Чтобы мы вообще в центр этой трясины попали? — Болотце было крохотным, не больше полусотни метров в поперечнике.

От второго рюкзака - ни слуху, ни духу. Перемешанная с корнями и мхом полужидкая грязь, обильно разбавленная морской водой, совершенно не держала, медленно засасывая девушек в свои гнилостные объятия. Обе уже ушли глубже чем по пояс, и процесс на этом останавливаться не собирался.

— Ты рюкзак свой видишь? — Ранма начала с силой грести, преодолевая сопротивление трясины. Словно муха на липкой бумаге.

— Нет! Где я его тебе разгляжу! — вызверилась Аканэ, которую совсем не вдохновляло торчать в склизком и затхлом. Тем более, что её барахтания, не менее энергичные, привели лишь к тому, что она ушла по грудь. — Эээ, мне неловко это говорить, но не мог бы ты меня спасти, пожалуйста? — Трясина не могла сковать движений её усиленного ки тела, но почему-то все эти движения вели вниз. Отпустивший было, страх утонуть вновь запустил в душу свои ледяные щупальца.

— Сейчас, только сам вылезу! — бросила Ранма, с чавканьем продираясь к берегу, раз за разом цепляясь за огромные листья, какие-то зелёные лохмы и прочий растительный мусор. Зелень раз за разом обрывалась у неё в руках, но продвижения рыжей это остановить не могло.

Аканэ замерла, не шевелясь и стараясь не дышать. Но всё равно продолжала погружаться, миллиметр за миллиметром. Её гладила ледяная рука страха, заставляя дышать сквозь сжатые зубы.

Постепенно мир и покой возвращались в растревоженное болотце, его обитатели снова завели свои трели, песни и кваканье. В этот дружный хор вплёлся голос медальона, пронзительный и дребезжащий даже из под слоя грязи: «Тревога! В воздухе обнаружены кровососущие формы жизни! Мощности отпугивающей системы недостаточно!»

Впрочем, не нужно было этого вопля, чтобы заметить начинающую клубиться над нетронутой частью болота серую комариную дымку.

— Лови! — Ранма с треском перебила деревце, роняя так, чтобы крона шлёпнулась прямо на Аканэ, от которой уже торчала одна голова. Паникующая девушка вцепилась в ветви мёртвой хваткой, и рыжая выдернула её из трясины, словно морковку из грядки.

— Спасибо, — выдохнула Аканэ, пытаясь отдышаться - больше от затяжного страха, чем от напряжения. — Знаешь, что-то мне не хочется тут в одном купальнике торчать, — добавила она, молниеносными движениями прихлопывая нескольких комаров, уже успевших пристроится к ней. И это ещё основное облако не подлетело!

— Не боись! Щас я, рюкзак достану, и свалим отсюда! — Ранма стремительно вскарабкалась на дерево. — О! Вот, кстати, и твой! — Она указала куда-то в болото.

Аканэ разглядела свой рюкзак, не теряя времени примерилась, и с громким выкриком перебила дерево потолще. То упало не совсем удачно, но Аканэ всё равно побежала по стволу, торопясь выудить рюкзак пока его не засосало. Перебралась на тонкие ветви, те прогнулись под её весом, и Аканэ ушла по колено в грязь. Поколебавшись немного, она с возгласом отвращения легла в болото, и поползла к рюкзаку, держась ногами за ветку и быстро увязая. Достала рюкзак, стала подтягиваться ногами, с трудом выдираясь из липкой жижи и чудом не мокаясь лицом.

— Ты как, помочь? — обеспокоенно спросила Ранма.

— Сама справлюсь! — отмахнулась Аканэ, перехватываясь за ветку рукой. Она опять ушла по шею в трясину, но теперь, имея под рукой точку опоры, это было не страшно. Она споро подтянулась, выволакивая себя из липкой мерзости. И, уже вылезая, ощутила прикосновение к бедру. Аканэ едва не сорвалась, паническим рывком перехватив что-то толстое и извивающееся, отодрав от ноги.

— Аааа, мерзость! — взвыла она, когда разглядела улов.

— Что? Что такое? — Ранма подбежала к жене, и под их общим весом дерево начало погружаться, ступни сразу ушли в грязную воду. — Нифига ж себе! Это что, пиявка?!

Извивающееся слизнеподобное чёрное тело было с полметра длиной, толстое как бицепс Аканэ, и резцы демонстрировало не хуже, чем у бобра. Аканэ поняла, что это едва не добралось до её бедренной артерии, и ей стало дурно.(прим. 1) В смятении она ринулась к берегу, едва не столкнув Ранму с бревна.

«Тревога! Биологическая опасность! Агрессивная среда! — запоздало заорал медальон, — Приближаются восемьдесят три аналогичных кровососущих форм жизни!»

Ранма скосилась на свои ноги, уже по колено ушедшие в жижу вслед за погружающимся бревном. И в одно дыхание оказалась на берегу.

— Да, мне ещё интересно, где мы, — с некоторой язвительностью напомнила она о кое-чьём просчёте. — Что-то не вижу я вокруг ни толп людей, ни высокой степной травы с баобабами. Это вообще тот мир? — Она отпнула в болото несколько выползших на берег пиявок и захлопала, давя на себе налетающих комаров. — И вообще, давай скорее. Если надо обратно уходить - лучше пока они всем скопом не навалились.

— Сейчас! — Аканэ взялась за медальон, и только тут сообразила, что всё ещё держит пиявку. С трудом разжав дрожащую руку, она бросила тварь в болото, и взялась за изгвазданный в грязи медальон. — Нет, мир тот. Я просто... промахнулась немножко. Это шесть километров в ту сторону. — Она показала рукой.

— Ладно, пошли! — рыжая подхватила рюкзак. Потом ляпнула, искушая судьбу: — Хорошо, что больше никакое зверьё не наползло!

И, конечно же, накаркала.

«Опасность! Обнаружена крупномасштабная плотоядная форма жизни!» панически взвыл медальон, озвучив появление из-за деревьев огромадного тираннозавра. Девушки уставились усталыми взглядами снизу вверх на плотоядного теропода. Плотоядный теропод уставился на девушек оценивающим взглядом, сверху вниз, склонив по птичьи голову набок.

— Ну, понеслась... — вздохнула, хрустя костяшками, Ранма.

Динозавр попёр дуриком, уверенный в своём превосходстве. Девушки переглянулись, и не сговариваясь выполнили синхронный пинок в челюсть когда тварь наклонилась чтобы схарчить их. Из-за роста этой заразы отпнуть по другому было бы проблематично: они не доставали чешуйчатому до брюха, а пинать по мускулистым ногам толщиной с медведя - только на бок валить.

Тираннозавр далеко не улетел, всё-таки тонн шесть в нём было, но грохнулся знатно, мотнув ногами в воздухе и с треском повалив несколько деревьев.

— Хе, не так он крут как молва рисует, — Ранма презрительно фыркнула. — Ну что, пошли?

— Как думаешь, он не сдох? — спросила Аканэ навьючивая грязный рюкзак на ещё более грязные плечи.

— Да не, вряд ли, — отмахнулась Ранма. — До вечера отлежится. Пусть впредь думает, кого жрать собирается.

Они успели обойти вокруг болота, когда в спины им ударила физически ощутимая волна озлобленного рыка, на удивление низкого и угрожающего. Девушки оглянулись. Тираннозавр уже оклемался и стоял, низко опустив голову и раздражённо поводя высоко задранным хвостом. Увидев, что на него смотрят, он снова заревел, взрывая землю то одной ногой то другой - само воплощение мстительной злобы, разве что глаза не светились.

— Ничего себе. — Аканэ поёжилась.

— Да пошёл он, — раздражённо отмахнулась Ранма, вспрыгивая на ветви подходящего дерева. — Давай, побежали. До Усаги полчаса ходу, да и отмыться хочется, я после этого болота словно в дерьме вымазанный.

Грязные девушки в почти неразличимых под слоем вонючего ила купальниках понеслись прочь стремительными скачками с ветки на ветку. Вслед им, постепенно затихая, нёсся разъярённой рёв: тираннозавр вконец осатанел когда увидел, что обнаглевшие млекопитающие не собираются оставаться на сеанс возмездия.

Движение по веткам в стиле ниндзей требует полного сосредоточения, всё внимание уходит на то, чтобы выбрать следующий подходящий сук и любованию пейзажами такой метод перемещения совершенно не способствует. Поэтому они даже не сразу заметили, что путь забирает в гору. Однако, уже через минуту джунгли уступили место поросшему редкими кустами каменистому склону, полого уходящему вверх. Нужная им точка располагалась где-то в направлении на сверкающие снегом вершины, но не доходя их.

— Надо бы ещё отмыться где нибудь и переодеться, если уж мы к людям выйдем, — заметила Ранма. Потом добавила себе под нос: — Промахнулась она немножко... Хорошо, ки тут работает. — Она ощупала саднящий бок, которым напоролась на острый, твёрдый как железо, обломок сука, ещё когда их вынесло из портала.

Местность выглядела засушливой, поэтому когда наткнулись на ручей, струящий по камням свои ледяные воды, то упускать такой случай не стали. Содрали с себя начавшие уже подсыхать и приклеиваться купальники, отмылись сами, повизгивая в ледяной воде, и стали отполаскивать купальники заодно со всей остальной одеждой: притороченная сверху к рюкзакам, она оказалась угваздана напрочь.

После этого стало понятно, какую липкую, вонючую гадость представляют из себя рюкзаки. Задерживаться так близко от цели не хотелось, но и надевать такие рюкзаки - вся стирка коту под хвост. Поэтому в темпе вытряхнули содержимое, стали отполаскивать рюкзаки, развесив пока одежду на кустах. Высохнуть не успеет, так хоть оттечёт немного. Ветерок с вершин тянул не сильный, но пронзительный.

Увернулась Аканэ только за счёт способности чуять убийственное намерение. Не было ни шороха, ни одна ветка не треснула - и вдруг она отчаянным перекатом уходит в сторону, не успев ещё осознать случившееся, а на том месте, где она была миг назад, с лязгом смыкаются зубы размером в ладонь! Аканэ очумело уставилась на нависшего над ней тираннозавра. Тот повторил попытку сделать из неё фарш, заставляя девушку раз за разом перекатываться в ледяной воде по булыжникам русла. Сражение шло молча, единственными звуками были плеск, скрежет камней под ногами топчущегося динозавра да клацанье зубов.

Секунду спустя вклинился выкрик Ранмы, и рыжая впечаталась вытянутой пяткой завру в голову. Тот пошатнулся, но устоял. Аканэ вскочила на ноги и отпрыгнула прочь. Видя, что внезапное нападение провалилось, тираннозавр пригнулся и заревел, злобно зыркая то на одну девушку, то на другую.

— Как эта туша подкралась-то? — сказала Ранма со смесью раздражения и восхищения.

— Не знаю, но придётся его как-то победить. Одеться же надо! — сказала Аканэ, констатируя очевидное.

— Причём, разбираться надо окончательно, — добавила Ранма, нехорошо щурясь на хищника-переростка. — К людям выходить имея такое на хвосте, было бы свинством.

Динозавр взревел, и попёр на неё с упорством, достойным лучшего применения. Рыжая с лёгкостью отпрыгнула...

— Наши вещи! — панически вскрикнула Аканэ, бросаясь на перехват. — Гляди, куда отступаешь!

Ранма увидела, что многотонная тварь едва не растоптала их припасы. Она спешно выскочила в сторону, демонстративно подставляясь: «На! На!»

Тираннозавр развернулся, и таки наступил на что-то, переступив на месте. Снова склонил голову к земле и злобно заревел на Ранму, обещая что разорвёт её на ме-елкие кусочки, вот только доберётся!

— Ну ты прям Куно! — Ранма усмехнулась. — В родственниках точно никого нет?

Динозавр безуспешно попытался испепелить её взглядом и взрыл ногами землю. Недотоптанные вещи полетели в разные стороны вперемешку с камнями и комьями земли.

— Ах ты, гад! — взревела Аканэ. — На, получай! Райцуй Дан!

Ки-заряд впечатался динозавру в бок. Но не свалил, лишь заставил пошатнуться, отбросив немного. Завр с треском шагнул задом в кусты. На которых была развешана одежда.

— Моко Такабиша! — Ранма запустила собственный ки-заряд, видя, что они вот-вот останутся без одежды и припасов. Заряд угодил прямо в раззявленную для очередного рёва пасть. Но динозавра даже это не свалило. Мотая головой, он осел назад, подмяв под собой и кусты, и одежду. Аканэ прыгнула на него, пока не очухался и не размесил одежду в хлам.

Завр умудрился раскусить её намерения - тот самый читаемый за километр прямой удар, которым она позорно слила Шампу, но кто мог подумать, что животное догадается? - и кусанул на опережение, с удивительной точностью. Аканэ спасла лишь быстрота реакции: извернувшись в воздухе, она впечаталась расставленными ногами в челюсти, вместо того, чтобы влететь в пасть. Отрикошетила, неловко приземлившись в уязвимой позиции, и опять была вынуждена кататься кувырком, уходя от лязгающих челюстей. Пара выбитых зубов зверя никак не замедлила.

— Ну всё, держись, скотина! — прорычала Ранма, видя как поднимающийся на ноги, тираннозавр в хлам истоптал кусты, где сушилась одежда. — Если ты меня без любимой рубашки оставил... — Она метнулась к несносному хищнику. Тот умудрился отлягнуться левой ногой, не прекращая попыток скусить перекатывающуюся Аканэ, его хвост задран почти в зенит. Ранма с лёгкостью уклонилась, и обрушила град ударов на правую ногу. Завр потерял равновесие и зашатался, пытаясь пятиться и одновременно выкусывать её у себя из под ног.

Освободившаяся Аканэ бросилась огромным прыжком, метя в шею. Но динозавр умудрился увернуться, попятившись неожиданно резво и чуть не наступив на Ранму. Снова затрещали многострадальные кусты, берега ручья стремительно превращались в мешанину размочаленных ветвей. Динозавру от этого было ни жарко ни холодно, а вот девушкам наломанные кусты мешали двигаться.

Бить длинноногую, вертящуюся тварь было неудобно: стоя на земле, они доставали только до ляжек, бугрящихся каменными мускулами, да лязгающей пасти, бить по которой было опасно, и видимых результатов не приносило. Ещё несколько выбитых зубов тираннозавра только разъярили.

Пытались бить в прыжке по шее и прочим уязвимым местам. Но они при этом теряли преимущество в маневренности, начиная двигаться по предсказуемым траекториям, в то время как он свою сохранял, стоя на земле. И кусала эта сволочь на опережение, легко просчитывая их наскоки. Ранма изворачивалась, и даже смогла один раз залепить прямо в глаз. А вот Аканэ вывернулась раз, второй, а на третий сплоховала и лишь отчаянным рывком умудрилась выдернуть плечо и руку из стремительно смыкавшегося промежутка между зубами.

У Ранмы похолодело внутри когда она заметила на плече любимой красноватый след удара. Эти зубы выглядели способными дробить камень! Да, тираннозавр был куда меньше Орочи, но руку мог отхватить запросто.

Она сделала Аканэ жест: мол, берём в клещи. Аканэ поняла мгновенно: они хорошо сработались в бесконечных боях с йомами.

Отбиваться с двух направлений у него уже не получалось, особенно с подбитым глазом. На завра посыпались редкие, но мощные удары с напрыга. Он парировал эту тактику, втянувшись задом в кусты, где они не могли прыгать, и выставив из пролома раззявленную пасть. Аканэ попыталась подойти вплотную просто проломившись сквозь мешанину ветвей, но те оказались достаточно прочными чтобы замедлить её, лишив главного преимущества. Эта промашка чуть не стала для неё последней. Увернуться от лязгнувших зубов удалось буквально чудом, нырнув в узкое свободное пространство под нижними ветвями. Она в панике понеслась на карачках зигзагом, улепётывая от клацающей смерти.

— Моко такабиша! — Ранма обрушилась буквально с неба, подпрыгнув метров на десять, выше кустов, и впечатав ки-заряд твари в хребет. Тот просел от удара, потом развернулся туда, где треск кустов обозначил её приземление, и злобно заревел.

— Райцуй дан! — Аканэ времени не теряла. Перекатившись на спину, она запустила свой ки-заряд снизу вверх. Попала динозавру под хвост, отчего тот подавился рёвом и рухнул мордой об землю.

— Да сколько ж этой скотине надо! — возмутилась Ранма, когда тираннозавр начал подниматься на ноги, подтягивая их по очереди и помогая себе маленькими передними лапками. Коротко взрыкнув, он попёр на неё, припадая на правую ногу. Ранма прикинула, стоит ли запрыгнуть ему на спину и лупить оттуда, потом увидела, как Аканэ набегает по проделанной динозавром просеке, спотыкаясь на недоломанных ветвях. Опять же попадётся! Ранма решила пойти на рассчитанный риск: в конце концов, с крокодилами прокатывало, почему нет? Её жена уже слишком много раз уворачивалась лишь чудом. Пора дать ей передышку. — Аканэ, давай лупи со всей мочи, я его задержу! — Она прыгнула прямо в опускавшуюся на неё пасть, и распялилась там, упёршись одним коленом в нёбо, а другим - в нижнюю челюсть, возле самых передних зубов. Динозавр со всей дури сжал челюсти, и её глаза расширились во внезапном испуге: кусательное усилие у этой твари оказалось просто феноменальное, крокодилы и рядом не стояли! Ранма закряхтела, содрогаясь в отчаянном услии не дать ловушке захлопнуться. Завр наддал. Это безумие какое-то, подумала она отстранённо, милиметр за милиметром раздвигая бёдра. Сколько же тонн он развивает, у него добыча что-ли стальная? Она вся вложилась в то, чтобы развести ноги на идеальный шпагат. Наконец это ей удалось. Заодно заякорилась так, что уже не стряхнёшь: пасть растянута до предела. Всю нагрузку приняли бедренные и тазовые кости, давая передышку болящим от напряжения мышцам бёдер. Теперь бы только...  — Ай! Фу! Уууу, зар-раза! — Завр попытался вытолкнуть её языком, и ей пришлось бороться ещё и с этим придатком, напрягая обе руки чтобы отвести от себя язык, мускулистый и грубый что твой наждак. — Аканэ, не тяни там!

Завр мотал башкой, крутился на месте и шатался по зарослям кустов, не разбирая дороги. Девушка с косичкой продолжала держать ногами растянутую до предела пасть. Вторая безнаказанно молотила в неподатливое подбрюшье, пока хищник пытался выковырять изо рта неправильную добычу, изогнув шею чтобы достать неповоротливой передней грабкой. Устойчивостью такая поза не отличалась, и лягаться уже не выходило, чем Аканэ воспользовалась по полной, лупцуя то в шею, то в хвост, каким концом он оказывался ближе к земле. Ранма пару раз извернулась, демонстрируя чудеса гибкости, потом плюнула на язык и поймала мускулистую лапу в необоримый захват. После чего тираннозавр начал кружиться на месте как волчок, лишь изредка отлягиваясь от избивающей его Аканэ, и сосредоточив все усилия на освобождении захваченной лапы. Ранма кряхтела от натуги, ругалась на обслюнявивший её язык, но не отпускала. Мастер Беспредельной школы - это вам не трицератопс какой-нибудь.

В конце концов суммарный объём полученных люлей перевесил гонор теропода, и животное бросилось наутёк под вопли Аканэ «Стой! Стой, куда, зараза! Ранму отдай!». Охваченная тревогой за суженого она раскрылась, и завр ловким ударом хвоста отправил её кверх тормашками в кусты, где она и повисла, барахтаясь без точки опоры в мешанине перепутанных веток. Топот динозавра и Ранмина ругань быстро стихли вдали.

— Ранмаааа! — Аканэ выдралась, наконец, и бросилась по оставленному хищником следу из поломанных устов.

— Здесь, здесь я! — Рыжая показалась из зарослей впереди, гадливо обтираясь. Её растрёпанные волосы липли к телу, хвост давно разметался. — Тьфу, обслюнявил всего!  — Она поспешила к ручью, отмываться.

— Стой! Он тебя достал! — в тревоге воскликнула Аканэ, разглядев кровавую полосу у Ранмы на боку.

— Не, это ещё когда из портала вывалились, — отмахнулась рыжая. — На сук напоролся. Да не трясись ты, это ссадина просто. — Она плюхнулась в ледяную воду. — Брр! Ты лучше проверь, там хоть трусы целы остались? Или к людям придётся выходить в травяных юбочках каких нибудь?

Аканэ поспешила к тому месту, где были их вещи. Потери оказались на удивление невелики: растёртый в труху запас лапши быстрого приготовления да Ранмин купальник, который теперь даже на тряпки не годился. Всё остальное оказалось относительно целым, только помятым и изгвазданным. Выстирали одежду и рюкзаки - в третий раз! - и натянули сырую. Ветерок, не ощущавшийся в пылу битвы, вдруг резко стал чувствоваться.

— Что мы есть на обратном пути будем? — спросила Аканэ, заканчивая наклеивать пластырь на Ранмин бок. В отличие от мужа, навыками выживания в дикой местности она практически не обладала. Ну, за исключением обычных походных «доехать на электричке как можно ближе до места, набрав с собой побольше припасов из холодильника». Их совместное двухмесячное выживание в мире Джедайта совершенно не пошло на пользу: налёты на огороды врага не считаются, там всё съедобное уже было выращено за них.

— Охотиться, что ж ещё. — Рыжая застегнула рубашку. — На кроликов там, или ещё кого. — Она кинула мстительный взгляд в направлении, где скрылся тираннозавр. — Зря эту скотину отпустил, надо было добить, и пустить на окорок.

Они побежали, торопясь вперёд: до Усаги оставалось рукой подать!

* * *

28 мая 2012

Ding! Tropes unlocked:
* Super Persistent Predator

 
 

Примечания автора:

1
Бедреная артерия: с внутренней стороны бедра, ближе к паху, проходит под самой поверхностью, делая это место таким же летально уязвимым к резаным ранам, как и горло.

Благодарность за вычитку:
— Crystal
— Pusakuronu
— пользователям Orphus (21 ляпов)
<< предыдущая глава ~~Ваша судьба аннулирована - главная~~ следующая глава >>

Обсудить сам фанфик или его перевод можно на нашем форуме (но на форуме нужно зарегистрироваться ^^
Это не сложно ^_^)

Будем благодарны, если вы сообщите нам об ошибках в тексте или битых ссылках ^_^ — напишите письмо или на форум, или еще проще — воспользуйтесь системой Orphus

Ошибка не исправлена? Зайдите сюда. В этой теме я буду выкладывать те сообщения, из которых я не поняла, что мне исправлять